Чтение онлайн

839

По изданию: Т. Флоринский. Памятники законодательной деятельности Душана. — Киев, 1888, Приложение (по кодексу Григоровича 15 в.): «О русничех, кои телеса мрьтвыихь жегуть. И люди кое с вльхствомъ изимаю из гробовъ, тере ихь сьжижу, този село да плати вражду, кое тои учини, и ако буде попь на този досьль, да му се узме попоство» Ср.: Niederle. Ор. cit, 1/1. — С. 234. «Ресник» — это колдун. К. Jireceк. Das Gesetzbuch des serbischen Caren Stephan Dusan // ASPhil. 22/1900. S. 211.

840

Beda Venerabilis. De natura rerum liber, cap. 1/ Migne. Patr. tat, 90/1862. S. 187–189: «Operatio divina, quac secula creavit et gubemat, quadriformi ratione distinguitur… quarto, quod ex eiusdem creaturae seminibus et pritmordialibus causis totius saeculi tempus naturali cursu peragitur… — Божественное действование, которое создало мир и правит им, различается в четырех формах… четвертое — то, что из семян и первопричин того же творения естественным путем свершается время века сего». Ср.: В. Lapis. Jana z Salisbury rozumienie zasad historiografii // SZr. 15/1971. S. 101.

841

Упоминания о природе мало распространены в историографической литературе. Для иллюстрации приведу точку зрения на причину смерти, которую дописьменные народы обычно приписывали враждебным сверхъестественным силам или колдунам, что опять же к этому сводится. В соответствии со средневековыми понятиями, смерть была результатом правильного порядка вещей, напр.: Vita prior sw. Wojciecha // MPHist. s. n. 4/1. S. 9 (cap. 6) — архиепископ магдебургский Адальберт перенесся на тот свет: debituim nature persoluens…; Lamperti monachi Hersfeldensis. Opera (рец. О. Holder-Egger). — Hannoverae, Lipsiae, 1894. S. 123 (1067): «iam enim pater eiua morbo ac senio confectus naturae concesserat…» Cp.: Gall — далее сноска 857.

842

Chenu. О. P. Op. cit. S. 21, 27.

843

Otto. Swietosc. S. 32.

844

J. Le Goff. Inteligencja w wiekach srednich. — Warszawa, 1966. S. 72.

845

Chenu. Op. cit. S. 27 n.

846

См. обзор философии того времени: Е. Gilson. Historia filozofii chrzescijanskiej w wiekach srednich. — Warszawa, 1966. S. 113–223; из польских авторов: W. Heinrich. Zarys historii filozofii sredniowiecznej. — Warszawa, 1963. S. 58–159; W. Tatarkiewicz. Hisioria filozofii 1. — Warszawa, 1953. S. 289–342. В последнее время историю религиозного опыта во Франции представил Воше (A. Vauchez. La spiritualite du moyen age occidental — 8e–12e siecles. — Paris, 1975).

847

Об этой зависимости см.: J. Le Goff — в цитированной выше работе.

848

J. Los. Dawne prsystowie // Jezyk Polski 4/1919. S. 58; Los. Poczatki pismiennictwa polskiego (przeglad zabytkow jezykowych), wyd. 2. — Lwow etc., 1922. S. 321. Автор трактата De ypocrisi привел также и латинский перевод пословицы: «causa illa, que ad Deum differtur, vel Deo promittitur, iam est perdita. — Дело, Богу предоставленное или Богу обещанное — погубленное дело». Вторая возможность (vol Deo promittitur) представляет собой художественный оборот переводчика. Кшижановский (J. Krzyzanowski. Madrej glowie dosc dwie slowie. Piec centuryj przyslow polskich i diabelski tuzin (wyd. 3) 1. — Warszawa, 1975. S. 103–105) в основу интерпретации положил этот пример, что, разумеется, не может нас заинтересовать.

849

Это высказывание Сабалы приводит, в частности Виткевич (S. Witkiewicz. Na przeleczy. — Lwow, 1906 (изд. 3). S. 204. В других своих высказываниях Сабала принимал утверждения христианской доктрины («Раз всесвятейший Бог воскрес, то и мы можем воскреснуть»; «Величие Бога никаких границ не имеет, и высказать этого человек не может») или же деформировал их («Какого меня Ты, Господь Бог, сотворил, такой я и есть»). Интересны замечания Виткевича (С. 203) о состоянии религиозности карпатских горцев: «Без натяжки можно сказать, что горцы стали католиками только начиная со времени деятельности отца Столярчика. Правда, и раньше они носили детей крестить в Черный Дунаец, но об этом обряде говорили с некоторым пренебрежением. Из всех предписаний католицизма соблюдали только пост с необычайной точностью, что, впрочем, им было легко делать, так как бедность и недостаток облегчали им соблюдение самых строгих требований». Ясно, что нельзя считать их «хорошими католиками», но они были христианами, о которых можно сказать словами королевы Рихезы: nondum bene christiani. Описание Виткевича переносит нас в круг архаических верований, которые могут даже дать представление об идеологии раннего средневековья. Из этой архаической основы наверняка происходило и высказывание Сабалы, приведенное в тексте. Однако этот горец также почерпнул что-то и из учения отца Столярчика (с которым он дружил) — и видимо отсюда проистекают противоречия в его высказываниях, на которые обращалось внимание в литературе.

850

S. Adalberg. Ksiega prsyslow, przypowiesci i wyrazen prsyslowiowych polskich. — Warszawa, 1889–1894.

851

Adalberg. Op. cit. S. 32, поз. 70.

852

Adalberg. Op. cit. S. 31, поз. 20.

853

На бога уповай, а сам не плошай.

854

Put your trust in God, but keep your powder dry. Приводит Кшижановский (Krzyzanowski. Op. cit. S. 105, сноска 3).

855

Adalberg. Op. cit. S. 32, поз. 50.

856

Так же передавали миссионеры понятие Бога новообращенным, напр., по сообщению Кристиана (Krystian, cap, 2. S. 92), на вопрос Борживоя: «que mora est baptizandi? — Какая может быть задержка для крещения?» Мефодий ответил: «Nulla, inquit pontifex, tantum paratus esto ex integro corde credere in deum patrem omnipotentem eiusque unigenitum, dominum nostrum lesum Christum et in spiritum paraclitum, illuminatorem omnium fidelium — Никакой, сказал понтифик, только да будет готов чистым сердцем веровать в бога отца вседержителя и сына его единородного, господа нашего Иисуса Христа, и в духа святого утешителя, подателя света всем верующим — и это не только ради благ земных, но и с мыслью о спасении». По сообщению Херборда (Herbord 2, cap. 17. S. 90 n.), катехизация пыжичан святым Оттоном была проведена «in nomine Dei» и включала следующие элементы sacrum: Христос, Дух Святой, апостолы и другие святые без упоминания о Деве Марии.

857

J. Dowiat. Poganski obraz swiata a przyczyny chrystianizacji Slowian // Wieki srednie, ofiarow. T. Manteufflowi. — Warszawa, 1962. — S. 85. Автор считал, что у язычников «конфликт между их практическим жизненным знанием и системой верований, ставящей результат каждого действия в зависимость от непосредственного вмешательства сверхъестественных сил, стал невыносимым…».

858

Z. Kozlowska-Budkowa. Plockie zapiski о cudach z r. 1184 // Khist. 44/1930. S. 341–348, cm. S. 343; ?. H. Witkowska. Zagadnienie mentalnosci religijnej w swietle «miracula» z 13/14 wieku // Kosciol w Polsce 1. S. 589 n. Об этих записках см. также: Р. Sczaniecki. Sluzba Boga w dawnej Polsce. Studia о mszy sw. — Poznan etc., 1966. S. 75 n.

859

В рецензии на работу: J. Adamus. О monarchii Gallowej. — Warszawa, 1952, автор которой высказал подозрение, что Галл якобы целенаправленно и систематически искажал историческую правду), Лабуда (G. Labuda // PHist, 44,1953. S. 188) писал: «К тому же типу диссимиляции (правды) следует, по-видимому, отнести все случаи, когда хронист обращается к аргументу провиденциализма, то есть мнимых проявлений вмешательства Провидения в дела земные, чтобы обосновать справедливость некоего тезиса, прямое высказывание которого могло бы встретить неприятие». Если случаи подобного рода у Галла имели место, то они выражают всеобщее в то время убеждение во вмешательстве sacrum в дела земные. Несправедливым кажется предположение о позднем прибытии Галла в Польшу, высказанное Давиду (Р. David. Les sources de Ihistoire de Pologne d'epoque des Piasts (963–986). S. 47) на основании замечания хрониста, свидетельствующего о его присутствии в свите Кривоустого во время его паломничества в Венгрию (1113). Галл вынужден был представить себя в качестве свидетеля паломничества, когда говорил «vidimus» (3, cap. 25. S. 157) о строгом соблюдении Великого поста Болеславом, который отправился в Венгрию как раз во время поста. На этом основании автор делал вывод, что только тогда Галл присоединился к свите князя. Вывод этот является произвольным. Другое замечание Галла (Gall, cap. 18. S. 41 n.) о соборе: sancti Petri de Bazoario (по-видимому, Pecsvar, или Pecs), начатом Петром Венецким, но: usque hodie — не законченном ни одним венгерским королем, говорит о том, что хронист заметил эту несущественную деталь в Венгрии в то время, когда уже приступил к написанию Хроники, в которой упоминал о пребывании Казимира Обновителя в Венгрии во времена Стефана и его преемника Петра. Предположение Давида нашло незаслуженную поддержку у некоторых польских исследователей. М. Plezia. Kronika Galla na tie htstoriografii 12 wieku. — Krakow, 1947. S. 178–181; T. Grudzicnski. Ze studiow nad Kronika Galla // Zapiski Tow. Nauk. w Toruniu, 17/3–4, 11952. S. 6, сноска 11. Содержание Хроники говорит, что ее автор уже успел сжиться с польской средой, а это требует длительного в ней пребывания, на что справедливо указывал Тыменецкий (К. Tymieniecki. Rhist. 17, 1948. S. 485). Ср.: G. Labuda. Miejsce powstania Kroniki Anonima-Galla // Z dziejow Polski Feudalnej, ofiar. R. Grodenkiemu. — Warszawa, 1960. S. 107–121, cp.: Labuda. Anonim tzw. Gall // SSSlow. 1. S. 33.

860

Vauchez. Op. cit. S. 151, cp.: S. 31.

861

Gall 1, cap. 4. S. 14; cap. 6. S. 16. Тому, что крещение Мешко 1 было объяснено вмешательством sacrum, не противоречит замечание, что Мешко принял крещение (S. 16), ср.: cap. 5 (S. 15), так как хронист мог принимать поступки Добравы за инструмент sacrum. По утверждению Титмара (Thietmar 4, cap. 56. S. 221), Бог выслушал Добраву и, благодаря своей нескончаемой доброте (infinita bonitate), сделал так, что Мешко стал христианином. В то же время назначение Семовита князем (и прерывание предшествующей династии) (Gall 1, cap. 3. S. 12) было формой одноразового вмешательства, подтверждающей совершенный народом выбор князя, ср.: далее сноску 859, как соответствущий воле sacrum; вряд ли Галл подразумевал сверхъестественную избранность династии. Ср.: В. Kurbisowna. Wizerunki Piastow w opiniach dziejopisarskich // Piastowie w dziejach Polski. — Wroclaw etc., 1975. S. 198 n. Знаком избранничества sacrum отмечал, по мнению Галла, только некоторых членов династии. Определение членов династии как «domini naturales» (напр.: Gall 1, cap. 19. S. 43, 2, cap. 16. S. 81 и т. д.) свидетельствует об естественном характере этого института. К этой теме автор возвращается в статье: Polskie laudes regiae w Kronice Anonima // Cultus et cognitio (ks. pam. A. Gieysztora). — Warszawa, 1976. S. 299–311, приписывая хронисту прекрасный, но полностью идеализированный образ династии. Его основной мыслью, — пишет автор, — «является святость и достоинство монаршей власти польских domini naturales. Это относится одновременно к их божественному избранничеству, сакральному достоинству и совершенству наследников, которых не коснется ни неудача, ни моральное осуждение: они находятся в иной сфере, нежели простые смертные» (S. 303). Следует отдать должное хронисту, который, несмотря на свою склонность к преувеличениям, не ушел далеко от реальности. Есть в его Хронике и многочисленные слова критики в адрес королей и князей, в том числе и Кривоустого, которого он намеками упрекает в заносчивости (1, cap. 2), кочевом образе жизни (sicut Numida) и притеснении подданных (1, cap. 12). Хронист рисует довольно печальный образ военного ослабления и демографического упадка, а также обнищания Польши по сравнению со временами Храброго. «Божественное избранничество» он приписывает не всей династии, а только двум ее представителям — Храброму и Кривоустому. Обращает на себя внимание и то, что он даже не выделяет Храброго ни в связи с его коронацией, ни по причине «избранности династии». Хроника не проявляет ни малейшего энтузиазма по отношению к королевскому титулу, чему не будем удивляться. Политически активное население не приняло этого титула, с которым связывались немилые знати и рыцарству тенденции единовластия, но который, в силу известных обстоятельств, не влек за собой особые позиции на международной арене. Оба королевских эпизода кончились катастрофой. В Польше не было видимой цели писать laudes regiae.