Чтение онлайн

А пока она, заметив, что у Лиды распухла губа, увела девушек в соседний зал - утешать и прикладывать лед, принесенный доброй официанткой с ресторанной кухни. Лида держалась хорошо, не жаловалась и не куксилась, даже попыталась улыбнуться мне. Правда, сразу же ойкнула и схватилась за разбитую губу.

Ну, а Брежнева прямиком направилась к цыганам, закованным в наручники и видимо, устроила знатную выволочку их барону. Не знаю, что уж она ему говорила, но вид он при этом имел жалкий - куда только делась вся его бравада и вальяжность. Врачи тем временем, закончили перевязку раненого цыгана и уложили его на носилки. Он больше никуда не рвался, не рыпался и вообще впал в какой-то транс, не реагируя на вопросы медиков. Галина Леонидовна, презрительно взглянув на нарика, начальственным голосом велела унести его. Министерша, одним словом - кто бы здесь посмел ее ослушаться. Остальных цыган тоже толпой погнали на выход.

Меня же в оборот взяла Светлана Владимировна. Сначала сочувственно кивая, подробно расспросила - а точнее сказать - ласково допросила, потом сходила куда-то позвонить. Видимо, доложила обстановку Николаю Анисимовичу и успокоила его бедные нервы. А вернувшись, вынесла свой вердикт.

– Ничего, перемелется - мука будет. Но ты слишком горячий, Витюша. Надо было просто сказать своей охране, и они бы сразу их положили - безо всяких драк.

– Хорошо, в следующий раз буду знать - я аккуратно промокнул салфеткой содранный кулак, который мне удалось скрыть от мамы - Только вот сильно сомневаюсь, что тот обдолбанный цыган добровольно лег бы на пол.

– А это уже не твоя печаль - построжал голос Щелоковой - в охране служат специально обученные люди, вот им и принимать решение. А твое дело - не лезть в заварушки и не создавать такие ситуации. Николай Анисимович велел тебе передать, что ты не имеешь никакого права так рисковать собой.

Тут мне оставалось только заткнуться и покаянно опустить голову. Намек, прилетевший от министра МВД был более чем прозрачен.

Светлана Владимировна оглянулась по сторонам, и удостоверившись, что нас никто не слышит, понизила голос

– Витюш, у меня к тебе будет большая просьба - и, выделив голосом, добавила - личная.

Я вопросительно уставился на нее. Это что же я могу такого сделать, чего не в состоянии жена всесильного министра МВД? А узнав ответ, удивился до полного изумления.

– Ваши гастроли закончатся ведь в Вашингтоне?
– я кивнул, все еще не понимая, к чему она клонит - Ты не мог бы там встретиться с Ростроповичем и Вишневской? Слава сейчас главный дирижер Национального симфонического оркестра США, и они с Галей живут в американской столице.

– Но зачем?!
– от души поразился я

Щелокова тяжело вздохнула и принялась меня просвещать, не забывая посматривать при этом по сторонам

– Ты же в курсе, что их в прошлом году лишили советского гражданства?
– я неуверенно кивнул - И совершенно незаслуженно! Это все происки Суслова и их недругов из ЦК и Минкульта. У Галины Павловны, конечно, тяжелый характер, и дама она очень непростая, но до клеветы на СССР никогда не опускалась. И они не собирались оставаться в США, даже жилье там до сих пор не купили, так и скитаются по разным отелям. Но наши чиновники закусили тогда удила, и понеслось…

Разговор наш прерывает появление официантки, которая подошла узнать, не хотим ли мы чего-нибудь? Светлана Владимировна просит принести нам кофе.

А я растерянно замолчал, пытаясь вспомнить, что мне известно об этой паре. Выпустили их из страны кажется еще в 74-м, по просьбам многочисленных зарубежных заступников. А перед этим создали им в СССР невыносимые условия - это чистая правда. Но не на пустом месте, а за поддержку опального Солженицына. При этом американского гражданства известная пара не просила, и от советского не отказывалась, формально они работали по контракту и числились просто в зарубежной командировке. Но “имели наглость” послать куда подальше наших ушлых чиновников, потребовавших отчислений в родную казну с заработанного ими за рубежом.

И в чем-то я их понимаю - сам сейчас в точно таком же положении. Страна зарабатывает на мне огромные деньги, и при этом забирает практически все. Но нашей студии созданы хотя бы отличные - по советским меркам - условия, этого тоже нельзя отрицать. А Ростроповичей в последние годы только гнобили, да палки в колеса им вставляли. Потом до кучи обвинили музыкантов в тесных контактах с враждебными центрами, и в поддержке эмигрантских организаций, а также в торгашестве и в стяжательстве. Последнее как раз и было местью за отказ делиться заработанным, плюс жирный намек на чрезмерное увлечение Вишневской скупкой антиквариата на зарубежных аукционах.

А кто его не скупает? У той же Брежневой им вся квартира заставлена. Да и у некоторых цэковцев такие личные коллекции, что музеи от зависти заплачут. А все почему? Да потому, что в нашей стране некуда инвестировать заработанные деньги. Чистое, не ювелирное, золото и серебро гражданам СССР не продают. Банального “Сеятеля” или слиток легально не купишь, что уж говорить про экзотические акции или доходные облигации. Вот и остается вклад в Сберкассе под 3% годовых или скупка икон, да брюликов с картинами. Денежный навес огромный, рублей у населения скопилось неимоверно много, а тратить некуда.

Сейчас государство пытается их припарковать в сфере ТНП - строит автомобильные заводы, открывает фабрики по производству мебели и прочих товаров - например, дорогостоящей электроники. Даже кооперативным домам послабление недавно сделали - лишь бы люди в жилье вкладывались. А то ведь раньше до смешного доходило! Тот же Ростропович решил на Государственную Премию квартиру для своей семьи купить, чтобы властям не кланяться и не выпрашивать у них бесплатное жилье. А ему чиновники: низ-зя! На слишком большой метраж замахнулись, товарищ, норму превышаете. Он им: но у меня же жена беременная, вот-вот родит! Все равно не положено, умерьте свой аппетит. И пока влиятельные друзья не вмешались, разрешения им так и не дали.

Теперь станет немного проще. Но плановая советская экономика медленная, ригидная. Поди ка разгонись и удовлетвори спрос населения, который к тому же быстро меняется. Сегодня народу нравятся джинсы и дубленки, завтра вельветовые брюки и пуховики. И ладно мода - она в СССР не так быстро меняется, как на Западе, и современное швейное оборудование не проблема перенастроить. А вот электроника? Прогресс идет семимильными шагами, и устаревание бытовой техники тоже происходит очень быстро. Вчера пределом мечтаний у молодежи был катушечный магнитофон, сегодня им уже кассетники подавай. А на подходе переносные стереомагнитолы - те, которые на Западе бумбоксами называют. Или вот еще: только государство построит в 80-х заводы по производству хрусталя, а он вдруг бац!
– и в 90-х станет никому не нужен. Очумеешь от этой гонки в сфере ТНП...

Я тяжело вздохнул, выныривая из раздумий:

– Хорошо… и что я им должен сказать? Вы же понимаете, что они никогда не унизятся до просьбы к нашим властям вернуть им советское гражданство?

– Этого и не нужно. Можно будет просто отменить указ и вернуть им родное гражданство по факту.

– Ну, так и вернули бы. В чем загвоздка?

– В том, что они могут гордо от него отказаться. А наша страна в этом случае потеряет свое лицо. Мы же должны показать миру, что в СССР ситуация с деятелями культуры начала кардинально меняться. Вон, с твоей легкой руки Саша Годунов сейчас уехал работать по контракту в США, и это только первая ласточка.