Чтение онлайн

Другим фактом является то, что правительство Алжира ведет тяжелую борьбу с «Аль-Каидой» и местными террористическими группами. Многие алжирские арабы – светские люди и гуманисты, они жестко сопротивляются натиску салафитов. Международное сообщество должно помочь правительству Алжира противостоять джихадистам и в то же время поддержать диалог между Алжиром и Тизи-Узу. Я предлагал это членам конгресса США, Европейскому парламенту и НПО, борющимся за права человека в регионе.

Лучшим решением была бы поддержка формирования коалиции либеральных алжирцев, кабилов и других берберов. Без сомнения, она составит в Алжире демократическое большинство. Коалиция и светское правительство Алжира создадут единый фронт, «Аль-Каида» останется в изоляции. Как только это будет достигнуто, демократическая культура начнет свое продвижение по стране, и в конце концов, центр признает периферию. К лету 2010 г. кабилы создали правительство в изгнании. Мехенни сказал мне: «Свобода не может ждать – мы идем вперед».

Арабы и кабилы – если и те и другие захотят демократии – могут совершить настоящую революцию и смести тоталитарные доктрины джихадистов. Проблема состоит в том, чтобы сформировать смелое меньшинство, которое постепенно начнет менять мнение большинства с тем, чтобы в Алжире и постепенно во всем Магрибе установилась демократия.

На берегах Северной Африки веют два ветра: ветер джихадистского кошмара и ветер надежды на демократию.

Почему мировое сообщество слепнет на один глаз, когда речь заходит об этнических и религиозных меньшинствах на Среднем Востоке? Этот вопрос десятилетиями задают участники конференций, посвященных правам человека, демократии и диссидентского движения на Среднем Востоке. Мне часто приходилось рассуждать на эту тему, особенно, когда вопрос касался одного из наиболее маргинализированных меньшинств региона – египетских коптов. Существует неоспоримый факт, от которого невозможно уйти: копты сталкиваются с несправедливостью не только в самом Египте. Коптов дискриминируют режимы всего Среднего Востока, господствующая политическая культура и ООН. Делается это по одной простой причине: копты не признаны народом, имеющим собственную идентичность, собственную историю, собственную религию и собственные устремления. В отличие от берберов, кудров, палестинцев или евреев коптов даже не считают «народом», заслуживающим прав. Хотя копты происходят от древних цивилизаций, строивших пирамиды, обладавших передовой наукой и создававших предметы, которые с гордостью выставляют в своих экспозициях музеи всего мира как убедительные свидетельства высокоразвитой культуры прошлого, борьба этого народа за свои права остается сугубо их личным делом.

«Почему к нам не относятся так, как относятся к мусульманам Косова, Боснии, Газы, хотя наша численность превышает численность всех этих групп, вместе взятых? – спрашивал д-р Шавки Карас. Скончавшийся в 2003 г. Карас был основателем Американской коптской ассоциации, штаб-квартира которой находится в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. Карас никогда не упускал возможности ни в США, ни в других странах, чтобы выступить от имени коптской общины, которую сам Карас считал «самой дискриминируемой из всех народов Среднего Востока».

На форуме, организованном в 2002 г. Коалицией в защиту прав человека в исламском мире (форум состоялся в Вашингтоне), выступали и я, и Карас, который в своем докладе остановился на моральном аспекте коптской проблемы. «Мы – народ, который насчитывает 14 млн человек, проживающих в самой населенной арабской стране – Египте. Копты – одни из старейших христиан мира, один из беднейших народов мира. С VII в. н. э. коптам постоянно отказывают в основных правах. Даже народы, подвергшиеся оккупации, жестокому обращению, массовым уничтожениям, были, по меньшей мере, в какие-то моменты признаны народами и в течение своей бурной истории временами вкушали свободу и наслаждались своей самобытностью. С коптами такого не случалось никогда. Копты – самые презренные из презреннейших псов».

Карас, уехавший из родного Египта в начале 1960-х гг., бежал от угнетения арабского националистического и социалистического режима Гамаля Абдель Насера. Поселился в Америке и занялся проблемами социального поведения, стал успешным профессором в университете штата Коннектикут. С начала 1970-х гг. занялся организацией коптских беженцев, проживающих в США. Он создал ассоциацию, отстаивающую права коптов в Египте. Я познакомился с Карасом в 1991 г. в Вашингтоне, на конференции, которая стала первой своеобразной «встречей в верхах» представителей египетских коптов, иракских ассирийцев, ливанских христиан. На конференции обсуждали общую участь и будущее христианских меньшинств Среднего Востока в свете постоянных гонений, осуществляемых джихадистами. Карас был гласом, взывавшим к справедливости, гласом, к которому я прислушивался на протяжении десятилетий. И хотя его уже нет с нами, я храню память о нем.

Впервые я столкнулся с проблемой коптов через несколько месяцев после того, как написал ряд статей для ежедневной бейрутской газеты Аl Ahrar («Свободные люди») в 1980 г., когда в Египте произошли драматические события. Коптские кварталы Каира и коптские деревни в Верхнем Египте подверглись рейдам вооруженного ополчения «Джемаа Исламия», ответвления «Братьев-мусульман», предшественника современных воинствующих салафитов. Во время этих кровавых событий коптов убивали, насиловали, похищали, пытали. Многие люди в Ливане и на Западе тогда впервые услышали о том, что в Египте есть христианское меньшинство, численность которого исчисляется миллионами.

Изучая историю коптов, я узнал, что в Каире есть целый район, населенный христианами-коптами. Район называется Шубра. Уже одна многочисленность этого христианского народа, с древних времен проживающего в долине Нила, ошеломляет. В одном районе Каира коптов больше, чем палестинцев в Газе. Численность коптов превышает численность всего населения греческой части острова Кипр или Восточного Тимора. Коптов больше, чем граждан Кувейта, Бахрейна или Ливана. Копты – это не население нескольких улиц нескольких рассеянных по пустыне селений. Копты были и остаются крупнейшей исповедующей христианство группой на Среднем Востоке, они почти так же многочисленны, как курды или берберы, проживающие в трех или четырех странах. Через несколько лет после того, как президент Садат подписал мирный договор с Израилем в 1979 г., по Египту прокатилась кампания, направленная против коптов. «Как могло такое случиться в стране, получавшей огромную помощь от США?» – спрашивал я себя в то время.

Когда произошли эти события, президент Садат, которого я уважал за его отвагу (он лично поехал в Израиль с намерением заключить мир), действовал очень странно: приказал заключить в тюрьму и нападавших, и жертв нападений. Тысячи джихадистов и коптов были арестованы и посажены в тюрьмы за «подстрекательство к конфессиональным инцидентам и участие в них». Уравнивать вооруженных исламистских ополченцев и коптов было нелогично, особенно для президента, которого критиковали все радикалы Среднего Востока.

Через год после этого, во время государственного праздника Анвар Садат был убит джихадистами.

Копты – прямые потомки древних египтян, живших при фараонах. В древнеегипетской цивилизации этот народ был тем же, чем майя и инки для доколумбовых цивилизаций Центральной Америки. Хамиты-копты приходятся отдаленными родственниками берберов Северной Африки. Слово копт, или гипт, ассоциируется со словом Египет (Eh Gypt, что буквально означает «страна коптов»). Копты приняли христианство от св. Марка, проповедовавшего в Александрии. До арабского завоевания долины Нила египетская коптская культура существовала при Византийской империи. Как и для других древних народов Среднего Востока, экспансия Халифата в Египет имела исторические последствия для идентичности и суверенитета коптов. Хотя нынешний кризис, переживаемый коптами, связан с отсутствием демократии и подавлением свобод в Египте, копты считают, что в основе проблем, связанных с их идентичностью, лежат события середины VII в. Такая позиция удивительным образом соответствует позиции других национально-освободительных движений на Среднем Востоке.

В 639 г. н. э. войска Халифата под предводительством Амра ибн аль-Аса вторглись в Египет. Разгромив византийцев в нескольких сражениях, арабы брали один египетский город за другим. Христиане-копты получили статус дхимми. Постепенно многие копты перешли в ислам и подверглись арабизации, но значительная часть коптов сохранила свою изначальную культуру. В конце VII в. местное население поднимало разрозненные восстания против арабских правителей Египта.

В отличие от ливанских христиан, живших в горном анклаве, который они и превратили в родину, где ожидали падения Османской империи, коптам, живущим на равнинах Египта, не оставалось ничего другого, как подчиняться всем, кто бы ни правил долиной Нила. Со временем произошло разрушение культуры, коптским языком стали пользоваться только в церкви.