Чтение онлайн

Однако это лишь догадки, построенные на чужих словах, обрывках опыта и паре собственных наблюдений. На таких выводах нельзя строить достоверные сведения. Но игнорировать их тоже глупо.

Мне бы не помешал такой наставник как Лерон. Думаю, он бы легко смог объяснить, как пользоваться этой силой, учитывая его опыт.

Проблема в том, что просить Лерона научить меня псионике, примерно то же самое, что подписать с Арденами пожизненный договор.

В целом я понимаю, что стать частью их клана вариант неплохой, но что-то внутри не даёт согласиться на такое. Может это гордость, а может интуиция, но я привык доверять своим ощущениям. Поэтому пока клан Арден подождёт. Ведь ещё неизвестно, что будет в элитном лагере. Да и руины не помешает исследовать. Вдруг там я найду нужные ответы.

— Ты замолчал, — напомнила о себе Алиса. — И так и не объяснил, что такое древние руины.

— Потому что сам знаю мало. Я нашёл одни такие. Они выглядят как странная металлическая пирамида. Не похожая ни на подземелье системы, ни на обычные постройки этого мира. Когда на неё смотришь, возникает ощущение, что перед тобой нечто инопланетное.

— К тому же внутрь я тогда попасть не смог. Там было ограничение по рангу.

— Я хочу на них посмотреть, — заявила она.

— Да я бы и сам не прочь вернуться, — усмехнулся я. — Только за мной постоянно следит человек Лерона. А показывать ему руины я совсем не хочу.

— Я имела в виду твоё воспоминание, — с лёгким смешком ответила Алиса.

Я с недоумением посмотрел на лиану.

— Каким это образом? Лезть мне в голову псионикой я не позволю.

— Понимаю, — спокойно сказала она. — Но я и не смогла бы проникнуть в твой разум.

— Тогда я тебя вообще не понимаю, — нахмурился я.

— Твой источник псионики слишком мощный. Если я пытаюсь заглянуть глубже поверхности сферы разума, меня бьёт откатом. И очень сильным. Но ты можешь сам показать нужное воспоминание. Почувствуй моё касание к сфере разума и представь картинку.

— Хорошо, сейчас попробую.

Я сел в позу лотоса прямо на кровати, выровнял спину и отрегулировал дыхание. Вечерняя тишина комнаты словно стала плотнее. За окном улица жила своей жизнью. Было слышно, как ветер цепляется за выступы здания и издаёт причудливые звуки. Где-то в коридоре прозвучали шаги Мии, затем раздался щелчок замка.

Отбросив лишние мысли, закрыл глаза и внутренним взором посмотрел на свой источник. Золотое ядро висело в центре. От него расходились меридианы, уже ставшие частью тела так же естественно, как мышцы и сухожилия.

Я попытался почувствовать Алису. Ничего. Только собственное дыхание, движение Ци по каналам, присутствие Арона и привычное ощущение Алисы на запястье. Уже хотел спросить, что именно искать, когда заметил зелёную линию.

Она тянулась вдоль крупного меридиана почти невидимой нитью. Настолько тонкая, что если пристально не вглядываться, то можно не увидеть. Нить шла от правого запястья, где вокруг руки обвилась Алиса, затем проходила через канал, огибала несколько узлов и вторым концом касалась ядра. Не проникала глубоко. Скорее осторожно цеплялась за самую поверхность.

Мысленно коснулся этого края. Голос Алисы стал намного отчётливее:

— Всё правильно. А теперь представь, что хочешь мне показать.

Я собрал в голове воспоминание.

Начал с момента, когда только увидел пирамиду сверху, а закончил тем, как ушёл оттуда. Особое внимание уделил деталям внутри пирамиды и надписи, что увидел перед входом во внутреннюю часть.

Картинка прошла перед внутренним взором плотным, собранным куском памяти. Сделав это, открыл глаза.

— Видела такое раньше? — спросил я.

Алиса молчала пару секунд.

— Нет. Но это похоже на устройство, созданное какой-то из старших рас. Судя по всему, оно сделано для обучения. Что внутри, я не представляю.

— Ты уже второй раз упоминаешь старшие расы. Кто это?

— Наиболее развитые в плане Ци расы существ, — ответила Алиса. — Те, кто смогли далеко продвинуться в понимании энергии, взаимодействия с миром, понять настоящие законы, которые управляют всем. Илари к ним не относились.

— А кто относится?

— Насколько мне известно, таких рас много. Например твоя.

Я удивлённо замер, а Алиса добавила:

— Я никогда не покидала пределов своей планеты до попадания сюда, поэтому людей раньше не встречала. Но среди знаний моего рода люди считались старшей расой.

Вот теперь вопросов стало намного больше.

Если люди действительно старшая раса, то речь явно не о жителях Эронии. Здесь они слабы, если сравнивать с тем, что описывает Алиса. До Резонанса Сфер на планете вообще не было Ци. Местные только начали поднимать цивилизацию из руин после появления монстров, подземелий и новых законов мира.

Значит, где-то существуют другие люди.

Развитые. Владеющие Ци намного дольше местных жителей. Возможно, именно они создали металлическую пирамиду.

Или всё ещё сложнее.

Я вспомнил первое ощущение от пирамиды: холодная правильность линий, отсутствие привычной магической дикости подземелий и надпись, обращённая не к случайному охотнику, а к кандидату. Тогда это выглядело как странная возможность, которую я оставил на будущее. Теперь, после слов Алисы, руины начинали походить на кусок сложнейшей системы, который вообще не должен был оказаться на этой планете.

Чем больше я расспрашиваю Алису, тем больше возникает вопросов. Что спровоцировало Резонанс Сфер, какие ещё есть старшие расы, кто построил древние руины, что у меня за браслет на руке, почему псионика стоит отдельно от Ци, как кто-то способен выбрать куда перенести чужую душу после смерти?

Хотя, по сути, какая сейчас разница? Пока что стоит сосредоточиться на собственном развитии.

— Раз меридианы исправить не вышло, я спать, — безапелляционно заявил я, ощущая как усталость навалилась на плечи.

— Разумно, — ответила Алиса.

Сняв штаны, бросил их на стул и лёг. Тело почти сразу напомнило, что день был сложным. Покушение, взрыв, мастерская Арденов, разговор с Гином, тренировка Мии и этот разговор. Сам не заметил, как провалился в сон.

Утром проснулся ещё до сигнала будильника с идентификатора. Несколько секунд лежал, проверяя тело. Ноги после вчерашних приключений на удивление почти не беспокоили. Рука тоже. Браслет был холодным и безобидным, словно ночью не пытался прожечь мне канал.