Чтение онлайн

– Сделаю, Виктор сан. Это не ресторанное блюдо, но я знаю, кого мне попросить его приготовить.

– Я буду очень благодарен - прикладываю к груди руку - вся надежда только на тебя!

Захожу в номер, падаю на постель. Сил нет, а они так нужны! С трудом беру себя в руки, раздеваюсь до трусов, начинаю разминаться. Олимпиада сама себя не выиграет. Сначала отжимания, потом упражнения на пресс и приседания. Завершает вечернюю тренировку бой с тенью. Теперь в душ и баиньки. Утром мне еще Александрова в чувство приводить…

…Выхожу из ванной, замотав на бедрах белоснежное махровое полотенце. Другим на ходу вытираю голову. Мне показалось, что пока я стоял под душем, открылась дверь в моем номере. Может, это Славка заходил доложить, как они справились с Валентинычем...? Но нет, охранника в номере не видно. Зато в гостиной на диване сидит незнакомая молодая японка в легком голубом платье. Или... знакомая…?

– Мизуки… - выдыхаю я, встречаясь взглядом с карими глазами, которые до сих пор снятся мне по ночам - Но как?!

Девушка понимает меня правильно, тепло улыбается:

– Начальник твоей охраны меня узнал в холле отеля, пустил в номер. Здравствуй, Витя сан!
– гейша подходит ближе - ты еще не забыл свою Мизуки?

Делаю шаг, другой навстречу… Девушка так же медленно приближается, в ее глазах радость и ...надежда.

– Счастье мое, да, как же я могу забыть тебя, если ты снишься мне каждую ночь?!

– И я вижу тебя по ночам… Витя, я так скучала!
– ее судорожный выдох больше похож на всхлип, и она наконец, бросается мне на шею.

Без своих дурацких сандалий окобо и высокой традиционной прически гейши Мизуки такая невысокая, такая миниатюрная. И лицо такое юное без грима - ну, прямо девчоночка - студентка… Сейчас, когда я снова обнимаю ее гибкое тело, яркие воспоминания о нашей первой встрече в Доме “Тихий уголок” водопадом обрушиваются на меня, и я в мельчайших подробностях вспоминаю все, что случилось между нами в Киото. И забываю про все свои неприятности…

Это какое-то сумасшествие…Мы занимались любовью с такой безумной нежностью друг к другу, что даже язык не поворачивается назвать это сексом. Я никогда не представлял, что можно так сильно соскучиться друг по другу, меня просто сводит с ума тонкий аромат ее цветочных духов. И все это при полном понимании того, что завтра утром мы расстанемся, и теперь уже возможно навсегда. Мизуки удалось вырваться в Токио только на один день, а мне через два улетать в Москву, и этого никак не изменить - мы живем с ней в разных мирах, которые слабо пересекаются.

– Мизуки, ты мое наваждение - шепчу я ей - Я просто ненавижу эту невозможность видеть тебя! Хотя бы изредка.

– Может оттого и наши чувства так обострены, что каждый раз мы прощаемся навсегда - тихо говорит она, гладя меня по щеке.

– Но я не хочу чтобы так все и продолжалось. Разве мы не имеем право на счастье?

– Витя, я благодарна судьбе и богам за то, что встретила тебя. Ты изменил мою печальную жизнь. Признайся, это ведь по твоей просьбе господин Акио Морита подарил мне дом?

– С чего ты так решила?
– попытался я откреститься от своего подарка, но этот номер у меня, конечно, не прошел. Мизуки, улыбаясь, прикрыла тонкими пальцами мои губы.

– Не надо, не лги. Я же сразу догадалась, что у Мориты-сан нет ко мне никакого личного интереса. А о том, что ты сотрудничаешь с корпорацией SONY знает вся Япония.

– У тебя из-за моего подарка возникли неприятности?!
– встревожился я

– Нет, все хорошо. Так хорошо, что иногда мне это кажется прекрасным сном. Я исполнила все обязательства перед своим Домом и выплатила долг из тех денег, что успела накопить. Теперь Мизуки Ёсимура - свободная женщина, которой тихо завидует весь ханамати Гион. Это ведь редкая удача для гейши - так быстро расплатиться по контракту с родным окия и закончить карьеру в таком молодом возрасте. Но поскольку все наши законы и приличия соблюдены в полной мере, а о твоем добром участии никто так пока и не узнал, злым языкам даже нечего мне приписать.

Мы лежим, крепко обнявшись. В голове - счастливая пустота.

– И чем теперь занимаешься?
– я поворачиваюсь к Мизуки, целую ее в ушко

– Благодаря тебе я стала хозяйкой собственного чайного домика - тясицу, где провожу для гостей красивые традиционные чайные церемонии. И больше никаких застолий с вином, танцами и пением для клиентов - с этим навсегда покончено. А еще в моем доме есть небольшая цветочная лавка, в которой я скоро займусь своим любимым делом – буду составлять икебана и продавать букеты.

– И этого хватит на достойную жизнь?

– Вполне. Не беспокойся обо мне. Репутация одной из самых востребованных гейш квартала Гион привлечет к моему чайному дому много гостей. А значит, будет процветать и цветочная лавка.

– Мизуки, ты, наконец, счастлива?

– Да!
– улыбается она - Ты даже не представляешь, Витя-сан, какое это счастье чувствовать себя свободной от всех обязательств. Я как птица, расправившая, наконец, свои крылья!

Ну, хоть кого-то смог сделать счастливым… А вот мне от моих обязательств так легко не избавиться. Помолчав немного, я задаю ей вопрос, который не дает мне покоя:

– И теперь ты выйдешь замуж, да?

– Нет. Я хочу быть сама себе хозяйкой - неожиданно произносит уже бывшая гейша - Если не нашелся мужчина-японец, готовый выкупить контракт гейши и жениться на ней, то зачем мне теперь муж, который придет в мой дом на все готовое?

– Но разве ты не хотела бы родить ребенка?

– Конечно, я хочу ребенка. Очень хочу!
– Мизуки лукаво улыбается - Но разве для этого обязательно заводить мужа? В мире ив спокойно относятся к незамужним женщинам, имеющим детей. Некоторые гейши, например, заводят детей даже от своих женатых покровителей. У нас это как-то в порядке вещей… Вот ты бы хотел, чтобы я родила от тебя сына или дочь?

– Да - не раздумывая отвечаю я - Хочу. У нас с тобой получится очень красивый ребенок, и я уверен, что ты станешь для него прекрасной матерью. Правда, я не смогу забрать тебя в СССР, но если ты решишься родить, у меня есть апартаменты в Вене, и вы с ребенком могли бы жить в Австрии. В любом случае я обязательно буду заботиться о вас, вы ни в чем не будете знать нужды.

– Зачем же нам переезжать? Австрия - чужая страна, и мы там тоже будем чужими. Я даже в шумном Токио не хочу жить. Нашему ребенку будет прекрасно и в Киото, теперь у меня все для этого есть.

Я приподнимаюсь на локте, пораженно смотрю на Мизуки

– Ты ведь не шутишь, говоря о нашем общем ребенке, как о чем-то решенном?

– Разве таким шутят?!

Мизуки тихо вздыхает, укладывая голову на мое плечо.

– Виктор, обещай, что не будешь на меня сейчас ругаться.

– Даже не представляю, что бы меня заставило это сделать!
– смеюсь я

– Понимаешь… кажется, я уже жду от тебя ребенка. Пока рано об этом говорить, но…

– Точно, мы же не предохранялись тогда, в нашу первую встречу!