Ричард Длинные Руки – бургграф
Шрифт:
Вдруг шум толпы перекрыл грозный топот множества подкованных коней. Со стороны городских врат в нашу сторону несется, замедляя бег, сотня хорошо вооруженных всадников. Во главе капитан Кренкель, усталый и покрытый толстым слоем пыли.
Им дали дорогу, Кренкель подъехал к самому помосту. Марсель поманил его пальцем, Кренкель покинул седло и взбежал по ступенькам к нам. Я все время чувствовал на себе его настороженный взгляд, вряд ли понравится оказаться под рукой сильного лорда. Лицо суровое, раздраженное, но я больше насторожился, когда губы капитана раздвинулись в иронической усмешке, а глаза блеснули, будто увидел меня с расстегнутой ширинкой.
Я поинтересовался негромко:
– И что вас так развеселило, капитан?
– Да так, – ответил он чересчур равнодушным тоном, – вспомнил что-то… веселое.
– Что? – спросил я с растущим подозрением.
– Да вдруг подумал, а удобно ли было с каменным кинжалом в заднице? Кстати, глубоко его святой Мартин загнал?
Лицо его оставалось серьезным, только в глазах поблескивала издевка. Я буркнул:
– Капитан, вы… того, больше за порядком следите, чем за задницами. Особенно, вышестоящих и облеченных народным доверием лиц. Я за время вашей беготни за шайками вне стен города упразднил отдельную охрану городского совета, то бишь милицию. Все виды охраны лягут на ваши плечи. Не до хи-хи будет.
Он посерьезнел. На этот раз посмотрел, как воин на лорда, за которым уже идет в бой.
– Слушаюсь, сэр бургграф!.. Пока слишком далеко не разбежались, я отберу лучших и возьму в городскую охрану.
– Действуй, – сказал я и добавил ехидно: – Не спи.
Он отсалютовал, спрыгнул с помоста прямо в седло своего коня. Его окружили всадники, он сразу же начал давать распоряжения, трое начали поспешно выбираться из толпы.
Я повернулся к Марселю, улыбнулся Пауэру, пожал руку Югарсону.
– У вас много дел, а мне… мне пора подготовиться к отъезду. И попрощаться с госпожой Амелией. Еще увидимся!
Он не успел ответить, я поспешил, подражая Кренкелю, спрыгнуть с помоста в седло. Зайчик тихонько ржанул, уже пару минут как оттеснил народ, едва услышал тихий свист, я похлопал его по шее, и мы начали выбираться из толпы.
На этот раз, осмелев, к нему тянулись, хлопали по крупу, гладили бока. Даже страшного Пса кто-то решился коснуться, а потом громко бахвалился своей невиданной отвагой.
Глава 9
Зайчик остался во дворе, Пес решил поиграть с детьми, а я бегом поднялся в свою комнату. Сердце стучит в радостном возбуждении: все кончилось, собирай вещи, растяпа, постарайся больше ни во что не вмешиваться, всем не напомогаешься…
Золота со мной не так уж и много, но в океане «копалка» бесполезна… наверное, зато в седле зашиты крупные алмазы, рубины да и сотня золотых монет на всякий случай, должно хватить.
Доспехи надену, молот на пояс, лук за плечи, меч и кинжал тоже не оставлю, как и этот пояс… В черепе снова шелохнулась мысль, которая уже приходила раньше, но не до того было, а вот сейчас, когда гора с плеч… я держал пояс, потом сел и начал рассматривать и ощупывать уже с учетом опыта, полученного при случайном открытии свойств «браслетов», идиот, даже сейчас краснею, как вспомню такую дурость, вроде бы и не я тогда был…
Пояс состоит из металлических пластин, никаких подкладок из кожи, только плотно сцепленные звенья, размером и формой похожие на зажигалки. Звенья и широкая пряжка, похожая на маленький щит, – ничего больше. Пряжка служит, как можно догадаться, дополнительной защитой пузу.
Я крутил так и эдак, слишком уж прост этот пояс, а судя по его весу и той угадываемой тщательности, с которой сделан, ну просто не может быть таким простым. Микроскопом не забивают гвозди, а высокие технологии не привлекают, чтобы сделать простую миску. Разве что эта вещь должна выглядеть простой миской. Или простым поясом.
На месте любого человека этого мира, даже мага, я повертел бы этот пояс и отложил в сторону. Или надевал бы как добротный пояс. Но я в своем «срединном королевстве» не раз попадался в магазинах, кафе или у киоска, когда вертел в руках и не мог открыть коробочку с мороженым, конфетами, печеньем или пепси-колой, а какая-нибудь пятилетняя малявка с ехидной усмешечкой показывает мне, взрослому дяде, что вот тут нужно всего лишь нажать пальчиком. И, присмотревшись, вижу в самом деле крохотную надпись «Push button», совсем затерявшуюся среди подробных сведений о калориях, жирности, витаминах и предупреждений, что и от этого толстеют, а также подробных адресах фирмы, завода и акционерах.
Каждая фирма изощряется, упаковывая так, что мозги свихнешь, пока сообразишь, как на этот раз открывается бутылка с кефиром. А здесь нутром чую, пояс не может быть просто поясом. Либо все эти толстые звенья внутри что-то хранят, как внутри патронов – порох и пули, либо что-то еще более хитрое…
Я щупал, щупал, щупал, пробовал разные комбинации, приговаривал тихонько команды и приказы, даже повеления, надавливал и нажимал, уже собрался отложить до лучших времен, как вдруг десяток звеньев, нет, меньше, слились, словно растопленный воск, образовав трубку не длиннее ладони. На моих глазах по всей длине трубки осыпался верх, будто от ржавчины, теперь не трубка, а желоб, а в нем тускло поблескивает металлом похожая на исхудавшую авиабомбу стрела во всю длину желоба. Нет, на ракету похожа еще больше, вот даже стабилизаторы…
Остальные звенья так и остались звеньями пояса, даже почудилось, что пояс не укоротился. Я таращил глаза ошарашенно, в черепе тайфун и ощущение дежа-вю, уже подобное видел, но никак не могу вспомнить. Похоже, один из предков Валленштейна, вручив мне в дар абсолютную память, имел в виду, что буду помнить все, что случится, но не имел в виду, что вспомню то, что когда-то видел…
В мозгу сверкнуло как молния: подобную стрелку видел в руках Ланселота, еще когда простолюдином прибился к отряду, что вез мощи Тертуллиана! Только у Ланселота чуть крупнее, да и лежала тогда в ложе настоящего арбалета…
Арбалет? Но где же дуга, без нее нет арбалета… С великой осторожностью повертел штуку в пальцах, ни разу не направив острием в свою сторону, даже опытные охотники иногда почему-то нажимают курок, когда заглядывают в дуло собственного ружья, но я человек осторожный, времени же не жаль, был бы результат…
За дверью загремели шаги, я узнал тяжелую поступь сэра Торкилстона, но с ним идет еще кто-то, незнакомый. Я поспешно опустил свой конструктор на ложе и бросил сверху плащ.
Дверь распахнулась, на пороге Торкилстон, из-за его плеча выглядывает человек, лицо которого показалось знакомым. Он заулыбался, а Торкилстон сказал неохотно:
– Вот, прибыл… говорит, срочно!
Сенешаль обошел его, как скалу, отвесил легкий поклон.
– Сэр Ричард… э-э… сэр бургграф, корабль поднимает паруса. Начинается мистраль, он домчит по прямой до самого Юга. Отплываем на рассвете.
Торкилстон спросил:
– Задержать, пока соберетесь? В вашей власти весь порт…
– Возвращайся на корабль, – сказал я торопливо Сенешалю, – скажи Яргарду, не замедлю… Впрочем, думаю, на корабле буду раньше тебя.
Моряк отсалютовал и исчез в коридоре. Торкилстон вздохнул: