Чтение онлайн

– Если смогу...

Она быстро развернула и показала ему фальшивый паспорт.

– Вы этой девушки не знаете?

Хватило лишь быстрого взгляда, чтоб он рассмеялся.

– Ну, вы даете! Её тут все пацаны до Ярославля знают!. Только это никакая ни Варвара Сергеевна Серова, как тут написано! Это Нинка Сопля!

– Фамилия - Сопля?

– Ну, что вы! Кликуха!
– он повернулся к продавщице.
– Слышь, Ольга, ты фамилии Нинки Сопли не знаешь?

– Богданова она....

– Мне она очень нужна.
– сказала Варвара уже обоим.
– Срочно и по важному, очень нужному и хорошему для Нины Богдановой делу.

– Черт её знает, где её искать, - огорчился парень.
– Живет она то ли в Коврово, то ли в Гусь-Хрустальном.

– В Гусе.
– подала голос Ольга.
– Хату там снимает. Но вообще то, вы её и там не найдете.

– Почему?

– А друзей у неё много, она каждую ночь на другой кровати ночует.

Сказано было без укоризненного намека на моральный облик Нины Богдановой - просто отмечалась её пестрая, полная активности жизнь - Вот что!
– обрадовался парнишка.
– Она со своими козлами в следующую субботу будет концерт давать! В Орехово-Зуево, в депо!

– Суббота - поздно.
– серьезно сказала Варвара.
– Хорошо, бери своё пиво за мой счет, а потом спроси кого-нибудь в своей компании, может там кто знает, где мне её сегодня найти... У неё завтра запись на студии. Предлагаем сделать ей альбом.

Лживая информация оказалась ошибочным ходом - перебор. Парнишка вытаращил глаза., изумился:

– Сопля запишет альбом?! Да она же только хрюкать в микрофон умеет! И то хуже породистой свиньи!

Варвара тут же поняла, что обязана предъявить жесткий аргумент, чтоб не потерять сложившегося доверия.

– Ну и что? Она не хуже других. А запись и её альбом - оплачены.

– Спонсора в постель подцепила?!
– тут же понял парнишка.
– Тогда другое дело! Бабам в шоу-бизнесе всегда легче, задницей себе дорогу проложат. Вы уж извините.
– он подхватил пиво и уже на бегу бросил.
– Вы подождите минутку, я у кентов своих поспрашиваю, где сейчас Сопля кантуется..

Варвара расплатилась с продавщицей за пиво, а та сказала.

– И почему вот так всегда... Всякой шалашовке, как Сопля, - везет. Альбом ей запишите. А нормальные люди вкалывают и в дерьме по уши сидят?

Чтобы успокоить огорченную чужим счастьем продавщицу, Варвара ответила уверенно.

– Но дерьмо, так и остается дерьмом. Даже если и выпендривается на эстраде.

От компании молодежи отделился сам Гитарист и уверенно подошел к Варваре. Парень был не по возрасту сдержан и серьезен. Глядел прямо и говорил с неуловимым, скорее всего, прибалтийским акцентом.

– Здравствуйте. Вы Нину Богданову ищите?

– Добрый день Да, она мне срочно нужна..

– Её сейчас можно найти на репетиции. Её лабухи в Орехово-Зуево снимают зал для репетиций. В подвале школы, что возле рынка. Красное такое здание из кирпича, улицы Галушкина, кажется. Найти легко, мы там тоже работали. С одиннадцати до трех них репетиция.

– Выбирайте пиво. На всю компанию каждому по бутылке.

– Спасибо не нужно. А ваша фирма не послушает мою группу? Мы работаем в стиле кантри, честное слово, работаем не хуже "Кукурузы"..

Варвара никогда и не слышала про группу "Кукуруза", обманывать, что-то пообещать невыполнимое этому парню не хотелось. Она кивком позвала его за собой, а возле "Чероки" сказала.

– Никто не собирается писать для Нины Богдановой альбом.

– Ну, слава богу!
– засмеялся гитарист.
– Я не завистливый, вы не думайте. Но чтоб такие, как Сопля, прорывались к микрофону, это уж слишком! Даже через постель и то слишком! Просто было бы несправедливо!

– Вы её хорошо знаете?

– Стриптиз она выдает по классу люкс... На гитаре играет, как заяц на барабане. Музыкальный слух в зачаточном состоянии.
– он спросил уверенно. Она вам крепко нагадила?

– Да.

– Так и должно быть. Скажу вам так. Начнете с ней разборку - будьте осторожней. С ней и её кодлой хорошо говорить, если в танке сидишь.

– Что так?

– Они даже не лабухи. . Музыкой такие халтурщики даже на велосипед не заработают.. А у Нинки новая "Ока" .

– У неё машина?

– Да, я сказал. Белая "Ока". Кто и за что ей тачку подарил, сказать не могу. Но уж, понятно, не зрители и слушатели её, так называемого пения с танцами, это точно!

Все сведения Гитариста о Нине вращались в основном вокруг музыкальной стороны её деятельности, что касается остального, то в нём он ориентировался плохо, хотя и был уверен, что движется эта Сопля дорогой извилистой и темной, при соответствующей неприличной компании, про которую опять же имел скорее эмоциональные сведения, нежели фактические.

– Дешевки они. Но опасные дешевки.

От какого-либо вознаграждения за информацию Гитарист отказался решительно и Варвара буквально силой заставила его принять бутылку водки, которую Оля выдала "из-под полы" - дешевка, местный "самопал".

Варвара не помнила, где располагался Орехово-Зуево, а когда сверилась с атласом, то обнаружила, что надо катится назад к Москве, она его проехала, когда мчалась во Владимир.

Знаменитый в прошлом на всю Россию город текстильщиков, прославившийся, кроме того, громким именем владельца всех местных фабрик знаменитым Саввой Морозовым - встретил Варвару хрустальным, сверкающим на солнце легким дождем.

Школу возле местного рынка она нашла без труда - даже расспрашивать никого не пришлось. Что оказалось совсем приятно - возле дверей школы припарковалась белая, грязная, но все же явно новая "Ока".

Едва Варвара вошла в холл школы, как тут же услышала звуки музыки где-то у себя под ногами. Дверь в подвал она нашла за гардеробом, открытой и Варвара спустилась по темной кирпичной лестнице вниз.

Помещение оказалось большим - эстрада освещена, несколько рядов кресел вытянулись в беспорядке, изогнутой линией На эстраде шестеро музыкантов усердно мучили свои инструменты. Они не пытались добиться слаженности, - каждый выдувал, выстукивал, выдергивал из струн что-то своё, а на общую мелодию было наплевать. Они откровенно хулиганили. У микрофона никого не было. Варвара присела в углу. Потом какофония смолкла, рослый парень крикнул куда-то в пустоту.

– Ну, сопливая, ты скоро там объявишься?! Время деньги!

В ответ ему из-за кулис прозвучала отборная матерщина, выданная высоким женским голосом. Через минуту, всё под те же неприличные рулады к микрофону вышла солистка: юбка, как трусики, швы спортивной майки разрывались на высокой груди, а на ногах тяжелые ботинки, в которых удобно ходить по болотам.

Солистка доволокла свою обувку до микрофона и развернулась лицом в зал и сменила матерщину на язык профессиональный, приказала капризно.