Чтение онлайн

— Живы? — раздался в наушниках взволнованный голос Ворчуна.

— Лучше бы меня в роддоме потеряли, — простонал Семён, забираясь обратно в кресло. Дрожащей рукой повернул прицел, разглядывая жертву тарана. Смятый до неузнаваемости Тигр лежал на обочину вверх колесами, неспешно паря. Рядом стояли грузовик и джип врача.

Семён распахнул люк и вылез наружу. Шатаясь добрел до уничтоженного Тигра. Туда же прибежал и Леха с автоматом. Добивать никого не пришлось. В переплетениях искореженного металла обнаружились все три пассажира Тигра. Мертвые. Изуродованные переломанные тела — вот всё, что осталось от них.

— А вот эта рожа мне знакома, — прищурился подошедший Константин Валерьевич.

— Константин… Валерьевич, ты нахуя на встречку вылез? — вызверился на него Бурят.-

— Просто, Костя, — машинально поправил его врач, нагибаясь пониже и продолжая вглядываться в труп сидевшего рядом с водителем офицера.

— Точно, — повернулся он к Буряту и сказал, показывая рукой на заинтересовавший его труп: — Парни, мы нечаянно генерала Соколова ёбнули.

— Бля, — простонал Леха, хватаясь за голову. Командующий вооруженными силами анклава. Его смерть по вине многострадальной роты станет последним камнем, который им привяжут к ногам, прежде чем скинуть с ГЭС в Обское море.

— Да, херня, — успокаивающе махнул рукой Костя: — У нормальных генералов не бывает железяк в голове.

— Где? — удивленно спросил Бурят.

— Смотри, — Костя подошел поближе к машине и показал рукой на голову генерала. Семён подошел, пригляделся и действительно разглядел металлический блеск в страшной ране на голове генерала. Срезанная почти наполовину черепушка одного из высших военных чинов анклава скрывала в себе страшную тайну. Тайну, за которой они ушли в свой долбаный рейд. Тайну, за которую они бились, получали раны и теряли технику и боевых товарищей. Теряли надежду и обретали её вновь.

— Что ж. Эту-то черепушку мы все-таки довезем, — сказал Бурят и пошел к танку за инструментом.

Голова безжалостно трещала. Казалось, весь мир наполнен непонятным треском и постепенно куда-то наклоняется, уплывая из вида. Егор со стоном оторвался от бутылки с минералкой, немного прояснившей отравленный алкоголем мозг. Господи, зачем он столько пил вчера? Точнее сегодня. Ночью. Хотя, попробуй откажи восторженным генералам, подносящих стопку за стопкой.

Он пришел в себя несколько минут назад. С трудом разлепил глаза и обнаружил заботливо оставленную на табуретке возле дивана, на котором он спал, бутылку минералки. Ополовинив её, он, кряхтя, поднялся. С трудом подавил желание плюхнуться обратно и забыться тяжелым похмельным сном. Доковылял до двери и вышел в коридор. Сидевший неподалеку на лавочке боец в форме спецназа контрразведки встрепенулся и подскочил к нему.

— Доброе утро, товарищ подполковник, — поприветствовал он Егора.

— Доброе, — хрипло ответил Егор, пытаясь сфокусировать зрение на бойце.

— Товарищ генерал приказал доставить вас к нему, когда проснетесь, — доложил тот.

Егор тоскливо посмотрел на бойца, прощаясь с мыслью потратить этот день на приведение себя в чувство. Родина звала в стойло.

— Где тут туалет? — вздохнув, спросил Егор. Боец показал. Умывшись и сдав отходы, Егор, чувствуя себя после умывания ледяной водой значительно бодрее, стрельнул у бойца сигарету, после которой безумно захотелось жрать. Но, такую роскошь позволить он себе не мог, и пришлось залезать в очередной черный внедорожник, который повез его в город.

На улицах города было пустынно. Несмотря на позднее утро, не неслись никуда автомобили, спеша доставить пассажиров и грузы в пункты назначения. Вместо них на перекрестках и мостах неподвижно замерли многочисленные посты военных на редко встречающейся ранее в городе тяжелой военной технике. Кое-где были оборудованы укрепленные огневые точки. В парке промелькнули стоявшие в тени деревьев танки. Немногочисленные прохожие торопливо перемещались от здания к зданию, периодически останавливаемые на редкость бдительными патрулями. Необычная тишина стояла над, казалось замершим в тревожном ожидании чего-то страшного городом.

Местом назначения стал небольшой неприметный ранее двухэтажный домик, в котором ранее, до войны располагалась какая-то контора. Теперь же здесь бурлила жизнь. Военная техника, окружившая здание, многочисленные легковые машины, стоявшие как попало. Прибывающие и убывающие военные и фельдъегеря. На газоне перед зданием неподвижно замер, нацелив в небо стволы Панцирь-С1.

— Приехали, — остановил машину прямо перед входом в здание водитель. Егор вылез из машины и в сопровождении приставленного к нему бойца зашел в здание.

— Куда? — спросил его пожилой лейтенант, исполняющий роль вахтера.

— Самойлов где? — спросил у него Егор.

— Второй этаж, направо, — ответил лейтенант.

На втором этаже, в предбаннике перед обнаружившимся там кабинетом мариновались в ожидании несколько офицеров. Перед дверью стоял немного пыльный стол, за которым сидела, перебирая в руках какие-то бумаги, хмурая Ольга, секретарь генерала.

— Привет, Оля, — поздоровался с ней Егор, подходя к столу и краем глаза ловя недовольные взгляды ожидавших офицеров.

— Добрый день, Егор Николаевич, — ответила та.

— Генерал тут? — спросил Егор.

— Так точно, только он занят. Придется подождать, — ответила Ольга и вновь уткнулась в бумажки.

Егор хмыкнул, прошел мимо стола и решительно толкнулся в дверь. В кабинете обнаружился вчерашний квартет офицеров, щедро наливавших Егору коньяк и бросивших его на самом интересном моменте. Они сидели за столом и завтракали, а, может, и обедали, что-то тихо обсуждая. На шум открывшейся двери все дружно подняли головы и повернулись, внимательно разглядывая просочившегося в двери подполковника.

— Явился, алконавт, — язвительно произнес генерал Самойлов. Батя скривил губы в беззвучной усмешке.

— Здравия желаю, — отсалютовал им Егор и подошел к столу. Нагло зацепил с тарелки бутерброд с сыром и принялся жевать. Заглянувшая следом за ним в кабинет Ольга только покачала головой и аккуратно прикрыла дверь.

— Садись уже, — проворчал Самойлов, глазами показывая на россыпь стульев, как попало стоявших по всему кабинету. Егор не заставил себя упрашивать, пододвинул стул и уселся, продолжая уничтожение бутербродов с пододвинутой ему поближе тарелки. Батя молча взял чистый стакан с подноса и налил Егору из термоса горячего ароматного кофе.