Чтение онлайн

– Может, ты что-нибудь хочешь? Я принесу...

– Нет, спасибо, у меня сегодня разгрузочный день...

Лада жизнерадостно смеется. А мне становится все хуже. Знобит, на лбу выступают мелкие капли пота, в животе начинает крутить.

Я быстро выхожу в коридор и ищу туалет. Сортиры в МИДе впечатляют. Мрамор, автоматические сушилки, чистота, как в лучшей больнице. Еле успеваю запереться в кабинке, как меня жестоко рвет прямо в унитаз желтой горькой желчью. С трудом перевожу дыхание, смываю рвоту. Понимаю, что вернуться сейчас в зал и смотреть дальше на нетрезвую Брежневу, жрущих и пьющих мидовцев - выше моих сил. Опускаю крышку белоснежного сиденья и устало сажусь на нее. В маленькую щелочку между дверью и стеной вижу кусок умывальника. Понимаю, что надо бы выйти отсюда и прополоскать рот, но сил на это нет.

Хлопает дверь, и внутрь помещения заходит, покачиваясь, Середа. Мужчина останавливается возле умывальника, включает воду. Разглядывает себя в зеркало. У него под глазами - огромные мешки, по дряблым щекам бегут слезы. Он ...жалок. Еще раз хлопает дверь. Мимо статс-секретаря бодро проходит Веверс. Он кивает мужчине и насторожено оглядывается по сторонам. Потом идет к кабинкам и почему-то заглядывая под них. Не знаю зачем, но я вдруг решаю поднять ноги. Латыш закончив свой странный осмотр, невозмутимо выглядывает в коридор и тут же возвращается к умывальникам.

– Имант Янович, Вам что-то нужно?
– удивленно оборачивается к латышу Середа

– Ты мне нужен.

Внезапно Веверс проводит удушающий захват, локтем пережимая Середе горло и прижимая его лицом к стене. Затем быстрым движением выхватывает из внутреннего кармана костюма шприц и резко засаживает его сквозь ткань рукава в предплечье статс-секретаря. Тот пытается вырваться из захвата и закричать, но из его сдавленного горла раздаются только громкие хрипы. Еще пару минут мужчины борются, но силы явно не равны и Середа постепенно затихает, перестав сопротивляться. Меня начинает бить противная мелкая дрожь, но я все еще продолжаю держать ноги на весу, боясь их опустить.

– Кто ты?
– вдруг резко и властно спрашивает Веверс замершего статс-секретаря

– Анатолий Дмитриевич Середа - механическим, безжизненным голосом отвечает мужчина

– А где твой сын, Середа?

– Он убит. Его застрелили.

– Слушай меня внимательно, Анатолий. Твоего сына убил Громыко с подельниками. Они его убили, поэтому они не хотят расследовать дело - Веверс резко задирает голову Середы вверх и смотрит в его остекленевшие глаза - И ты должен отомстить ему за смерть сына.

– Я должен отомстить - кулаки мужчины сжимаются, кожа на лице резко краснеет. Дыхание Середы учащается, он начинает непроизвольно переступать с ноги на ногу.

– Иди и убей Громыко - Веверс вытаскивает из под ремня брюк ножны с кинжалом. Вынимает клинок, аккуратно вытирает с него отпечатки и, придерживая полой костюма, вкладывает оружие в правую руку статс-секретаря. Тот послушно сжимает в руке кинжал и почему-то закусывает свою губу. Я вижу, как по его подбородку тонкой струйкой начинает течь кровь. Веверс тоже замечает это и торопливо подталкивает Середу к выходу. Выглядывает за дверь и выпускает Середу в коридор , после чего через минуту выходит сам.

Я наконец ставлю ноги на пол и утыкаюсь лбом в дверь кабинки. Что это сейчас такое было?!! Противная дрожь, охватившая меня, не только не проходит, но и нарастает. Зомбирование какое-то... Химическое вуду... В шприце ведь явно был не физраствор. Неужели вот так каждого можно? Кольнул шприцем и все?! Я осторожно открываю дверь, выглядываю наружу. Никого. Шатаясь бреду к умывальнику. На фаянсе мелкие, еле заметные капли крови, но больше никаких следов. Меня опять рвет едкой желочью. Включаю воду, умываюсь и долго смотрю в зеркало на свое бледное, измученное лицо. ...И что мне теперь делать...?

Внезапно, слышу женские крики, выстрел из пистолета, потом еще крики и топот. Я выхожу в коридор и вижу, как по нему бегут ошалевшие люди, с ужасом оглядываясь назад. С трудом протискиваюсь в зал и вижу на полу два тела. У одного из горла торчит знакомый кинжал, из раны бьет кровь, рядом суетятся люди, прикладывающие к его шее полотенца. Это Громыко. Другое тело валяется с развороченной выстрелом головой. С трудом узнаю в нем Середу. Позади трупа стоит Веверс, убирая свой пистолет в наплечную кобуру. Вижу, как плачет Лада, закрыв лицо руками и прижавшись к плечу Чурбанова. Тот одной рукой обнимает девушку, другой успокаивающе гладит по спине Галину Леонидовну. Та тоже всхлипывает, зажимая ладонями рот. Ко мне бросаются Вера с Альдоной. Я обнимаю дрожащую, как в ознобе, Веру и прижимаю ее к себе.

– Ты где был??
– Альдона ощупывает меня взглядом с ног до головы - Тут такое случилось!!

– --

Уже спустя полчаса зал для фуршета был битком набит сотрудниками КГБ. Приехало аж две следственные группы, фотограф, зачем-то привели служебно-розыскную собаку. Впрочем, песик вел себя смирно, сидел, принюхиваясь к лакомствам на столе. Всех присутствующих, включая Брежневу и Чурбанова, развели по соседним кабинетам и быстро опросили. Мы условились с девушками, что я никуда не выходил, поэтому я честно глядя в глаза следователю сказал, что разговаривал с солистками группы, ко входу стоял спиной и обернулся на выстрел, когда уже все было закончено.

Мои слова быстро зафиксировали на бланке, который дали на подпись. На мое замечание, что я несовершеннолетний, сотрудник КГБ лишь махнул рукой. "Знаю я какой ты несовершеннолетний". Вернувшись в зал, я застал там Щелокова, Цинева и Цвигуна. Они стояли вокруг тела Громыко и громко спорили.

– ... засекретить!
– напирал на министра МВД лысый карлик Цинев - Это же какой позор для страны! Замминистра убивает министра иностранных дел! В преддверии Олимпиады! И перед переговорами с Картером!

– Да как такое засекретишь??
– морщится Щелоков- Тут человек сто видели все в подробностях.

– Возьмем подписки!
– желваки на скулах Цинева так и ходили - Строго предупредим по партийной линии

– Ладно, попробуем - кивнул Щелоков, заметив меня - Виктор, иди сюда.

Я подошел, посмотрел на Громыко. Лицо трупа застыло в какой-то жуткой гримасе, вокруг все было заляпано лужами крови. Рядом лежал Середа. Кто-то из комитетчиков накрыл его голову скатертью. Меня передернуло.

– Расскажи, что ты видел?
– Цвигун положил мне руку на плечо - Не волнуйся

– Ну вот этот товарищ - я ткнул пальцем в мертвого замминистра - Не запомнил его фамилию...

– Середа - подсказал Щелоков

– Да. Так вот он после концерта ругался с товарищем Громыко. Касательно того, что приходится чего-то ждать - я постарался изобразить на лице легкое недоумение

– Насчет сына скандалил - сообразил Цинев - Есть какие-то новости по расследованию его убийства?

Комитетчики посмотрели на министра.