Чтение онлайн

— Когда всё будет готово, я хочу быть первым, — встал с места пожилой волк. — Я должен был давно умереть, знаю, что это ты меня подпитываешь своей силой. Я стар, если я выживу, значит лечение и для других будет безопасным, если нет, будешь продолжать работать. Я верю в тебя! — подошёл к ней и прикоснулся носом к её виску, выражая поддержку.

Аля не нашлась что ответить, но тут волки стали между собой обсуждать кто будет следующим, недовольно запрыгал Тундж.

— Я! Я следующий! Я главный, она моя, значит я следующий.

— Ты не главный, главный Гар, а я здесь самый маленький, значит я следующий! — возразил малыш.

Возня малышей, воспринявших сложный эксперимент как игру, расслабила витавшее в воздухе напряжение от её видения и сложного разговора.

— Кстати, первым не будет никто, потому что первой была я. Меня укусили вампиры пару дней назад.

— Куда, покажи, — любопытный Тундж стал выискивать на ней шрамы.

— Сюда — показала она запястье — шрамов нет, не ищи, они кусают, пьют кровь, а потом сразу заживляют рану.

— Больно? — спросил малыш.

— В момент укуса да, больно, но потом боль проходит. Они выпили совсем немного крови. Кстати, я пришла сегодня с шприцами, мне нужна ещё ваша кровь, чтобы сравнить с той, что я брала у Гара. Поделитесь? — обратилась она к волкам. — Я покажу как это делаю. — И показала, продемонстрировав отрывок из воспоминаний, как именно происходил забор крови у Гара.

Первым подошёл старый волк.

— Будет больно, когда я введу иглу, сможешь не дёргаться? — спросила заглядывая в глаза.

— Бери, я не боюсь боли — ответил он и протянул ей лапу. Она зафиксировала зажимом вену и ввела иглу, предварительно обработав место прокола спиртом, от запаха которого волк фыркнул и отвернулся, взяла граммов двести крови. После поделилась силой, чтобы заживить ему рану и проделала то же самое с остальными волками. Каждому она назвала номер, чтобы они запомнили и сами и сделала фото каждого из них, фотоаппаратом с мгновенной печатью, купленным на Земле, наклеив фото на каждый шприц. Последними взяла кровь у малышей, смело протянувших ей лапу. Тридцать шесть шприцей разного калибра от ста до трехсот граммов были положены в стазис-шкаф, только у детей рискнула взять граммов двадцать. Эти шприцы она заказала в артефакторной мастера Офура, показав образцы поменьше из её мира. Поболтав с волками ещё немного, она собралась уходить, когда малыш спросил чем от неё так вкусно пахнет.

— Пахлава наверное — ответила Аля. — А вам можно сладкое? Плохо от него не будет?

— Покажи что это — потребовала малышня. Аля достала из стазис-шкафа большой набор пахлавы и волки взяли по одной на пробу.

— Ребят, я не знаю, можно ли вам есть сладкое. Не навредят ли вам эти сладости. Подождите! Фоли, покажись! — позвала фолиант.

— Я здесь — замерцал рядом красивый мужчина с аккуратной бородой в чалме. Поглаживая бородку чисто восточным жестом всё повидавшего в жизни мудреца, Фоли оглядел волков и приветствовал их восточным поклоном, едва склонив голову и приложив руку к груди. — Приветствую вас достопочтимые оборотни!

Оборотни с интересом разглядывали непонятного персонажа, но кивнули в ответ. Малышня с удивлением обнаружила, что не может дотронуться до полупрозрачного, но вполне реального мужчины в странной одежде.

— Как поживаете молодые оборотни? — обратился к ним улыбаясь Фоли, на что малышня взвизгнула от восторга.

— Фоли, я дала им поесть сладостей, и теперь переживаю, как бы им не стало плохо. Можем отсканировать каждого из них? У тебя были считывающие диагностические руны.

— Конечно, прекрасная леди. Одну минуточку.

Вокруг них засияли руны, начерченные Алией прямо в воздухе и спустя мгновенье проявились новые.

— Всё в порядке, вам можно есть сладости! Не часто, но можно. Давайте по чуть-чуть попробуйте сладости из моего мира. Хотите?

Волки с интересом поднялись со своих мест и подошли к скатерти, на которую Аля выложила кучу сладостей. Аккуратно они пробовали разные вкусности и указывали на понравившиеся, а в какой-то момент стали показывать свои любимые сладости, которые ассоциировались с домом и счастливыми моментами в жизни. После вкусной трапезы волки проводили её да границы, и счастливая девушка вышла навстречу изумлённым мужчинам.

— Что? — удивилась вытянутым лицам сопровождающих — Вы же не впервые видите меня с волками, ладно, вампиры шокированы. А вы то что?

— К этому зрелищу невозможно привыкнуть. Что там происходило? В какой-то момент они были явно злы. — спросил Франц.

— Нет, не злы, я случайно показала им свои кошмары, и они встревожились. Они просто очень беспокоятся за меня, считают слабой и злятся, что не могут уберечь от всего на свете. Кстати, образцы крови взяла, они уже составили список, кто за кем будет испытуемым, — поделилась, внезапно помрачнев.

— Что не так? Это же хорошо, они могли и не согласиться, особенно зная, что речь идёт об укусе вампиров. — спросил Севрский

— Я боюсь. Вдруг мои расчеты неверны, и я им наврежу. Я не смогу с этим жить, если мои кошмары оживут, — сжалась Аля.

— Я верю в тебя, — серьезно сказал император повернув её к себе лицом.

— Они так же сказали, — прошептала она. — Ладно, хватит сентиментов, пошли к Саргосским, мне ещё в воровстве признаваться.

— Ты что-то украла у Саргосских? — изумился Эрик.

— Да, и причём ценную вещь.

— Попрошу на минуточку! Не вещь! А полноценную личность, свободную в выборе, так что это не воровство, — предстал перед путниками средневековый писатель и философ Низами Гянджеви. Образ великого поэта — мыслителя настолько не вязался с местными реалиями, что каждый раз Аля еле сдерживала смех, боясь обидеть по-восточному обидчивого Фоли, видимо в чём — то перенявшего характер великого поэта.

— Вы кто, любезнейший? — не выдержав спросил лорд Шортский.

— Мы с вами не представлены друг-другу, любезнейший. — снисходительно ответил тому Фоли. — Я древний Артефакт, вместивший в себя знания двух миров — Фоли ибн Ант.

Аля, не выдержав, прыснула и сразу же извинилась перед великим и мудрейшим фолиантом за несдержанность, тот отнёсся к её реакции по-философски.

— В общем, когда я отдыхала во дворце лорда Саргосского, я переводила в библиотеке рунные книги, и случайно наткнулась на один древний фолиант, каково же было моё изумление, когда я обнаружила его в своём стазис- шкафу уже находясь в запретном лесу. С тех пор он стал обучать меня магии, и всюду следовал за мной, а на Земле познакомился с земной культурой и литературой, и из множества писателей, поэтов, философов и мыслителей выбрал образ моего земляка, жившего восемь столетий тому назад, и портрет которого был нарисован значительно позже, так что никто точно не знает, как именно он выглядел.