Чтение онлайн

Таким образом, власть, которой пользуются ваххабиты в саудовском государстве, можно сравнить с властью ядра коммунистической партии в СССР. Не все жители Саудовской Аравии и даже не все представители бюрократии и правительства – ваххабиты, но ваххабитский исламизм является государственной идеологией страны, и попытки избежать его были бы равносильны мятежу против ортодоксального коммунизма в советскую эпоху. Многие мужчины, служащие на разных уровнях государственной машины Саудовской Аравии, критически относятся к ваххабизму. И все же режим слишком укоренен в теологию для того, чтобы в рамках системы могло естественным образом возникнуть какое-нибудь реформаторское течение6.

Клерикальный режим не только сохраняет твердую хватку во внутренних делах, но и контролирует внешнюю политику Саудовской Аравии. Под руководством ваххабитов Эр-Рияд на региональном и международном уровнях проводит политику и постоянные кампании, направленные на выполнение программы, которую выдвинули салафиты. Во времена «холодной войны» Саудовская Аравия вкладывала огромные средства в финансирование учреждений, ассоциаций и правительственных ведомств по всему Большому Среднему Востоку и за его пределами, внедряя тем самым салафитскую доктрину. Миллионы нефтедолларов были потрачены на поддержку образования, социальных, медицинских и экономических проектов в арабском мире с целью создания массовой поддержки исламистов. «Ваххабитская программа», благоприятствующая ужесточению норм шариата, гендерной сегрегации и джихадистскому подходу к международным отношениям, образует, наряду с хомейнизмом и баасизмом, самую мощную силу, выступающую против подъема либеральной демократии и плюрализма в регионе.

Ирония состоит в том, что хотя политические лидеры Саудовского королевства проявляют признаки прагматизма и инициируют мирные проекты, направленные на разрешение арабо-израильского конфликта, другое крыло режима, ваххабитское духовенство, стоит на непримиримых позициях. Продвигаемая ваххабитами идеология породила движения, которые яростно выступают против демократии, равенства женщин, равные права немусульманских общин и решения, предусматривающего создание двух государств в Палестине. Неразрывная связь между истэблишментом Саудовской Аравии и ваххабитским клерикальным блоком принуждает монархию отстаивать строгие правила, пресекать реформы, а в некоторых случаях – и простую модернизацию общества. В Саудовской Аравии существует самая закрытая общественно-политическая система на Среднем Востоке (за исключением режима талибов), но эта система сталкивается с вызовами, которые бросают ей общественные и интеллектуальные движения, стремящиеся к либерализации. Даже ваххабиты порой могут выступать как оппозиция в своем же собственном логове.

Внутри Саудовского королевства с центральной властью Эр-Рияда вступают в конфликт два важных региона, которые продолжают настаивать на своей «обособленности» от господствующих в стране выходцев из Неджда. Любопытно, что крупнейшей провинцией, проявляющей несколько критическое отношение к саудидам, является Хиджаз, в котором находятся святые города ислама, Мекка и Медина. Жители Хиджаза, в целом более умеренные и открытые, чем находящаяся под ваххабитским влиянием правящая элита Эр-Рияда, сохраняют обиду за произошедшее в 1920-х гг. вторжение саудидов в их «страну». После Первой мировой войны в течение короткого времени, когда шли мирные конференции, Хиджаз был независимым государством. До того, как Хиджаз был захвачен силами ваххабитов и присоединен к Неджду, чиновники и делегации Хиджаза участвовали в переговорах о будущем Среднего Востока. Остаточное чувство того, что Хиджаз – это особая страна, все еще преобладает во многих частях провинции, простирающейся от современной Иордании до северных границ Йемена. Напряженные отношения между Хиджазом и Недждом хотя и не имеют геополитических последствий, но указывает на тренд к выдвижению в будущем требований децентрализации, которые могут возникнуть в политической элите Саудовской Аравии.

Вполне вероятно, что возможная будущая автономия Хиджаза в рамках объединенной Аравии – хорошая новость для Аравийского полуострова и всего региона. Развитие тенденций к либерализации в самом чувствительном районе арабского и исламского мира и наиболее яркое проявление этих тенденций в городах Мекка и Медина будут равносильны интеллектуальной революции. «Только представьте себе ситуацию, при которой важнейшие святилища исламского мира станут постепенно превращаться в генераторы терпимости, плюрализма и, наконец, идей либерализма», – говорили мне некоторые активисты движения за права человека из Хиджаза во время одной из конференций, проходивших в конце 1990-х г. в Вашингтоне.

Репрессии, обрушивающиеся на женщин главного портового города Саудовской Аравии Джидда за то, что их одежда не в полной мере соответстовала требованиям ислама, происходят намного реже, чем на остальной территории страны, особенно в Эр-Рияде. На многих панельных дискуссиях, которые я проводил в СМИ, из Хиджаза, в том числе из Мекки, поступали звонки людей, выражавших недовольство жестокостями религиозной полиции «Мутавва» и радикальных священнослужителей. Разумеется, эти звонки – всего лишь легкие признаки того, что большинству населения Хиджаза хотелось бы жить в условиях менее жестких мер, а не явные, неопровержимые свидетельства стремления к либерализации. У истэблишмента Хиджаза поначалу были исторические связи с Хашимитской династией, которая в начале ХХ в. была изгнана из Хиджаза и ныне правит в Иордании. «Представьте себе, что родиной ислама будут править в том же духе, в каком правит иорданская монархия», – говорят активисты из Хиджаза.

Можно сделать вывод о том, что идеологическая хватка, которой ваххабиты держат духовный центр ислама, не так уж и крепка. Это весьма рискованное утверждение, но есть надежда, что новое, молодое поколение реформаторов в Хиджазе будет добиваться открытости политической системы и не в таком уж отдаленном будущем добьется свободы и демократии.

Наиболее сложны отношения, складывающиеся между шиитским населением восточной части Саудовской Аравии и суннитами – закоренелыми священнослужителями режима. Большинство населения провинции Эш-Шакрийя, где находится большая часть запасов нефти, составляют не сунниты. Представители шиитской оппозиции утверждают, что в этих районах ваххабитский режим прибегает к систематическим репрессиям в отношении шиитского религиозного меньшинства.

Али аль-Ямми, директор находящегося в Вашингтоне Саудовского совета по правам человека, на брифинге в конгрессе, который состоялся в июле 2010 г. (я был участником этого брифинга), заявил, что «режим Саудовской Аравии держит шиитское население в состоянии экономической неразвитости с целью ослабить политическое участие шиитов в системе». Ямми, которого принудили к эмиграции, один из тех, кого считают убежденным либералом, выступающим против системы в целом.

Али аль-Ахмад, директор Института Персидского залива в Вашингтоне, в своих докладах для правительства США утверждал, что «ваххабитский режим – главная, коренная причин экспансии исламистской и джихадистской идеологии не только в Саудовской Аравии, но и во всем регионе». Ахмад, выходец из восточной части Саудовской Аравии, где преобладают шииты, сказал мне: «Салафиты-экстремисты, оказывающие влияние на режим, негодуют по поводу существования шиитской общины в королевстве. В районах проживания шиитов усиливается страх перед революцией».

Саудовские должностные лица, напротив, сказали мне, что напряженность в населенных шиитами районах – «результат происков Ирана, который подстрекает шиитов к мятежу». Саудовское правительство убеждено в том, что тегеранский режим финансирует организацию, подобную «Хезболле» в районе г. Дхахран и управляет нападениями на представителей властей Эр-Рияда. Аль Ямми сказал мне: «У арабов-шиитов Саудовской Аравии есть собственное дело и им не нужны иранские муллы».

Возможно, правы обе стороны. С одной стороны, шиитская община в восточной части Аравийского полуострова фактически является объектом репрессий ваххабитского режима, который подавляет не только умеренных суннитов и либералов, но и шиитов. С другой стороны, иранский режим пытается проникнуть в шиитскую общину Саудовской Аравии и создать проиранское движение на полуострове. Короче говоря, население этого района зажато в клещи между ваххабитами и последователями Хомейни.

Саудовскую Аравию часто называют монолитной и нечувствительной к модернизации и либерализации. Такое описание было бы правильным, если бы в стране проживали только ваххабиты. На самом деле недовольство господством салафитов выражают не только в Хиджазе и восточной части страны. В обществе Саудовской Аравии есть группы, скептически относящиеся к ваххабитам. Среди таких людей на удивление много высокопоставленных эмиров и даже членов королевской семьи. Некоторые интерпретируют недавно предпринятые королем шаги по некоторому ослаблению религиозного контроля над судьбами женщин как шаги в правильном направлении и известное противодействие «несгибаемым» ваххабитам. В бюрократическом аппарате существует оппозиция крайнему ваххабизму. Назвать эти силы реформистскими пока нельзя, поскольку они не выдвигают полноценной программы, как это делает «зеленое» движение в Иране. Важно отметить, что в Саудовской Аравии ваххабиты сталкиваются с разрозненным сопротивлением более умеренных исламистов.

С точки зрения демократизации Саудовской Аравии наиболее важны настоящие либералы-диссиденты. По большей части такими либералами становятся обычные граждане, осознавшие, насколько важны плюрализм и права человека в их собственной жизни. Сегодня в ваххабитском королевстве начинается то, что может превратиться в не имеющую прецедентов и параллелей контрджихадистскую силу, которая не будет существенно отличаться от продемократических групп, появившихся в Афганистане, Иране и других странах Среднего Востока. На современной стадии истории региона отдельные диссиденты и интеллектуалы, действующие в условиях тоталитарных режимов, столь же ценны, как и массовые движения сторонников демократизации. В Саудовской Аравии можно отчетливо видеть признаки усиления реформистских настроений. Все больше писателей этой страны, молодых и пожилых, отвергают крайний салафизм, идеи джихада и призывают к равноправию женщин. Работы этих авторов публикуют не только в западных СМИ. Они появляются и в арабских СМИ, прежде всего, на сайтах Elph.com и Aafaq.com. Молодые люди из Саудовской Аравии участвуют в художественных шоу на региональных телеканалах, в том числе в ливанских эквивалентах шоу American Idol, Star Academy. Появления подданных королевства в этих передачах вызвало в Саудовской Аравии нападки радикальных священнослужителей и угрозы в адрес LBCI (Ливанской международной вещательной корпорации), но желаемого результата ваххабиты не добились.