Чтение онлайн

— Боюсь, это невозможно. Мы не умеем открывать порталы в другие миры, только в пределах нашего мира. На такое были способны лишь древние артефакты, но их не осталось.

— А как же тот, что перенёс её? — вмешался в разговор император.

— Древние артефакты разрушались или надолго теряли силы при переносе. А воссоздавать их уже много тысячелетий никто не умеет.

— То есть я никогда не вернусь домой? — похоже, начиналась паническая атака.

— Попей воды, девочка. Всё не так плохо. Поживаешь, обвыкнешься, может, даже полюбишь этот мир. Здесь много красивых мест, уверен, тебе понравится, — голос магистра обволакивал, когда выстрелом прозвучал вопрос императора:

— Откуда у тебя артефакт такой силы? Или в вашем мире любой имеет доступ к древним артефактам?

— Я… позаимствовала его в музее, — смущённо ответила Алия. — Сама не знаю как это произошло.

— Что такое музей?

— Это учреждение, в котором собираются и выставляются на всеобщее обозрение произведения искусства или древние артефакты, или ещё что, смотря по тому, какой именно это музей. Музей искусств, Музей ковров, исторический музей и так далее. Он лежал в историческом музее, под толстым стеклом, как и остальные предметы. Они всегда под охраной, защищены. Их просто невозможно украсть. Всюду камеры слежения, датчики движения. Он просто оказался в моей сумке! И раскрылся в тот момент, когда меня сюда перенесло. Как такое возможно?

— Это особенность древних артефактов. Они были наделены способностью находить нужного носителя и переносить его в нужное место в наиболее подходящее время. Например, когда носитель был в опасности, или на грани…

— Я не была ни в опасности, ни на грани, — горячо возразила Алия. — Я хорошо вожу, а трасса вообще была необычно пустая. Никаких столкновений быть не могло, точно помню. Я ещё удивлялась: как это утро, а трасса пуста, никаких машин! Так не бывает!

— Что за машины? — живо спросил магистр.

— Это такое средство передвижения, наземный транспорт. Металлические конструкции на колесах.

— Ты удивилась, когда говорили о магии. Но выходит с магическими предметами знакома?

— Они не магические. Работают благодаря двигателю внутреннего сгорания, который приводит в движение колеса. Я всегда считала магию сказками. О них пишут авторы в фэнтезийных романах, снимают фильмы, но всерьез в магию верят единицы. Их обычно не принимают всерьёз. А здесь, выходит, магия существует?

— Да, конечно. Я даже не представляю, каково жить в мире без магии.

— Не укладывается в голове. — Аля сжала голову руками. — Как я буду здесь жить? Где? И вообще…

— Не переживай, можешь пожить у меня. Я живу здесь же, во дворце. У меня есть пустующие комнаты, ты меня не стеснишь, — магистр успокаивающе поглаживал её по руке. — Всё устроится.

— Погодите, а на каком языке мы сейчас говорим? — только что до неё дошло, что речь звучит иначе, но автоматически осознаётся и воспроизводится как родной язык.

— На всеобщем имперском, — ответил Кастор. — Любопытно. А ну-ка, понимаешь ли то, что я тебе сейчас говорю?

— Да, понимаю, хотя прозвучало немного иначе.

— А меня понимаешь? — спросил блондин, до этого молча сидящий за столом.

— Да, понимаю. А можно посмотреть вашу письменность? Я могу читать?

— Сейчас, подожди-ка. Вот, попробуй прочесть, — лорд Севрский протянул ей исписанный каллиграфическим почерком лист.

— «Учитывая всё вышеперечисленное, считаю своим долгом оповестить руководство о сложившемся положении…»

— Достаточно. Читаешь бегло. В своём мире, видимо, имела образование.

— Да, конечно, имела. Правда, диплом не защитила.

— Что это значит? — спросил любопытный Севрский.

— Довольно! Все вопросы потом. Магистр Кастор, устройте её в своём крыле, — император раздражённо постучал пальцами по столу. От его тяжёлого взгляда становилось не по себе, потому Аля была рада, когда магистр поманил её за собой.

— Вот это библиотека, можешь свободно заходить, когда пожелаешь. Там книги на всех языках этого мира, заодно и проверим, можешь ли читать на всех языках, — магистр показал направо. — А там мои покои, в конце коридора. Напротив есть пара пустующих гостевых, думаю, там тебя и заселим. Вот, дошли, взгляни.

Магистр открыл дверь в просторную комнату. Слева — высокий камин, за ним встроенный шкаф, в котором виднелись причудливо изогнутые бутыли и изящная посуда. Напротив камина — два дивана, стоящие вдоль противоположной стены. В узком проёме между ними аккуратно встал круглый журнальный столик. У окна — обеденный стол со стульями на шестерых. Комната, отделанная бело- золотыми вензелями на бежевом фоне, в целом смотрелась уютно, но как-то безлико.

— А почему все комнаты в бело- золотых вензелях? Это такой стиль, или вам просто нравится всё золотое? — хотелось поговорить о чём угодно, лишь бы заглушить стук собственного сердца, до которого, похоже, запоздалой реакцией начало доходить, что жизнь поделилась на до и после.

— Вензелях? — не понял магистр.

— Да, эти узоры везде. Они что-то значат?

— Узоры? Покажи-ка мне их, — магистр удивлённо смотрел на стены.

— Вот же, — прочертила пальцем по обоям, обводя узор. — Что-то не так?

— Интересно. Можешь срисовать их? Мальчик, принеси писчие принадлежности, — обратился он к одному из парней в охране. — То есть золотые вензеля ты видишь не только здесь?

— В комнате, где я очнулась, в зале на первом этаже, в коридоре. Да в общем везде. Стены светлые — бежевые, белые, разных оттенков, но золотые вензеля всюду, даже на шторах. А вы их не видите?

— Нет, я вижу чистые бежевые стены. Нарисуй, что видишь, — охранник как раз принёс бумагу и перьевую ручку с чернильницей.

— Я такими никогда не писала, не знаю, смогу ли. Ладно, попробую, — она обмакнула ручку в чернила и вывела первый виток узора на бумаге.

Рисовать было непросто, пара капель чернил всё же пролилась, но узор в целом получился.

— Невероятно, — поражался магистр.

— Что?

— Это не просто узоры, это руны. И я пока не знаю для чего они. Тебе придется перерисовать их в каждом месте, где видишь.

— Хорошо, нарисую, — устало кивнула гостья.

— Тебе не о чем беспокоиться, — вновь заверил магистр. — Поверь, здесь тебе ничего не грозит. Ты в безопасности. Эти руны не могут навредить жильцу комнаты. Для тебя это просто узоры на стене, не более.

— Я не о рунах беспокоюсь. Как я буду здесь жить? Где и кем буду работать? И вообще… — она обняла себя руками и на миг закрыла глаза.

— Будешь жить здесь, — с готовностью ответил мужчина. — Работать? В своём мире тебе приходилось работать? Ты жила в бедности?