Чтение онлайн

– Прикольно - теперь я уже удивляюсь по-настоящему - Это мы что же теперь – сами с собой конкурируем?

– Считай, что так! Сейчас к ним еще клип "Japanese Girls" добавится, и тогда в чартах популярность этой песни тоже автоматически поднимется, в следующем месяце в горячую десятку войдет железно.

Так глядишь мы вообще всю десятку чарта займем. Вот будет шуму на Западе!

– Нужно бы и из концертного номера "Love to Hate You" тоже клип смонтировать - принимаю решение я, переглядываясь с Клаймичем - И срочно кинуть его на MTV.

Эндрю с Майклом довольно кивают:

– Мы тоже так решили. Запись получилась отличная, завтра же начнем монтаж.

– А может подождать пока? Вдруг на завтрашнем концерте у нас этот номер еще лучше получится?

– Не беда – машут на меня рукой - Режиссёры по монтажу потом сами разберутся. Уже и японцы заерзали – тоже просят сделать им отдельные клипы из выступлений Альдоны и Лады. Пустят по национальному телевидению.

Я только качаю головой… Слов. Нет. Какое-то сумасшествие. Ну, как к такой популярности можно быть готовым?

– Как бы нам не перекормить публику своими хитами – осторожно замечает Клаймич.

– Вот-вот… - присоединяюсь я к его опасениям.

– Популярности много не бывает! – уверенно заявляет Гор – а такого стиля танцевальной музыки сейчас немного. Пройдет некоторое время, пока остальные начнут сочинять песни в вашем стиле.

– Так, когда они начнут, мы уже что-нибудь другое придумаем – ехидно усмехаюсь я.

Вот чего-чего, а новых стилей на мой век хватит, как и суперпопулярных хитов. За это я даже и не волнуюсь. Другой вопрос – где мне силы на все эти новые проекты взять. В сутках-то только 24 часа.

– А что там наши VIP-гости? Всем довольны?

– Все отлично! И, кажется, все гости собираются на фуршет.

Хорошая новость. Надеюсь, господин Кимура порадует наших гостей изысканной японской кухней. За VIP-ложу у нас отвечает лично Николай Николаевич, вот он сейчас там и общается с персонами первой величины. Уверен, он найдет, о чем поговорить с ними, и развлечет в антракте. Майкл и Эндрю вскоре тоже возвращаются к гостям.

А я, повалявшись на диване еще немного, накидываю камуфляжную куртку и зашнуровываю берцы. Пора пойти проведать коллектив и подбодрить их. А то они у меня что-то скисли, переживают, что япошки вяло реагировали на наше выступление.

Все уже собрались в небольшом зале и заметно нервничают. Рижане и звездочки в камуфляже, у девушек на лицах минимум косметики, волосы забраны в хвосты и спрятаны под кепи - прямо взвод американских солдат, издалека и не догадаешься! Тяжей тоже пришлось нарядить в хаки, нам нужна массовка на сцене.

– Ну, что, готовы к подвигу?
– я встаю на один из ящиков из под сценического оборудования - Тогда для настроения свежий анекдот в тему:

«Дирижер собирает оркестр перед зарубежными гастролями, дает всем ЦУ:

– Сначала летим в Шотландию. Продаем там всю водку и икру, покупаем шерстяные вещи. Потом в Японию, продаем шерсть - закупаем видаки и кассетники. Возвращаемся в Союз - продаем всю аппаратуру.

Молодой оркестрант – Простите, маэстро, а инструменты с собой брать?»

От громкого хохота дрожат стекла в окнах, в зал заглядывают испуганные Львова и Татьяна Геннадьевна.

– Дамы, присоединяйтесь. У нас отличные новости из Америки, сейчас Григорий Давыдович огласит их.

– Внимание, товарищи! – торжественно начинает Клаймич, поднимаясь ко мне на ящик - Как нам сообщили наши американские продюсеры...

Ну, вот. Совсем другое дело! После таких новостей народ заметно воодушевился, и глаза у всех заблестели. Только Альдона растерянно качает головой – не верит еще до конца в свой успех. Раздается звонок. Нам пора на сцену…

Тишина. Публика затаила дыхание. Темноту зала нарушает только свет звезд, украшающих трибуны. Раздается вой военных сирен, и мрак арены разрезают сполохи прожекторов, которые скользят и по сцене, и по трибунам. Звучат первые аккорды «You're in the Army Now». Вокал в этой песне у нас сугубо мужской, мы с музыкантами стоим в глубине сцены. Сейчас мы лишь фон. Таким же фоном служат и наши тяжи - парни стоят по двое у края сцены с муляжами автоматов в руках. Из-за кулис выбегают «солдаты» в камуфляже и шустро выстраиваются в две ровные шеренги. На них пятнистые штаны, высокие берцы и футболки цвета хаки, на груди солдатские жетоны, на головах военные кепи. Они застывают с каменными лицами, широко расставив ноги и заложив руки за спину.

Под первые слова песни перед солдатами появляется «сержант» с стеком в руках и со свистком на груди. На нем военные галифе, пятнистая куртка с подвернутыми до локтя рукавами и высокие черные сапоги. На глазах зеркальные «авиаторы». Он проходится вдоль шеренги, угрожающе похлопывая стеком по голенищу сапога. У последнего, самого мелкого солдата останавливается и кончиком стека приподнимает его подбородок, недовольно качает головой. Звучит резкий свисток сержанта, и солдаты начинают маршировать на месте. Потом перестраиваются в колонну и переходят на бег. Самый мелкий солдат в конце колонны постоянно сбивается с марша и, натыкаясь на своих сослуживцев, портит сержанту весь строй. Снова свисток – солдаты дружно падают на сцену и отжимаются. Только «мелкий» не в силах отжаться ни одного раза, за что удостаивается сержантского стека по спине.

Новый свисток, и солдаты синхронным движением рук наносят черные полосы маскировки на свои лица, а потом рассыпаются по краю сцены, пригибаясь и припадая на одно колено. Прикладывают руку к глазам козырьком, поводя головой из стороны в сторону, словно высматривают в огромном зале затаившегося врага. Затем синхронно вскидывают руки в характерном жесте, словно держат в них пистолеты и берут на мушку воображаемого противника.

Все это конечно новое слово в сценической хореографии. Как сейчас выступают исполнители? В том числе мировые? Либо стоят столбом на сцене перед микрофоном. Либо выпускают вперед покривляться полураздетых негров вроде Бони М или Чингисхана. Особняком стоит Фредди Меркури. Который на концерты вообще не стесняется выходить в шутовском трико. Но он гений. Ему можно все.

Аккорды песни прерывают мои мысли и под резкий крик Коли Завадского «stand up and fight!» солдаты вскакивают, выстраиваются в колонну по двое. Строевым шагом они маршируют по подиуму, замирая с приподнятой ногой на каждом слове «now», делая полшага назад и затем, продолжая маршировать вперед. У маршировки сложный рисунок, сродни средневековому танцу-шествию, и сейчас, когда у ребят он получается синхронно, это выглядит очень эффектно – этакая современная павана на армейский лад. Азиаты обожают такие вещи. В нулевых в Японии даже будут устраиваться командные соревнования на конкурсах подобного маршинга.

В конце языка подиума снова припадание на колено, и рука к глазам козырьком. И снова воображаемый враг взят на мушку.

В конце все возвращаются на сцену, на последних аккордах вспыхивает яркий свет, и солдаты синхронно сдергивают с себя кепи. По арене проносится восхищенное «ах!». А все потому, что у большинства солдат по плечам рассыпаются длинные волосы. Зрители, наконец, понимают, что перед ними не только парни, но и девушки. Три “звездочки” выходят вперед, кланяясь залу. Роль брутального сержанта исполнила Альдона – ее белоснежный высокий хвост трудно спутать с чьим-то другим. Вторая – брюнетка Вера. Ну, а когда до зала вдруг доходит, что «мелкий солдатик» с каштановой гривой кудрей - их любимица Лада, публика так долго не отпускает артистов, награждая их бурными аплодисментами и одобрительными криками, что я даже успеваю переодеться из хаки в «штатское». Короче премьера нового номера прошла с огромным успехом.