Чтение онлайн

– Короче, синьоры, - оторвав взгляд от сгустка разноцветных линий на бумаге, я взял инициативу на себя.
– Едем до трассы, там активно осматриваемся. При незапланированных встречах все делают каменные лица. Вано - специально для тебя - даже не кивать!

Ярославец угукнул.

– Дальше. Пока в машине - команду на стрельбу даю только я. Водила - тапок в пол, остальные обильно стреляют. Куда - неважно. Главное - сразу и до хера. И только отъехав - задают вопросы.

Я оглядел личный состав. Иван репетировал 'каменное лицо', бухгалтер озабоченно мял сложенную карту, присевший в кузове пулеметчик без выражения разглядывал затылок буха.

– Поехали, Иван. Медленно и печально.

Среда. День, 17.20.

Чем ближе мы подъезжали к шоссе, тем обширней становилось поголовье мурашей на загривке. В кабине, пожирая нервные клетки висела напряженная тишина - все хотели жить. И желательно - дома. К сожалению - больше второго, чем первого. Как там говорил азиатский классик? 'Избавься от желаний' и обретешь блаженство. Правда, насчет продолжительности вожделенного кайфа мудрый азиат умолчал ...

Однако я отвлекся. Дорожка свернула, показав вдали, пустую как головка юной секретарши, трассу. По обочинам пошли домишки. Пока - нечасто. Сгоревшая заправка и пара до недавнего времени вполне цивильных, а ныне - разгромленных коттеджей обозначили начало цивилизации - мы явно приближались к городу. По правой стороне нарисовался явный гипермаркет с большой стоянкой. О боже! Цивилизация с большой буквы!

Наша дорожка выходила прямо на стоянку. Озираясь, мы медленно проехали через нее. Брошенные тележки, разбросанные по асфальту пустые упаковки и обрывки бумаги. Асфальт перед входом был усеян битым стеклом - похоже магазин брали штурмом. Перед въездом на парковку раскорячился пикап, как две капли воды похожий на наш. Порыжевшие, обгоревшие обода, закопченный кузов. Растрепанный выстрелами асфальт немного оплавился под обгоревшей машиной. От машины несло гарью и чем-то сладковато-кислым.

– Тормози.

Иван тормознул неподалеку от входа - развороченного стеклянного куба. Часть стекол осыпалась, двери выбиты. Похоже - бампером.

Мы огляделись.

– Торчим как прыщ на заднице, -резюмировал Иван.

– Внутрь въедем?

– Попробую.

Пикап подъехал к дверям, сунув 'морду' внутрь.

– Саша, верх проходит?

– Проходит. Давай помалу.

В хрусте битого стекла мы вкатились в предбанник. Хлопки дверец, эхо. Акустика - под стать театру.

Бывать в оскверненном храме торговли до сих пор не доводилось. Разгром был основателен - стоящие и опрокинутые там и сям тележки и паллеты, вскрытые коробки на 'ковре' из раскиданных бумаг, тряпок, платьев и нижнего белья. По сравнению с основным торговым залом это были цветочки. К ягодкам, в громадный зал вела 'тропа' из раздавленных упаковок сока, бесчисленных разбитых банок и бутылок. Там начинались джунгли из поваленных стеллажей благоухающие тяжелым амбре продуктового перегноя.

Поглядев в сторону завалов торгового зала я вопросительно взглянул поверх крыши - Терминатор с отсутствующими глазами нежно поглаживал малокалиберную САУ по филейной части.

– Саша?

– А!
– Терминатор очнулся, - Чего стоим?

– Пошли, найдем лестницу на крышу. Надо осмотреться.

Искомое отыскалась рядом - душный лестничный колодец и вожделенная дверь в конце пути. Дыра с лохматыми краями в филенке обозначала недавнее местопребывание замка. Выйдя из надстройки, смахивающий на бетонный скворечник мы оказались среди необозримого моря горячего битума. Бортик крыши маячил где-то на горизонте. Сориентировавшись по сторонам света я направился к нужному краю по черной разогретой массе, чуть пружинившей под ногами. Подошвы отлипали от крыши, с тихим чмоканьем. Чпок-чпок.

Ну вот и край - бетонный бордюр в полметра высотой. За ним, ниже в десяти метрах - выжженный солнцем газон. Дальше виднелась упирающаяся в город, трасса.

Не подходя вплотную к бортику я остановился - хотелось 'прочувствовать атмосферу' перед изучением деталей.

Не считая одинокого столба дыма в отдалении город казался тихим и безмятежным, как нашкодивший пацан в ожидании разборок с предками. Утопающие в зелени частные кварталы. Толпы жилых высоток ближе к центру. Чуть сбоку от центра высилось подобие московского Сити - пяток настоящих небоскребов. Насколько хватало глаз, на улицах не просматривалось никакого движения. Город вымер. Посреди предгрозового покоя коптила свеча этажей на двадцать, втыкая косой столб черного дыма в вечереющее небо. Мда.

Отведя глаза от полыхающего здания я стряхнул минорный настрой. Наверх лез не ради острых впечатлений. Ладно, приступим-с.

Пару шагов к краю - показались полоса шоссе, разделенная широченным, выгоревшим газоном. Потоков беженцев или оккупантов не наблюдалось. Брошенные машины редким пунктиром обрамляли трассу, уплотняясь к кольцевой. За ней, четкой границей города виднелись частоколы солидных заборов и крыш частных домов, выстроившиеся с идеальным порядком македонской фаланги. Частный сектор для состоятельных граждан тянулся с пару километров вглубь, сменяясь кварталами высотных домов. Я прищурился, рассматривая место въезда - там просматривалось нечто, напоминающее заставу или блок-пост.

Вспомнив про бинокль я извлек оптику, наведя ее на въезд. Дело кисло - несколько брошенных у обочины машин сужали проезжую часть до бутылочного горлышка почти полностью перегороженное, поставленным поперек, грузовиком. Кузов завален мешками с песком с уже привычным пулеметным стволом за ними. Просматривалось и несколько голов - застава не пустовала. За постом дорога ныряла под эстакаду, ограничивающую обзор на дальнейшее. Карта утверждала, что там дорога продолжалась проспектом, тянущимся аж до побережья. Ну и ладно.

– Люди, чьи вы?
– пробормотал я, вглядываясь в точки голов за мешками. На головах не видно касок. Хотя - не аргумент. По уставу живут только в Кантемировской дивизии.

– Что думаешь, Саш?
– я кивнул на пост.

– Хер знает. Для нас все едино - сперва стреляют, а потом спрашивают....

– Опа, это что?

Сзади, из-за поворота на трассе показался небольшой каравану из пары туристических автобусов и одного пикапа, неспешно руливший в сторону города. Автобус шедший вторым включил поворотник и оба лайнера, приняв вправо синхронно съехали на обочину, поднимая золотистый пыльный шлейф. Пикап, шедший головным прозевал остановку подопечных. Заметив отставших он тормознул и воткнув заднюю вернулся, остановившись посреди шоссе. Не став пригибаться, поскольку до машин было довольно далеко, мы оба, замолчав уставились на остановившуюся колонну. Из первого автобуса показались люди.

– Что они делают?
– вполголоса нарушил тишину Саша.

Народ вышедший из автобуса, кажется усаживался на корточки.

– Дай!

Я вложил бинокль в его ладонь.

– Гражданские, охрана... Остановка на пописать? Что за херь? Глянь!

Взяв протянутую оптику я увидел две группы - женщины присев на корточки справляли нужду прямо на обочине не смущаясь присутствием мужчин. Те в свою очередь явно разделялись на людей с оружием и ссущих. В буквальном смысле этого слова. Пять разгуливающих вооруженных арабов разделяли две кучки присевших на корточки гражданских. Я начал 'догонять'.