Чтение онлайн

Однако теперь стоило ожидать повышение интереса к себе со стороны других учеников и, приглядевшись, Рики что-то подобное почувствовал. Притом одноклассники, для которых он когда-то специально рассказывал о «МентеСана» на уроке Хагрида, восприняли статью для «Молнии» с недоумением. Чуть позже Бетси вежливо его поздравила, а Френк Эйвери, делясь своими соображениями с Мелани на перемене, хмыкнул, что «Макарони нашел время высунуться с тем, что мы про него давно знаем».

— Ну, надо признать, младшим курсам это может быть интересно, — ответила ему Мелани.

Они явно его не замечали, и Рики, сделав знак Лео, чуть отстал, чтоб не возникло необходимости вмешаться в их беседу.

— Ты еще не слышал, что Джимми Поттер теперь говорит о твоем участии в газете, — напомнил Лео, когда их, чтоб не торчали на дороге, оттеснило к окну.

— Зачем ты поминаешь черта? — поморщился Рики. — Вернее, чертенка, но… ну и вот он!

Юный Поттер издали помахал им и, окликнув, припустил по направлению к ним бегом, так что пришлось оставаться на месте и ждать его.

— Не убегать же, в самом деле, — процедил Лео, наблюдая, как Джим лавирует в толпе.

Рики улыбнулся и приготовился заявить, что очевидно, цензура его работу пропустила, и даже, возможно, выслушать поздравления. Однако его удивило, что Поттер зачем-то на ходу вытаскивает из кармана блокнот и самопишущее перо. Последнее, когда юный гриффиндорец добрался до них с Лео, висело у его плеча в полной готовности.

— Добрый день, — поздоровался Рики и, кивая на писчие атрибуты, спросил: — Ты чего это?

Ответного приветствия, как и ответа на вопрос, он не дождался.

— Я был в совяльне и видел твою Ракету, — произнес, запыхаясь, Джим.

— Я не знал, что она уже вернулась, — удивился Рики.

То, что крестная, выходит, не сочла нужным послать ответ, его слегка обескуражило, но ничуть не огорчило. Подумаешь, невоспитанная тетка! И репортерский тон мальчишки был ему не совсем понятен.

— У нее перебинтовано крыло, — заявил Джим. — Как ты это объяснишь?

Рики едва не выронил школьную сумку, взглядом ища поддержки Лео.

— Выходит, Упивающиеся смертью действительно околачиваются неподалеку от Лонгботтомов, — задумчиво произнес тот, и вскинулся: — Эй, Поттер, это записывать не надо!

Отвязавшись от Джима, Лео фактически за руку отвел Рики в класс. И весь урок заклинаний Рики провел как на иголках, так и не сумев собраться, хотя, конечно, что-то делал. После этого, пользуясь большим перерывом и тем, что Селена едва кивнула и вышла из класса, ведя оживленный разговор с Самантой Перкинс, они с Лео навестили Ракету.

Вездесущий Джим успел выведать, что Хагрид и мадам Помфри ее лечили и, стало быть, она быстро поправится. И действительно, Ракета была наполовину перебинтована. Она приветствовала Рики возмущенным уханьем и даже не сразу позволила себя погладить.

— Я больше не буду отправлять тебя в такие рискованные места, — пообещал Рики. — Лучше тебе вообще пока посидеть здесь, старушка.

Он покормил ее с руки, и только после этого они с Лео вышли из совяльни. Времени было полно и, чтобы немного развеяться, Рики предложил прогуляться к озеру.

— А мы к Строгусу потом не опоздаем? — забеспокоился Лео.

Рики мысленно чертыхнулся. Беспокоиться о дисциплине сейчас казалось ему возмутительным буквоедством.

— А если опоздаем, так что с того? — спросил он.

— Снимут баллы, — практично заметил староста. От свежего воздуха он, однако, не отказался.

— У меня эта история с совой долго не выйдет из головы, — признался он, пока они спускались по Главной лестнице. — Вроде бы понятно: Упивающиеся смертью всячески пытаются тебе навредить. Но откуда они узнали, что это твоя сова?

— Перехватили письмо, — высказал догадку Рики.

— Возможно, — сказал Лео, толкая перед собой дверь. От сквозняка зашевелились волосы, да и одежда. — Не нравится мне все это, — донесся его голос уже снаружи.

— Мне — еще больше, — ответил Рики и вслед за другом вышел на крыльцо.

Над озером местами висели клочья тумана. Солнце вовсю припекало голову, но по ногам пробежал холодок. Лео направился к озеру довольно быстрым шагом, пришлось догонять.

— Все это мельтешение в газетах — ерунда, — произнес Лео так, словно отмахивался от невидимого оппонента. — Я знаю чистокровных магов. Они могут сколько угодно возмущаться, но до активных действий не дойдут. Максимум, пришлют мелкую пакость по почте, и то побоятся, скорее всего. Они это уже проходили и Темного лорда дразнить не станут. Упивающиеся смертью — единственная реальная угроза. И я во всем этом что-то упускаю.

— Что уж тогда говорить обо мне, — сказал Рики, хотя признавать скромность своих способностей он никогда не любил. Равно как и ход рассуждений друга не был ему докнца известен. — Я ведь даже вспомнить не могу того, что мне полагается помнить!

Они дошли до озера, и Лео повернулся в сторону избушки Хагрида. Слова Рики заставили его остановиться.

— Думал об этом. Знаешь, я почти уверен, что дело тут не в проклятии, — задумчиво произнес он. — Просто сам предмет так воздействует на учителей, а точнее, на их умонастроение. Плюс эта легенда насчет должности. Ты лучше других понимаешь, что темные искусства — вещь крайне опасная. Те, кто зловещим картинам с пытками и всему такому не поддаются, это оптимисты вроде профессора Лавгуд, так они спокойно уезжают в конце года из «Хогвартса» домой, и никакое проклятие их не трогает.

Рики поежился, проникаясь необъяснимой тревогой. Возможно, это был просто холод. Но он пережил подобное заблуждение не так давно. Возможно, на этот раз он действительно заблуждался, ведь Лео не сказал ничего особенного.

— А Бэскотт? Он тоже спокойно уехал со своим зловещими знаниями и биографией, — напомнил он.

— Смотря для кого. Последние двадцать лет его образ жизни далеко не зловещий, а самый что ни на есть беззаботный. И, если не забыл, ему нервы пощекотали.

— А Ван? Он, по–моему, мрачнее с каждой новой неделей здесь, — нахмурился Рики.

— Возможно, просто скучает по дому, — предположил, пожимая плечами, Лео. — Давай не будем спорить. Слушай, я вовсе не собираюсь убеждать тебя в том, что никакого заклятья не было, тем более, ты это вроде помнишь. Возможно, вначале и было. Но за столько лет оно должно рассеяться, если нет подпитки, — изрек он поучающее, будто Рики сам не учил магическую теорию. — А сейчас дело в легенде и в восприятии должности, в том, что каждый профессор в ней видит…

За последний год Рики основательно отвык от всяких приступов, припадков и озарений. Но тут у него искры в голове взорвались и посыпались в разные стороны. «Видит». Что они видят? Вот он был Томом Реддлем и стоял на пороге, обозревая тонущий в вечерних сумерках класс защиты от темных сил, и в его умонастроении все занимало намерение, от которого он становился очень собой довольным. В восторге от собственного остроумия, он собирался войти…