Чтение онлайн

Зелоты не были полностью оторваны от реальности. Они не ожидали мгновенных чудес; они ожидали долгой и тяжелой партизанской войны, в которой многие из них погибнут. Но они верили, что в конечном счете победа будет принадлежать им, несмотря на подавляющее военное превосходство римлян. Умеренные же фарисеи, будучи антиримски настроенными не меньше зелотов, не верили, что время для открытого противостояния уже настало. Они не исключали возможности того, что явится, как уже часто случалось в еврейской истории, освободитель, который победит врага. Но они склонялись к осторожности и скептицизму, когда кто-либо уверял, что этот освободитель – он. Ибо они знали, что в еврейской истории было много разочарований и ожиданий избавления, которое так и не наступало. А пока что они принимали жестокую реальность римской оккупации, с одной оговоркой: римляне не должны попирать главных святынь еврейства. Если такие святыни оказывались под угрозой (как было в случае плана Калигулы водрузить собственную статую для поклонения в еврейском Храме), даже самые умеренные фарисеи готовы были сражаться, ибо по таким вопросам доктрина фарисеев гласила, что смерть следует предпочесть компромиссу.

Поэтому умеренные фарисеи выжидали своего времени, пока не наступит благоприятная обстановка для восстания. А пока что они платили налоги и воздерживались от открытого восстания; но они и не принимали никаких официальных должностей от римской оккупационной администрации и отказывались сотрудничать с римской полицией в операциях, имевших целью выслеживать и убивать зелотов. В итоге зелоты начали настоящую войну, в которой приняли участие все еврейские партии (даже саддукеи). В этой войне (60–73 гг. н.э.) зелоты сражались до последнего человека. Героическая оборона их последнего оплота, Масады, общеизвестна. Здесь последние зелоты под предводительством Элиезера бен Яира, потомка первого зелота Иуды Галилеянина, после упорной обороны предпочли самоубийство римскому плену. Так зелоты исчезли из истории, и дальнейшая судьба евреев и иудаизма осталась в руках более умеренных фарисеев.

В Новом Завете есть хорошее описание позиции фарисеев (Деян., 5:34–39). Когда Петра, через некоторое время после смерти Иисуса, арестовала саддукейская партия первосвященника и он был приведен на суд синедриона, фарисейский лидер Гамлиэль (Гамалиил) защищал Петра следующим образом: «Встав же в синедрионе, некто фарисей, именем Гамалиил, законоучитель, уважаемый всем народом, приказал вывести Апостолов на короткое время; а им сказал: мужи Израильские! подумайте сами с собою о людях сих, что вам с ними делать. Ибо не задолго пред сим явился… Иуда Галилеянин и увлек за собою довольно народа; но он погиб, и все, которые слушались его, рассыпались. И ныне, говорю вам, отстаньте от людей сих и оставьте их; ибо если это предприятие и это дело – от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не можете разрушить его; берегитесь, чтобы вам не оказаться и богопротивниками».

Этот отрывок показывает выжидательную позицию умеренных фарисеев. Заметьте, что нет и речи об осуждении «подрывной» деятельности Февды и Иуды. Он одобряет их цели (нанести поражение римлянам), но только сомневается в том, действительно ли они вдохновлены Богом. Особенно интересно то, насколько рисуемая здесь картина отличается от того образа фарисеев, который во всех остальных случаях рисуют Евангелия и Деяния апостолов. Куда делись притеснители-фарисеи, которые будто бы травили Иисуса и затравили до смерти? Ведь как раз лидер фарисеев Гамлиэль несколько ниже (Деян., 22, 3) назван учителем Павла, а Павел в то время, когда был будто бы фарисеем, преследовал последователей Иисуса и обрекал их на смерть. Гамлиэль был не просто одним из лидеров фарисеев: он был главой всей фарисейской партии, потомком великого Гилеля. Ничья точка зрения не могла быть столь же характерной для фарисеев, чем его. Однако же здесь он призывает к терпимости по отношению к первым сторонникам Иисуса. Если Павел действительно был учеником Гамлиэля, то от кого же и где же он научался своей нетерпимости? Этот инцидент каким-то образом избежал антифарисейской переработки. Инцидент этот следует запомнить как одно из свидетельств (а мы увидим, что будут еще и другие) истинного характера фарисеев, о котором свидетельствуют даже антифарисейские источники.

Как ни осторожны были умеренные фарисеи, взвешивая шансы самозваных избавителей, они были способны поднять настоящий мятеж, если уверятся в том, что явился истинный Избавитель. Во второй великой войне против римлян (132–135 гг. н.э.) вождь евреев Бар-Кохба пользовался поддержкой весьма влиятельного фарисейского лидера, рабби Акивы, объявившего Бар-Кохбу Мессией. Война эта была лучше спланирована и более успешна, чем восстание зелотов. Римляне были фактически выброшены из Палестины, было создано независимое еврейское государство, просуществовавшее более двух лет. К сожалению, наши сведения об этом периоде скудны, так как эта война не имела своего Иосифа Флавия, чтобы составить о ней подробный отчет, а сведения Талмуда отрывочны. Но все же некоторую информацию можно извлечь из римских источников, а недавние археологические находки пролили на этот период свет. Бар-Кохба был разгромлен и убит римским генералом Юлием Севером, отозванным из Британии для расправы с евреями. В ходе жестокого эпилога этой войны с рабби Акивы содрали кожу заживо. Других законоучителей сожгли живьем, причем на сердце им клали сырую шерсть, чтобы продлить мучения {Вавилонский Талмуд, Авода Зара, 17б.}. Для этого случая даже распятие было сочтено слишком мягкой казнью. Еврейское государство было уничтожено, а почти все оставшееся население изгнано из страны. Это было концом двухсотлетнего противостояния фарисеев Риму.

Восстание Бар-Кохбы показывает, что даже умеренные фарисеи были способны на открытый мятеж. Впрочем, вполне возможно, что причиной их отчаянного решения поднять восстание было не только стремление к политической независимости, но и решение императора Адриана запретить обрезание и построить языческий храм на развалинах еврейского Храма в Иерусалиме. В общем же умеренные фарисеи, в отличие от зелотов, готовы были терпеть чужеземное правление при условии, что их святыни не будут подвергаться оскорблениям. Но это терпение никогда не было равнозначно признанию чужеземного ига. Им никогда и в голову не приходило, что римляне пришли сюда на веки вечные. Они полагали, что рано или поздно Бог пошлет им избавителя, который спасет евреев от римлян, как были они спасены и от других притеснителей.

Неверно было бы и рисовать саддукеев как предателей и коллаборационистов. В отличие от фарисеев, они сотрудничали с римлянами. Но, подобно петенистам в оккупированной Франции, они полагали, что, принимая назначения на должности, они сохраняют некую долю национальной независимости и защищают своих соотечественников от ужасов прямого военного правления. Действуя против Сопротивления, они полагали, что действуют в интересах еврейского народа. Они считали, что непримиримая позиция Сопротивления ставит еврейский народ под удар. Их позиция хорошо выражена в Евангелии от Иоанна: «Если оставим его так, то все уверуют в него, и придут римляне и овладеют и местом нашим и народом» (Ин., 11:48). Конечно, такие люди склонны к самообману; они преувеличивают собственную власть и прячут от собственного сознания то, в какой степени ими движет любовь к высоким должностям. Тем не менее саддукеи все же оставались евреями. В дни Аристобула и Гиркана они храбро сражались против римлян; и когда в 66 г. н.э. жребий был брошен и началась Иудейская война, они тоже присоединились к восстанию. Лишь иродиане, которые были не религиозной, а чисто политической партией, поддержали римлян в этой войне.

Да и фарисеи не полностью самоустранились от политической жизни во время римской оккупации. Они продолжали иметь сильное представительство в синедрионе, верховной судебной палате иудеев. Иудаизм был религией Закона, и одной из важнейших функций фарисейских лидеров было исполнение судейских обязанностей. Римляне были заинтересованы главным образом в сборе налогов, а чисто религиозными правонарушениями вообще не интересовались. Поэтому сангедрин(синедрион) продолжал заседать, как и суды низшей инстанции в каждом городе. И во всех этих судах господствовали фарисеи. Первосвященник по должности председательствовал в синедрионе. Но это не означает, что его мнение по судебным вопросам было важным, а тем более решающим. Число судей в синедрионе равнялось 70, и все спорные вопросы решались большинством голосов {Сам Новый Завет описывает случай, когда голоса членов синедриона перевесили мнение первосвященника (Деян., 5, судебное дело Петра).}.

Хотя первосвященник был бессилен в синедрионе, он господствовал в своем собственном суде, который собирался для рассмотрения вопросов, подлежавших его юрисдикции в качестве чиновника римской администрации. Первосвященник фактически был полицейским чином, чьи функции как римского ставленника состояли в том, чтобы выявлять признаки бунта против оккупационных властей. Он обладал полномочиями производить аресты и вести допросы. И если он удостоверялся в подрывной деятельности, то отправлял арестованного к римскому прокуратору для суда и наказания { Buechler A.Das Sinedrion in Jerusalem und das grosse Beth Din in der Quader-Kammer. Wien, 1902.}. Согласно Новому Завету, Иисус был судим синедрионом по обвинению в религиозном кощунстве. Ниже мы покажем, что он никогда не представал перед синедрионом, а был допрошен по обвинению в бунте против римлян в полицейском суде первосвященника.

Следует подчеркнуть, что синедрион ни в коей мере не был орудием римлян. Он занимался религиозным законом, а всякий раз, когда судебное дело касалось власти или интересов Рима, оно не подлежало юрисдикции синедриона, а должно было быть направлено прокуратору. Но даже такое направление не входило в полномочия синедриона; однако вероятно, что первосвященник пользовался своим положением председателя синедриона, чтобы следить за его судопроизводством и узнавать о делах, способных представить интерес для римлян.

Еще более проримскую позицию, чем партия первосвященника, саддукеи, занимали иродиане. Это были остатки царского двора Ирода Великого и отправленного Августом в ссылку его сына Архелая. Иродиане надеялись, что их изгнанный господин или какой-либо его родственник в один прекрасный день, возможно, вернется к власти. В Галилее, вассальном княжестве Ирода Антипы, другого сына Ирода Великого, иродиане продолжали оставаться у власти. В Иудее же иродиане старались подольститься к римлянам как могли, и некоторые из них служили офицерами в римских войсках. Иродиане были единственной значительной группой евреев, чьи мотивы действий не носили религиозной окраски.