Чтение онлайн

Делирий — острое расстройство психики. Внезапно начавшись, он также быстро заканчивается. Основные причины делирия — тяжелые инфекционные заболевания, чрезмерное употребление алкоголя. В последнем случае делирий именуют «белой горячкой».

Истинный бред — это ложная идея или система идей, тесно связанная с личностными переживаниями больного и не поддающаяся разубеждению в обычных условиях. Такое определение позволяет отличить бредовые идеи от ложных или ошибочных суждений, а также от суеверий. Ошибочные суждения с большей или меньшей трудностью поддаются разубеждению. Суеверия носят, так сказать, общий характер и не связаны с данной конкретной личностью. Например, распространенное суеверие о черной кошке относится ко многим людям вообще, тогда как содержание бреда касается именно данного человека. Впрочем, та же черная кошка, перебежав дорогу перед суеверным больным, может явиться каким-то дополнительным фактором, ускоряющим формирование бреда преследования или отношения у этого больного, хотя никогда не будет основной причиной его заболевания.

Вообще значение непосредственного повода болезни (предшествовавшего душевного потрясения, тяжелого телесного заболевания и т. д.) остается во многих случаях не вполне ясным: что это — действительная причина психоза или только толчок, ускоривший развитие болезни, медленно развивавшейся ранее?

Содержание бреда бывает самым различным. При бреде величия, например, больной воображает себя гениальным писателем, великим изобретателем, самым могущественным человеком и т. д. Этот бред иногда достигает колоссальных размеров. Один больной с прогрессивным параличом утверждал, что он «полководец всех времен и народов», «трижды герой мира», другой с этим же заболеванием заверял окружающих в том, что у него бриллиантовые и золотые дворцы на всех планетах, третий считал себя «верховным правителем вселенной».

При бреде преследования и воздействия больные убеждены в том, что все происходящее в мире имеет к ним непосредственное отношение. Они жалуются, что их преследуют какие-то лица, хотят убить, отравить или отдать под суд; на них действуют лучами на расстоянии, гипнотизируют, «намагничивают» и пр.

Среди психических заболеваний, которые сопровождаются бредом, на первом месте стоит шизофрения. Характерной чертой шизофренического бреда является его нелепость, вычурность, непонятность. Такой бред обычно развивается на фоне ясного сознания: больной как-будто правильно понимает происходящее, полностью ориентирован в месте и времени и ведет себя почти так же, как раньше. Вместе с тем начинает высказывать странные идеи или рассказывать о таких своих ощущениях, которые поражают окружающих нелепостью и несуразностью.

У верующих шизофренический бред имеет, как правило, религиозное содержание, на первый план выступает стремление больного видеть какой-то особый, таинственный, символический смысл в случайных совпадениях, а обыденные поступки и слова окружающих людей он истолковывает как «наставление бога», «приказание святого духа». Верующие люди расценивают такие проявления болезни как «знамение свыше», потому некоторые высказывания душевнобольного человека могут оказать на них весьма опасное влияние.

После шизофрении эпилепсия — наиболее частое психическое заболевание. Свидетели эпилептического припадка запоминают его навсегда. Душераздирающий крик исторгается из груди человека, и больной как подкошенный падает. Изо рта у него появляется пена, а все тело сводят судороги, которые затем сотрясают его сильными толчками. Сознание полностью отсутствует. Все это производит устрашающее впечатление на окружающих. Эпилепсия с давних времен считалась «таинственной», даже «священной» болезнью. Вместе с тем знание о благополучных исходах припадка широко использовалось многими представителями религиозных и мистических учений, «наглядно показывающими», как путем заклинаний и других процедур можно «вырвать человека из лап дьявола». Через несколько минут после окончания припадка «дьявол» действительно «покидал» больного.

Чем чаще припадки, тем сильнее это отражается на личности больного. Мышление становится крайне обстоятельным, вязким. Человек тщательно вспоминает мельчайшие детали, события, о которых говорит, не может отбросить малозначительное и остановиться на существенном, с трудом переключается на другую тему. Характер эпилептиков отличает сочетание злобности, жестокости, мстительности со слащавой ласковостью и ханжеским самоуничижением. Другой их особенностью является чрезмерная педантичность и мелочная аккуратность во всех действиях.

Верующим больным нередко свойственна фанатичная религиозность. Она является основой их бреда. Они могут считать себя исключительными личностями, которым доступно «божье откровение», и с большой активностью и деспотичностью насаждать религиозные идеи. А если такая личность обладает еще и незаурядной волей и достаточно зрелым интеллектом, то при соответствующих условиях может стать трибуном религиозных масс и даже основоположником новой религии.

Именно таким был Мухаммед — человек, ставивший себе не только религиозные, но и государственные цели. Он с детства страдал эпилепсией с судорожными припадками и сумеречными расстройствами сознания. Приступы судорог и галлюцинации не оставляли его до конца жизни. Он верил, что часто и подолгу разговаривал с ангелом, появлению которого будто бы предшествовали звуки колокольчиков, что якобы летал на фантастическом коне Акбаре на небо. Он «чувствовал», как невесомым возносится на небо; «видел» рай, ад и архангелов; с ним «говорили» волки, газели и ящерицы, а встречные деревья и камни «приветствовали» его: «Благо тебе, пророк». Вначале непризнанный и осмеянный, но глубоко убежденный в своем высоком предназначении, Мухаммед из городского сумасшедшего постепенно превратился в духовного повелителя целого народа.

Некоторые историки прошлого отрицали расстройство психики у Мухаммеда, выдвигая в качестве довода, что эпилептические и истерические натуры якобы не могут быть свободны от болезненных колебаний и увлечений, и потому им не под силу создать «трезвое учение», тогда как Мухаммед создал такое учение.

Но дело-то в том, что во многих случаях эпилепсия вовсе не исключает «трезвого» и «ясного» мышления. Напротив, некоторые больные иногда проявляют исключительную работоспособность и необыкновенную ясность ума. И лучший пример тому один из крупнейших русских писателей Ф. М. Достоевский, также страдавший эпилепсией.

Каждое из рассмотренных нарушений психической деятельности — иллюзии и галлюцинации, расстройства мышления и эмоциональные расстройства сами по себе еще не свидетельствуют об определенном психическом заболевании. Они лишь симптомы, «кирпичики», из которых может сложиться болезнь. Соединяясь вместе в отдельный «блок», они образуют синдром. Но и этого недостаточно. Составленная из «блоков» болезнь — лишь формальное определение ее внешних проявлений. И только выявление и анализ расположения «кирпичей», «блоков», особенностей «ансамбля» всего сооружения позволяют поставить точный диагноз той или иной психической болезни.

Советские психиатры исходят из того, что каждое психическое заболевание имеет свою специфику — как в общей картине, так и в динамике отдельных нарушений Они учитывают также и то, что характерные для каждого психического заболевания нарушения накладывают своеобразный отпечаток на личность больного, изменяя его отношение к окружающему. Кроме того, при постановке диагноза врач учитывает и конституцию больного, данные о семье и наследственности, перенесенных заболеваниях и условиях социальной среды, а также многое другое.

Один из крупнейших отечественных психиатров П. Б. Ганнушкин считал, что головной мозг является только главной ареной, на которой разыгрывается все действие; причины же заболевания должны расцениваться исходя из состояния всего организма больного в целом. Сходную мысль высказывал в свое время Ф. М. Достоевский, утверждавший, что анализ явлений вне рассмотрения человека как целого доводит до удивительной слепоты.

Организм человека — его тело и психика — функционируют как единое целое. Поэтому не удивительно, что различные общие тяжелые заболевания иногда сопровождаются выраженными психическими расстройствами. Особенно часто они возникали прежде как осложнение какого-либо инфекционного заболевания (бруцеллез, сифилис, ревматизм, тифы и т. д.).