Чтение онлайн

– Вить, а тут целых 44 белых полотенца - Леха тем временем пересчитывает стопку рядом со столиком - Зачем тебе так много?

– А бутылок с водой сколько?
– я киваю в сторону специального прозрачного холодильника

– Тоже 44 - обалдевает Мамонт, пересчитав бутылки - Специально что ли?

– Ага - я начинаю переодеваться в сценический костюм - Четверка это сакральное японское число. Мы указали в райдере, что Селезнев хочет свежие авокадо и 44 бутылки с ледниковой водой.

– Ледниковой?

– Точно. Со священной горы Фудзи.

– Вить, ты не прихуе$^$^л?
– Леха оставляет в покое пластиковую бутылку, хватает меня за шкирку как нашкодившего котенка - Ты же комсомолец, будущий коммунист! Что за буржуйские замашки?!

– Эй!
– я пытаюсь снять с себя лапу Мамонта, но бесполезно - Осторожнее! Помнёшь же китель!

– Да плевать! Витька - Леха легко меня встряхивает - ты же нормальный был! Дочку Завадского спас, про спасение страны мне рассказывал...

"И мама у тебя хорошая - продолжил про себя я - про паровоз поет".

Раздался стук в дверь. Мамонт опустил меня, зло пнул бутылку. Та с грохотом отлетела в угол.

– Кто там?
– спросил я недовольно

– Виктор, это я, Света - в гримерку заглянула наша визажист, смерила грозным взглядом Леху - Давай начну с тебя? А девчонок потом.

– Нет, сначала звездочки - отрезал я - у них японский грим, он сложный. А мы видишь, бутылки считаем.

Я подмигиваю Лехе, Света качает головой и осторожно закрывает дверь. Мы с Мамонтом продолжаем мериться взглядами.

– Что я тебе говорил, когда рассказывал про спасение страны?
– я первым нарушил молчание

– Что придется нырнуть в дерьмо - Мамонт нахмурился, поднял бутылку. Отвернул пробку, попробовал содержимое прямо из горлышка.

– Вода как вода - пожал плечами друг - Что за херня?

– Вот ты сейчас дерьмеца-то и хлебнул - ухмыльнулся я - Как я тебе уже говорил, четверка - это священно японское число. Поэтому в райдере и был указан весь этот бред про сорок четыре полотенца и прочее... Об этом напишут газеты, покажут на телевидении. Месяц вся Япония будет это обсасывать.

– Это мы значит, так узкоглазых лизнули?
– Мамонт поставил бутылку в холодильник, резко и раздраженно хлопнул дверцей.

– Ну, если ты так ставишь вопрос, то да, лизнули - кивнул я - А они в ответ откроют в Приморье заводы и фабрики. Научат работать по новому и дадут такие технологии, до которых нам пилить и пилить.

Для закрепления результата процитировал ему Филатова -

Не смогешь -- кого винить?

– Я должон тебя казнить.

– Государственное дело,

Ты улавливаешь нить?

Леха заржал, как конь: - Нить улавливаю! Ладно, пей свою ледниковую воду, только не подавись.

*****

Пока Света занята со звездочками и девчонками из подтанцовки, я в сопровождении Лехи и охраны иду проверить, как там дела на сцене. Зрителей в зале еще нет, только обслуживающий персонал. Ассистенты под руководством Клаймича мелом поправляют разметку сцены, сверяясь со схемой движения артистов в отдельных номерах. Музыканты заканчивают настраивать инструменты, американские звукорежиссеры на пару с нашим Кириллом проверяют подключение кабелей и аппаратуры.

– What’s up! – приветствую я их - Привет, как дела?

Мне жестом показывают «ОК!», и снова утыкаются носами в свои провода. У наших технарей и музыкантов царит полное взаимопонимание со спецами Гора - здесь явно и без меня все в порядке.

Со сцены открывается грандиозный вид на трибуны, оформленные красными светящимися звездами. По всему периметру арены идут растяжки с логотипом фирмы « SONY» и с рекламой плеера Вокман. Сцену украшают большие неоновые буквы "Red Stars" и гигантская "рубиновая" звезда - копия кремлевской. Это наследство, оставшееся у нас еще с Уэмбли. Как и стробоскопы, установленные по углам сцены, пушки следящего света, а также генераторы дыма и тумана. Обрастаем мы потихоньку сценическим оборудованием, не говоря уже о музыкальной аппаратуре. Пока до США доберемся, глядишь - уже на целый самолет «имущества» наберется. А то и два.

Мы идем дальше, спускаемся по лестнице в фойе.

Там уже расставлена куча прилавков, и суетятся торговцы сувенирной продукции – выкладывают свой товар. Вежливо здороваюсь со всеми, в ответ слышу дружное пожелание успеха всей нашей группе. От изобилия и разнообразия сувениров разбегаются глаза. В этот раз сотрудники Гора, занимающиеся мерчем, превзошли самих себя. Футболки с нашими портретами и логотипом, шейные платки, кассеты, диски, разная мелочевка типа брелоков и зажигалок – и везде "Red Stars". Я тихо офигеваю… На одном из прилавков замечаю новый «эксклюзив» - пацифики со стразами и перечеркнутым ядерным грибом, «бабочки» с пайетками и маленькие черные шляпки а-ля Джексон. И то, и другое на резинке – хоть сейчас надевай и красуйся. Ну, и красные светящиеся звездочки на палочке, работающие от батарейки, куда ж теперь мы без них. Леха тихо ржет, считая все эти безделушки полной ерундой. Ага… когда я потом озвучу ему сумму денег, которую принесет продажа этого мерча, смеху-то у него резко поубавится.

Но зависаю в изумлении я у прилавка с календарями, блокнотами, тетрадями и прочей печатной продукцией. Как вы думаете, кто здесь следующий по популярности персонаж после меня? Кто-то из звездочек? Как бы, не так! Вторая по величине «звездень» - Хатико! И это точно не инициатива американцев, это уже японцы ушлые сами додумались, как наварить денег на щенке. То есть - сами мне его подарили, а потом сами же на этом еще и заработали. Вот, молодцы, узкоглазые! Причем нахальная мордаха Хатико, оказывается, есть даже и на футболках! У меня начинается приступ нервного смеха, я лезу в карман за бумажником. Нет, несколько таких футболок я точно должен купить. В Москве все обалдеют. А одну майку подарю Ичиро - на добрую память о его мохнатом подопечном.

Увы, ржущему, как конь Лехе крупно не повезло – на мамонтов в Японии футболок не шьют, и он сегодня в пролете. Ехидно советую ему прикупить себе шляпку и бабочку. Пока мы угораем, к нам подбегает кто-то из стаффов – оказывается, меня уже ищут. Прощаюсь с любезными продавцами и иду прихорашиваться.

Концерт начинается ровно в 18.30, и к этому времени весь зал Будокана уже набит битком и шумит так, что слышно в гримерках. Именно этот отдаленный рокот толпы вызывает тот необыкновенный подъем чувств, знакомый любому артисту.

Группу начинает потряхивать, Клаймич проводит последний инструктаж. Скорее всего больше для себя, чем для нас.

В Японии западные штучки с умышленной задержкой концертов не проходят. Не дай бог опоздать с началом – расценят как неуважение к фанатам. И закончить мы тоже должны не позже 22.30. Затягивать концерт никак нельзя – многие зрители живут в пригороде, и им обязательно нужно успеть на общественный транспорт. Поэтому в этот раз обойдемся без длинного биссирования.

Мы стоим за сценой, все волнуемся – кто-то больше, кто-то меньше. Я сам сейчас переживаю за рижанок – первый номер с их участием, и он же для них самый сложный. Японский грим, японские кимоно и неудобные сандалии гэта, плюс элементы национального танца. И все это перед искушенной японской публикой. Японского консультанта - хореографа Гор им, конечно, нашел, и фокус-группа из фанатов их танец тоже одобрила, но все равно как-то страшновато. Это как если бы японцы казачок начали на сцене Кремля плясать или хороводы в сарафанах водить. Уф-ф…