Чтение онлайн

Наконец я пробрался в квартал ткачей и суконщиков, незаметно скользнул в сад. Мастер Пауэр давал наставление трем подмастерьям, а когда они ушли, я сразу сказал за спиной негромко:

– Не оборачивайтесь. Вы меня не видите и вообще незнакомы.

Он напрягся, проговорил еще тише:

– Что вы хотите?

– Нужно распространить слух, что Вильд будет убит завтра. Так сказал Ричард Длинные Руки. И что Вильд будет убит, даже если сумеет спрятаться в скорлупе грецкого ореха. Даже лесного.

Он промолвил после паузы:

– Мы не одобряем такую жажду убийств… но это пусть на твоей совести. Однако Вильд не появляется на улице, где некто отстрелил ему оба уха. Если после потери первого уха еще считали, что по нему промахнулись, то после второго выстрела…

Я спросил с удовольствием:

– Что говорят?

Даже со спины я видел, как он поморщился.

– Говорят, что вы играете с ним, как кошка с мышкой. Но ведь не так ли?

– Так, – согласился я. – Во-первых, пусть он сам, гад, потрясется за свою жизнь, во-вторых, пусть горожане видят, что преступление будет наказано точно в срок, как и объявлено. Еще добавьте, кстати, такую полезную информацию… Пусть всякий, кто ему прихвостень, с этого момента держится от него подальше. Я не стану вникать в детали: лес рубят – щепки летят. Сообщник или не сообщник – держись подальше, а то могу ненароком зацепить…

– А то и нароком, – заметил он осуждающе.

– А то и нароком, – согласился я. – А что, неправильно?

– Очень жестоко, сэр… гм, благородный сэр.

– Я пришел из очень жестокого мира, дорогой старшина. Все эти удары мечом или пытки в подвалах – детский лепет с насильственными поглощениями, таможенным контролем, оранжевыми революциями, манипуляциями, зомбированием и нещадным давлением налогового пресса… Эх, какие только я гадости не знаю… И, страшно подумать, все видел, а кое-что даже и ощутил!

Он застыл, а я отступил и скрылся в лабиринте тесных помещений мастерских.

Слух по городу пронесся с быстротой молнии. Я сам видел, что вокруг Вильда остались только его наемники, да и те чувствовали себя очень неуютно. Вокруг его группы, где бы они ни появлялись, мгновенно образовывалось пустота. Куда бы он ни направил стопы, народ бросался в стороны, давил и топтал друг друга, только бы не оказаться к нему близко.

Вильд, похоже, поверил, что я нанесу удар только завтра. Сегодня дважды выходил на улицу: первый раз проверил работу своих магазинов, а второй раз сходил в порт и долго наблюдал за погрузкой кораблей. Правда, оба раза выстраивал маршруты так, что подобраться близко не смогла бы и мышь. К тому же при нем теперь двое колдунов. Непростых: у обоих на лбу синяя татуировка с крылатыми змеями и ветвистыми молниями, знак принадлежности к самой могучей секте Корней.

Наступил вечер, я менял личины и переходил из одних кварталов в другие, через которые уже прошли колдуны, а когда наступила ночь, потихоньку пробрался к крепостной стене и затаился в тени, присматриваясь и прислушиваясь.

Помимо разговоров о товарах, пьянках и бабах, услышал и такое:

– Этот рыцарь, хоть и дурак, но человек честный…

– Да что вы говорите? У нас честные встречаются реже, чем святые.

– Но он в чем-то и хороший человек…

– Хороших людей много! Полезных мало…

– Все-таки он, как умеет, наносит пользу и причиняет добро… Правильный человек, хоть и слишком, слишком…

– Нет ни правильного, ни неправильного, есть только общепринятые истины!

– Но он, хоть и молод, молоко на губах не обсохло, но хочет повернуть к старым добрым временам…

– Он?

– Ну да, а вы не заметили?

– Эх, хорошие привычки продлевают жизнь, зато плохие делают ее приятнее…

– Поймают его?

– Спросили бы меня еще вчера, я бы сказал «да»…

– А сегодня?

– Сегодня даже вы, дорогой сосед, такого не скажете.

– Что-то вы, дружище, злой сегодня с утра. Вы не слыхали, что лучше остаться без острого словца, чем без друга?

– Друга? Соседушка, иного выгоднее иметь в числе врагов, чем в числе друзей!

– Я понимаю, что дорога ложка к обеду, а кусок дерьма – в окно соседу, но не так уж явно, соседушка, мы же приличные люди…

Это уже неинтересно, приличные люди скучны и везде одинаковы, потихоньку начал пробираться по улице в направлении дома Вильда.

Впереди перекресток, дом Вильда на той стороне, я задействовал все чувства и, борясь с полуобморочным состоянием, увидел, как впереди тени наливаются космической плотностью. Я шел как по Луне: в тени исчезаю полностью, становлюсь невидимым. Впрочем, я могу и по-другому становиться невидимым. Или хотя бы частично невидимым, ибо колдуны и собаки увидят меня все равно.

Одна из теней вытянулась и легла поперек пути, перегородив улицу. Мелькнула мысль обойти, что-то в ней слишком зловещее, необычное, не простая тень, вон вбежала лохматая собачонка и, судя по ее бегу, должна бы выскочить на той стороне через пару секунд, но как будто в космос вылетела…

Я оглянулся, не благоразумнее ли отступить и обойти квартал по другой улице, меня в городе почему-то считают разумным человеком, надо же. Пошарил взглядом по сторонам, никто ли не увидит, что прячусь, вроде бы никого… разве что кто с тайным злорадством наблюдает в щель между неплотно сомкнутыми ставнями…

Набрав в грудь воздуха, я задержал его в груди и шагнул в тень. Космический холод обрушился с такой силой, словно я голым упал в озеро с жидким гелием. Под ногами хрустнуло, я догадался в кромешной тьме, что наступил на ухо или лапку неосторожной собачонки.

Иди, велел я себе. Иди, ты должен… И мое застывшее негнущееся тело каким-то образом сделало шаг, потом еще и еще. В черепе заломило от дикой боли, там сейчас кровь превращается в кристаллики, разрывая тончайшие кровеносные сосуды, нервная ткань гибнет…

Иди, тварь, сказало что-то во мне, я почти не узнавал свой голос.

Иди… Я шагнул и оказался как будто на поверхности Солнца. Сверлящий жар выжег глаза и опалил кожу, лишь мгновение спустя я сообразил, что это я просто вышел из тени. То ли мой организм так быстро почти приспособился к сверхнизкой температуре, то ли еще чего, но сейчас по контрасту я едва не обратился в пепел, и лишь моргал и хватал горящими легкими раскаленный воздух.

Не магия, сказал встревоженно внутренний голос. Против здешней магии иммунитет, но не против забытых технологий. А это, похоже, гм…

И все-таки защищают дом-крепость Вильда по старинке. То есть от тех, кто врывается на могучих конях, в сверкающей броне и с огромными мечами в руках.

У парадного входа расположились на отдых трое могучего сложения стражей, так что можно не сомневаться, что по ту сторону двери их вдвое больше. А то и коридор на ночь перегородят, это могут. Не говоря уж о магических ловушках…