Чтение онлайн

– Валаам?... Соловки?...

Транжирить чужие деньги - легко, а потому Варвара не стеснялась:

– Собственно говоря, если вы пожелаете, мы можем устроить вам поездку и за границу! Как насчет Парижа или Греции?

Волков уронил свою голову на левое плечо и коварно прикрыл морщинистые, почти прозрачные веки:

– Париж.... Это для молодых...Борзых и охочих до разврата... Нет. Швейцария - интересней, полезней потому что.

Чем могла быть полезней провинциальная Швейцария - до Варвары не доходило. Понял интересы старика Стас. Засмеялся и спросил лукаво.

– У вас там счет в банке, Сергей Вадимович?

Волков посмотрел на него с осуждением.

– Глупый ты, потому как молодой....В Швейцарии был в эмиграции Владимир Ильич Ленин. Везде, где товарищ Ленин здесь проживал...В Питере, Ульяновске, Казани - я побывал. Лет пятнадцать тому назад - и до деревни Шушенское в Сибири добрался, поклонился его памяти. А вот Швейцария...

– Нет проблем!
– обрадовалась Варвара.
– Загранпаспорт у вас оформлен? Или мы это сами сделаем за неделю?

– Нет. В Швейцарию не поеду.
– с внезапной твердость отринул от себя даже идеологические соблазны упрямый старик.

– Не хотите в Швейцарию?! Отказываетесь посетить места вождя Революции?! Это как же понимать, Сергей Вадимович?

Силы небесные - какую чушь приходится пороть! На какие ухищрения пускаться, чтобы подобно свахе, уломать капризного жениха и любым способом поженить его на хромой, кривой и кособокой невесте!

Волков ответил твердо.

– Силы у меня уже не те. Рассыплюсь по дороге. И умру на чужбине.. Владимир Ильич простит мне, что до Швейцарии я не добрался.

Варвара сдержалась:

– А в Шушенское? Место ссылки Ульянова?

– Уже был. Пятнадцать лет назад. А теперь знаю - там не следят, запустили святые места. Захламление там, мне сказали. .

Через полчаса Варвара убедилась - чем больше Волкова уламывали, тем больше он укреплялся в своем упрямстве. Для него это было делом принципа, или что-то ещё стояло за непонятным упорством, этого Варвара понять не могла. На последок решила позволить себе нанести тупице легкую обиду.

– Ну что ж. На нет и суда нет. Доживайте свой век в этом заплеванном гадюшнике, а квартиру мы всё равно расселим.

– Это как? Убьете меня, да? Это сейчас модно.. Стариков либо в психушку сажают, либо убивают, а жилплощадь присваивают. Ну, так убивайте.

– Еще чего! Много мороки вам похороны устраивать Просто сделаем.. Все ваши соседи получат новую жилплощадь, сюда въедет фирма, отгородит вашу комнату, пробьет через стенку отдельный выход и - живите!

– А кухня?! Сортир?!

– Это всё в вашей комнате должно уместиться!
– пошла на прямой обман Варвара.
– Кухня и туалет так же отойдет фирме!

– Не получится, молодка!
– завыл Волков волком.
– Я законы знаю!

– Но чтобы эти законы вам помогли, придется, дорогой мой, года два, три, пять - таскаться с жалобами по судам! Так что приготовьтесь устанавливайте здесь у себя унитаз, покупайте керосиновую плитку, будете жить, как ленинградцы в блокаде!

Удар оказался сильным, но не решающим. У Волкова был могучий аргумент для защиты и он не замедлил выбросить этот козырь на стол.

– Я - ветеран! У меня - привилегии!

Варвара заорала в полный голос:

– Так неужели, защитник, ты не хочешь дожить свой век в нормальных человеческих условиях?! В отдельной квартире, со своей ванной, кухней, своим телефоном! Посмотри, как живешь?! Убить тебя мало за твою глупость!

Старик так же оказался громкоголосый:

– А ты меня не поучай, молодуха! Сам знаю как мне жизнь закончить! Пошла вон отсюда со своим сопливым хахалем! И больше не приходи!

Жаль, что родилась женщиной. Единственный убедительный аргумент для этой старой кочерыжки - дать бы сейчас в зубы, чтоб он полетел вверх тормашками! И ведь наверняка станет покладистым! Потому что такое истинно мужское предложение - поймет и примет. Что уж совсем обидно - и силы для такой атаки, и некоторое умение к тому есть! Но... Не положено барышням выбивать зубы дряхлым старикам.

А у Стаса - тоже всё наоборот: вид мужской, а душевное начало девичье. Хотя, если вспомнить его подвиги на Товарной станции, он умел порой превозмочь нежную структуру своей души.

Из протухшей норы Волкова они вывались в просторный и чистый (усилиями соседей) коридор и столкнулись со стройной девушкой с кипящим чайником в руке. Она игриво блеснула красивыми глазами:

– Не сломал, Стас, старого пердуна?

– Куда там!
– Стас обнял её за плечи.
– Убить его мало! Хоть бы ты его уломала и утащила в другую избушку!

Она фыркнула, свободной от чайника рукой подергала Стаса за нос:

– Он же по определению - говнюк поганый! Сам не ням и другим не дам! Из-за такой одной гниды дюжина соседей страдает!

Веселый тон не скрыл её откровенного огорчения, она отлипла от Стаса, толкнула плечом дверь в комнату, кивнула на прощанье.

Уже на улице Варвара спросила.

– Эта симпатичная девушка тебе видать хорошо знакома?

– Марина? . Она на панели подрабатывает. Но получила бы отдельную хату, перешла бы в разряд повыше. А может и вообще поменяла бы специфику своей тяжкой деятельности.

Разбираться в этих схемах Варвара не стала и когда дошли до машины, спросила.

– Стас, может Пыль на это дело натравим?

– Он до таких ничтожных операций не опускается, ниже своего профессионального достоинства их считает. Высмеет меня, а может и вообще скажет, что толку от меня никакого.

– Это не ему решать.
– сухо бросила Варвара.
– Что-то с этим упрямым стариком не так, Стас. Люди до самой смерти не теряют интереса к жизни, даже парализованные. Клиент у тебя действительно солидный?

– Я ж говорил - на нефти сидят!

– А старику что предлагали?

– Либо комнату с балконом, опять же в центре, в два раза лучше этой, либо однокомнатную квартиру в Бутово.

– Наверное у него со своей халупой связаны какие-то глубокие воспоминания. Такого не перешибешь, Стас. Не проведешь дополнительной разведки? Найди какого-нибудь дальнего родственника Волкова, или его друга в доме. Ну нельзя без серьезной причины так цепляться за эту грязную нору!

– Хорошо, попробую.
– просто ответил Стас, развернулся и пошел назад..