Чтение онлайн

– Вот так новость!
– сказал Зигмунд, сбрасывая эмкан и торопливо приглаживая взъерошенные волосы.
– Оборотень пророс!

– Что?!
– спросил Диего, возвращаясь к действительности.

– Оборотень пророс! То есть, иными словами, пустил корень!

Несколько суток центр лихорадило. Известие о том, что сверхоборотень "пустил корень", всколыхнуло научные круги, и на полигон снова налетели десятки специалистов из многих институтов Земли. Размещать их было негде, да и пользы от нашествия не предвиделось, поэтому Пинегин и его безопасники здорово потрудились, прежде чем последние теоретики и жаждущие "громких" экспериментов практики покинули полигон. Снова в подземном хозяйстве Пинегина установилась рабочая тишина, пронизанная эмоционально давящим соседством споры Конструктора.

Ничего особенного со сверхоборотнем не происходило. Корень, если можно было его так назвать, был едва заметен в лучах интравизоров - маленькая трехметровая опухоль в дне километрового эллипсоида, но опухоль эта постепенно прогрессировала, росла и спустя месяц достигла шестидесяти метров, привлекая к себе пристальное внимание ученых. И спасателей.

И тут случилось происшествие, сломавшее привычный ритм работы центра. Во время одного из ночных дежурств погиб Шебранн. Случилось это на глазах Диего и Грехова, которых вызвал растерявшийся дежурный, напарник Шебранна, Мансуров.

Когда Грехов прибежал в зал, там уже находился Диего. Видеосистемы работали, показывая белое от прожекторного света поле и мрачный выпуклый бок сверхоборотня.

– Назад!
– кричал Диего.
– Вильям, назад! Слышишь?

Только теперь Грехов заметил зависший над горбом оборотня маленький оранжевый пинасс.

– Кто это?
– быстро спросил он побледневшего парня.
– Зачем его туда понесло?

– Это Шебранн, - заторопился тот.
– Понимаете, сам собой ожил один из виомов... тот, который служит для связи с зондами... Вчера мы запустили в оборотня два аппарата, они попали в тупики, замолчали... а сейчас один из них стал передавать изображение...

Они играли в шахматы, - универсальный способ времяпровождения на любом дежурстве, - как вдруг ни с того ни с сего заработал метровый виом оперативной связи с телезондами. Возникшее объемное изображение могло свести с ума кого угодно: комната, полная людей! Длинное прямоугольное помещение, залитое желтым мигающим светом, и люди! Внутри сверхоборотня люди! Двое в знакомых комбинезонах спасателей.

– Смотри.
– Один из них обернулся.
– Телезонд. Откуда он здесь? Ребята, где мы? Кто-нибудь может объяснить?

– Люди!
– хрипло произнес Шебранн.
– Это же Эрнест Гиро... Батиевский... Черт побери! Эрнест, ты меня слышишь? Гиро?

– Не слышит, - неуверенно произнес Мансуров.
– Рация зонда работает только на передачу.

– Координаты! Можешь дать мне координаты зонда? Возьми пеленг, быстро!

– Попробую.
– Мансуров метнулся к панели управления зондами.
– Сейчас подключу машину...

Через минуту он определил примерное направление передачи, и Шебранн выскочил из зала, крикнув на ходу:

– Разбуди смену и Диего Вирта!

– Вильям, что ты собираешься делать?
– продолжал звать Диего.
– Да объяснись ты наконец!

– Там люди, внутри, - донесся голос Шебранна.
– Попытаюсь пробиться. Пустите за мной телезонд и пустой куттер, всех на одной своей лошади я не увезу. Следите по видео, я пошел.

На горбу сверхоборотня сверкнула синяя вспышка, и пинасс провалился в черноту.

Диего действовал быстро. Мгновение спустя зонд ушел к сверхоборотню, отыскал не успевшее зарасти "слепое пятно" и нырнул в недра исполина. За ним ушел и ведомый киберпилотом пустой куттер. Снова зажегся виом, погасший, по словам Мансурова, как только, Шебранн выскочил из зала. Поплыли по нему серые стены тоннеля, вывели в освещенную красным светом пещеру с бахромой черной паутины - ничего похожего на прямоугольную комнату с людьми. Пинасс Шебранна, накренившись, стоял на дне пещеры, порванные полотнища паутин, медленно колыхаясь, создавали видимость снегопада.

– Готовь когг. Ли, - сказал Диего, не оборачиваясь.
– Может быть, успеем...

Но они не успели. Последнее, что увидели люди, - разверзлась бездна, поглотила пинасс, и виом погас. Вбежавшие в зал поднятые по тревоге спасатели молча остановились у пульта, освещенные белым сиянием главного виома. Сверхоборотень невозмутимо выпирал из тьмы черно-серой громадой, порождение стихии и мрака, волей случая столкнувшееся с человеком. Трагедии хомо сапиенс его абсолютно не волновали.

Запущенные Диего зонды и автоматический спасательный модуль не вернулись.

– С идеей вызволения похищенных оборотнем людей придется расстаться, сказал хмурый Сергиенко. Обычное жизнерадостное выражение лица покинуло его, сейчас он казался постаревшим и усталым, словно после длительной вахты на потерпевшем аварию корабле.
– Решение Шебранна было бессмысленным, он никого не спас бы, потому что людей в оборотне нет, лишь информационные копии.

– Возможно, гибель Шебранна и была бесполезной, - сказал Пинегин, - но решение его бессмысленным назвать нельзя, он шел на помощь, не зная нынешних ваших выводов. Кстати, выводов запоздалых, так как, если бы он знал о них, трагедии бы не случилось.

– Не надо спорить - чья вина, - тихо сказал Нагорин.
– Погиб человек, погиб в тот момент, когда мы сделали все, чтобы предотвратить чью бы то ни было гибель. Договориться с оборотнем "на предмет" возвращения им похищенных невозможно: спора сверхразума - не сам разум, сейчас она слепа и глуха. Впрочем, она и прежде была слепа и глуха по нашим меркам. Все ее действия, вроде "сбора информации", только кажутся осмысленными - опять же по нашим, человеческим меркам. Кто знает, следствием каких процессов внутри споры были эти действия? Что касается людей, которых видел Шебранн, по всем данным это информационные копии когда-то существовавших реально личностей. До сегодняшнего дня я думал иначе, был уверен, что мы всегда сумеем укротить сверхоборотня, сможем с ним договориться на любой основе, хотя бы и с помощью силы - это, к сожалению, универсальный аргумент. Я думал, что сила слабого в умении замечать слабость у сильного, то есть, как ни слаб человек, он всегда сможет обнаружить слабые стороны даже у такого противника, как сверхоборотень. Да, мы нашли у него уязвимые места, но я вдруг понял - это все физика, материальный и энергетический перевес. Человек более слаб, чем он привык о себе думать, потому что ему не вырваться из круга антропоцентризма, потому что он мыслит как человек. Как _человек_, понимаете?

Теперь ответьте на такой вопрос: всегда ли гуманен разум? По лицам вижу, что быстро ответить не сумеете. Безусловно - говорили мы: разум гуманен, тем более высший разум. Но ведь это наш, _человеческий_ вывод, потому что гуманны мы сами, гуманна вся наша цивилизация, несмотря на эпохи варварства, войн и насилия. Суть, кровь и плоть нашей культуры гуманизм, ибо в противном случае эволюции просто не под силу было бы поднять в человеке разум до нынешнего состояния. Но вернемся к сверхоборотню, который многому нас научил, но, к сожалению, не научил мыслить по-иному, иными, отличными от человеческих, категориями. Мы инстинктивно видим в этом сверхсуществе разум того же порядка, что и человеческий, и это психологически понятно, но ведь уже "серые призраки" отличаются от нас так же, как мы сами, скажем, от динозавров, а тут существо, возраст которого сравним с возрастом Вселенной! А если разум Конструктора гуманен по _своим_ законам? И эти законы, в нашем понимании, - _законы зла_?!

В темном зале связи наступила тишина. Совещание было закрытым, присутствовали только руководители исследований и служб УАСС, работники СЭКОНа и правительства Земли, в том числе Банглин. Они, конечно, находились в настоящий момент не на Марсе: кто на Земле, кто на других планетах Системы, но иллюзия присутствия их в зале была полной - вплоть до осязания - новые приемы объемной видеосвязи позволяли сделать это без труда.

– Серьезное заявление, - сказал наконец Банглин, переглядываясь с членами ВКС.
– Видимо, придется пересмотреть решение Совета о дальнейшем продолжении исследований. Нужны все данные о сверхоборотне, его эволюции как споры Конструктора. СЭКОНу необходимо провести тщательный анализ информации и дать прогноз возможных осложнений по индексации спасателей. Возражений нет?