Чтение онлайн

Сознание было заполнено такой пустотой, а эмоции настолько подавленные, что вид собственной дачи будто сребрившейся в лунном свете, не вызвал никакой реакции. Может - ещё не верилось, что добралась до дому.

Она взглянула на часа. Ну и ну! Всего то двадцать минут второго ночи! А она полагал, что вот-вот взойдет солнце, поскольку по составу событий пережить за это время пришлось вечность.

Сил открыть сарай и загнать туда машину не было. Она бросила "Чероки" у крыльца, прошла через веранду к дверям в дом и когда уже вставляла ключ в замок, из темноты, из угла веранды прозвучал негромкий голос.

– С днем рождения, Варвара Сергеевна.

Варвара шарахнулась от дверей, судорожно нащупала на стене выключатель, нажала его и свет от люстры под потолком осветил веранду.

Куросава неловко вытаскивал из старого продавленного кресла своё длинное, нескладное тело. У ног его стояло цинковое ведро, плотно набитое яркими цветами на метровых стеблях. Он подхватил ведро, шагнул к Варваре и повторил ровно:

– С днем рождения... Вы попали в аварию?

– Да...

Он смотрел ей в лицо без выражения на собственной каменной физиономии, рассматривал Варвару как незнакомый объект, в сущности ничего интересного из себя не представляющий. Сказал, словно подвел итог скучным научным изысканиям.

– Нет. Это не авария. Вас избили.

Варвара не чувствовала в себе достаточных сил ни на возмущения ни на ответные оскорбления. Спросила безразлично.

– Зачем вы приехали?

– По делу. Срочному.

Он поставил ведро с цветами к ей ногам, вернулся в угол, где сидел и с другого кресла скинул клетчатый плед. Под ним съежилась маленькая фигура, которая сонно замычала, а потом распрямилась и встала на ноги. Выше от принятой вертикальной стойки мужчина не стал - так и остался где-то чуть вровень макушкой локтю Куросавы - человек с высокими скулами, в очках с толстыми стеклами, черными, как антрацит волосами и строгом костюме - опять же черном с таким же траурным галстуком. Одним словом - Сакамото-сан, натуральный самурай.

Куросава подвел его к Варваре. Сакамото сонно хлопал глазами за стеклами очков, но уже предупредительно улыбнулся во всё лицо, от упругих щек его словно сияние пошло, засуетился всем телом и быстро заговорил на очень плохом русском.

– День рождения, вам надо много счастья! У меня вам есть дело! Хорошее дело! Я сама писать книга!

– Что ему надо?
– устало спросила Варвара.

– Ваша помощь. Он пишет книгу по заказу крупного издательства в Америке. О развитие русского бизнеса и в частности того, в котором заняты вы. Он хорошо заплатит за помощь. Русский он чуть-чуть понимает, переводчиком буду я.

– Это же японец Валерии?

– Это мой японец.

– У Валерии - другой?

– Да.

Варвара спросила невыразительно и безнадежно.

– Он поймет, если я пошлю его к черту?

– Я пойму.

– Идите к черту.

Натуральный японец возликовал:

– К черту?!
– он выговорил "черт" через "С" вместо "Ч" - Это очень хорошо! Я знать! К черту есть дружба и любовь!

Варвара с трудом осознала, наконец, реальность обстановки:

– Вы можете зайти ко мне. Есть выпить и закусить. Но я компании не составлю. Если загуляете, переночевать вам место найдется.

– Нет, - выдал Куросава подготовленный ответ.
– Сегодня мы вас стесним. Всё очень серьезно. Вы слетаете в Америку за счет его фирмы. Как насчет завтра? Рано утром?

– Завтра, завтра!
– понял и обрадовался Сакамото.
– Утром-утром, рано - рано!

– Я с ног валюсь. У меня нет сил вас уговаривать. А завтра меня не будет дома и в конторе Я занята.
– она сама не понимала, почему лгала.
– Но позвоните - Мы звонили. Вы не включали "трубу"

Правильно, "труба" оставалась в салоне "Чероки", пока она толковала с пьяным Макаровым, а потом - играла в бильярд, если можно так определить события.

Через минуту от поздних посетителей осталось только ведро с цветами на полу веранды. Еще через минуту где-то за забором затарахтел мотор машины с прогоревшим глушителем. Как её Варвара не заметила, неминуемой проезжая мимо, осталось загадкой. Хорошо ещё не врезалась в колымагу Куросавы.

Триумфальная точка этого вечера была поставлена когда в спальне, перед тем, как встать под горячий душ, Варвара разделась до гола и глянула на себя в высокое зеркало на дверце старого шкафа.

У неё даже в глазах помутилось от огорчения. Когда, как и кто, кроме того, что превратил её лицо в пухлую подушку, успел нанести резанные шрамы на бока и правое бедро - память не восстанавливала. На теле не оставалось ни одной площади величиной с ладонь, где не было бы ссадин или царапин. Спина, насколько её могла разглядеть Варвара , выглядела ещё ужасней натуральная шкура зебры, только что полосы поперек хребта не черные, а багровые. Но зебру вряд ли избивают бильярдным кием.

Волосы слиплись, будто из облили липким соусом и он застыл. Шишка на левом углу челюсти выросла не с яйцо, а с тот самый бильярдный шар!

Да кто с такой грязной, избитой, вонючей бабой останется на даче до утра даже в соседней комнате?! И сколько же такта было у обоих японцев, (особенно у натурального) если они практически никак не комментировали облик дамочки, явно выбравшейся после жестокой пьянки с из мусорного бака!

Придерживаясь руками за стенки, она добралась до душа, а потом даже чуть теплая вода так обожгла тело, что Варвара едва не потеряла сознание. Постель казалась единственным спасением - наглотаться снотворных пилюль, сжаться под одеялом, утеплиться, поплакать и - заснуть. Сил ещё хватило, чтоб позвонить домой Наде и сказать, что она, Варвара, прихворнула, на работу завтра не придет, а текущие дела будет вести Роман Викторович Пыль.

Засыпая, на миг вспомнила, что не закончено ещё что-то важное и срочное, но снотворное уже сработало. День рождения кончился. Печаль моя светла....

.

Глава 2. Два дня передышки..

До полудня избитая Варвара и с постели встать не могла. Ныла и стонала, когда приходилось выползать из-под одеяла и кое-как добираться до туалета. Болело и стенало всё тело - будто по ней прокатились гусеницы танковой колонны. Взглянуть на себя в зеркало Варвара боялась до вечера.

А когда взглянула и убедилась, что из зеркала на неё смотрит бомжиха с вокзала, косорылая и синюшная, то решила однозначно: "К черту этот бизнес! Выгода маленькая, а плата за успех - позорная! На кой хрен мне это надо? Да проще на панель пойти, пока возраст позволяет!"

Но по разумному размышлению (перед зеркалом) она пришла к выводу, что "с такой рожей и на панели ничего не заработаешь" К тому же, одно колено не разгибалось, второе - не сгибалось Левый локоть распух, но функционировал .И мысль о том, что порядочная часть мерзавцев из этого подлого бильярдного подвала получила по заслугам, что после взрыва гранаты там мало кто уцелел - вовсе не приносила удовлетворения. Как не злись, а там все же не дрессированные обезьяны а люди, а к жизни всякого существа следует относится трепетно. На ум пришла игривое решение: бизнес следовало сворачивать И как положено умному ликвидатору - сорвать с этой ликвидации всё что возможно, закрыть все счета, выкинуть пару мошеннический фортелей под занавес и "свалить за бугор". Чтоб тебя не то что родные неповоротливые менты не нашли, а даже "Интерпол" и израильская разведка Моссад с собаками не разыскали. Вот так действуют умные люди.

Но уж очень умной себя считать - Варвара остерегалась. Уж больно много было наделано глупостей. А в результате - в зеркале эта разбойничая рожа. Да и "за бугор" с такой физиономией не свалишь - пограничный контроль или таможня задержат, чтоб не позорила чистый образ русской женщины пред лицом завистливой заграницы. Не свалишь ещё и по тому, что не дадут. Налоговая Полиция наверняка уже не выпускает её, Варвару, из виду, и пока не прояснить дело с миллионными долгами по филиалу конторы "Зенит Риэлт В.С" - передвижение по земному шару для неё, госпожи Серовой, будет крайне затруднительно. Так что с ликвидацией своей конторы можно было не спешить. Встать и - вперед!... Но активные действия - не сегодня, конечно ...