Рикошетом
Шрифт:
Это уже произошло.
_______
В понедельник утром тренер Бакстер вызвал меня в свой кабинет.
Я не ожидал встретить там Каллума.
– Присаживайся, сынок, – холодно сказал он.
– В чем дело, тренер?
– Не хотите рассказать мне, что, черт возьми, произошло в пятницу вечером?
Я подавил стон. Я должен был догадаться, что кто-нибудь проболтается ему.
– Каллум? – он пригвоздил тяжелым взглядом парня, спокойно сидевшего рядом со мной.
– Это было недоразумение, тренер.
– Недоразумение? – его губы скривились в неодобрении. – Зак, что ты можешь сказать в свое оправдание?
– Мы просто дурачились, тренер. Все вышло из-под контроля.
– Дурачились, говорит он, – тренер снял бейсболку «Скорпионов» и провел рукой по своим почти седым волосам. – Ты думаешь, я идиот? Вы оба приходите сюда с таким видом, будто провели десять раундов с Рокки Бальбоа15, а я должен закрыть на это глаза? – он усмехнулся. – Этого не будет, господа.
– Тренер, да ладно, мы...
– Прекрати, Джеймс. Тебе нужно навести порядок в своем дерьме, сынок, прежде чем ты позволишь ему испортить твой выпускной год. Я знаю, что сейчас все сложно, – он облокотился на стол и сцепил пальцы. – Вот почему нам нужно держаться вместе, а не отдаляться.
– Этого больше не повторится.
– Чертовски верно. Я записываю вас обоих в молодежный проект «Следующие шаги».
– Тренер... – начал было протестовать Каллум.
– Прекрати, сынок, я уже позвонил. Ты отчитаешься перед Фреей Дженкинс завтра после занятий. Совершил преступление, расплачивайся.
– Это ерунда, тренер, – запротестовал я, но он пронзил меня жестким взглядом.
– Я ожидал лучшего. У вас двоих есть проблемы, которые вам нужно уладить, делайте это не на глазах у всех, чтобы не повлиять на репутацию команды. А теперь убирайтесь с моих глаз, – он раздраженно отмахнулся от нас.
Мы оба выскользнули из его кабинета в полной тишине.
– Послушай, Каллум, я...
– Оставь это, – он бросил на меня взгляд, горящий презрением. Я не знал, злился ли он на себя, на меня или на нас обоих. Но, как и я, Каллум был поглощен тьмой. Я не собирался быть тем, кто попытается вытащить его оттуда, мы не были подходящими людьми друг для друга. – Просто сделай мне одолжение и держись от меня подальше, – Каллум пронесся мимо меня, но оглянулся, прежде чем исчезнуть в раздевалке. – И держись, блядь, подальше от моей сестры.
Глава двадцать первая
Калли
– Калли, заходи, – Фрея жестом пригласила меня присесть. – Как ты? Как прошел тренинг в воскресенье?
– Было здорово. Я с нетерпением жду начала работы, – мне нужно было отвлечься. Мне нужно было сосредоточиться на чем-то, кроме дыры в животе.
То, что Зак узнал о моей маме, все изменило. Ему было не все равно – этот засранец пытался вести себя так, будто ему не все равно, и это совершенно сбило меня с толку.
– Что ж, мы рады, что ты у нас есть. Ты хотела бы услышать хорошие новости или хорошие новости?
– Хорошие новости, – я осторожно выдохнула.
Она щелкнула пальцами и указала на меня.
– Правильный ответ.
Я улыбнулась.
– У нас в проекте появилась новая девочка. Жасмин. Настоящая упрямица, если судить по ее досье. Но в последнее время ребенку пришлось нелегко. С восьми лет она разрывалась между опекой матери и отца. Плохая посещаемость школы. Учителя говорят, что у нее низкая самооценка, отсутствие мотивации, и она всеми возможными способами пытается привлечь к себе внимание.
– Сколько ей лет?
– Четырнадцать. Она в девятом классе.
О боже.
Девочка на пороге превращения в девушку, полная бушующих гормонов и эмоций.
– Вы уверены, что я тот человек, который сможет быть для нее наставником? – потому что теперь, когда я сидела здесь, я не была так в этом уверена. Что, если я ей не понравлюсь? Или она не захочет общаться со мной?
– Тот факт, что ты только что задала этот вопрос, как раз и объясняет, почему ты тот самый человек, Калли. Жасмин нужен кто-то, кто понимает, каково это. Ей не нужно, чтобы еще один взрослый говорил ей, что у нее голова на плечах для того, чтобы лучше соображать.
– Ладно, – я кивнула. Фрея была права, я действительно знала, каково это. Больше, чем она могла себе представить.
– По вторникам у детей свободный день. Мы проводим кучу активностей на заднем дворе, чтобы дети развлекались. Я подумала, что это будет хороший шанс для вас с Жасмин узнать друг друга лучше.
– Вы хотите, чтобы мы начали наши встречи сегодня?
– Нет времени лучше настоящего. Просто доверяй своим инстинктам. Задобри ее, не дави. Слушай, не говори слишком много. Многим детям просто нужна стабильность и доверие. Готова?
Мои губы сложились в робкую улыбку.
Думаю, мы собирались это выяснить.
_______
– Каллиопа, – сказала одна из волонтеров центра, невысокая женщина по имени Морин. – Это Жасмин. Она рада познакомиться с тобой.
– Привет, Жасмин. Мне нравятся твои браслеты.
– Да все равно, – она села на скамейку рядом со мной, отказываясь смотреть на меня.
– Удачи, – одними губами произнесла Морин, и я поморщилась.
Боже. Это будет сложнее, чем я думала.
– Как прошел твой сегодняшний день? – я старалась, чтобы в моем голосе не было дрожи. Мое тело гудело от нетерпения. Я не хотела все испортить, но чувствовала себя как рыба, которую вытащили из воды.
Жасмин еле-еле прошептала какой-то нерешительный комментарий.
Она была красавицей. Примерно пять футов и шесть дюймов16, с белокурыми, коротко подстриженными волосами. У нее были яркие голубовато-зеленые глаза, россыпь веснушек на носу и такая бледная кожа, что она казалась почти прозрачной. Девочка напомнила мне эльфа или какое-то другое неземное существо, вроде феи или нимфы.
– Ты пялишься, – прошипела она, и я мысленно выругалась.
– Извини. Просто у тебя очень красивые глаза.
Медленно она подняла лицо, встретившись с моим мягким взглядом. Уголок ее рта чуть приподнялся.
– Ты думаешь, у меня красивые глаза?
Да, именно так я и думала. Они сверкали словно океан, когда она уставилась на меня.
– Так и есть.
– Я уродина, – возмущенно фыркнула она, замыкаясь в себе. Она излучала враждебность, бурю боли и гнева. Но было в ней что-то такое, что я понимала больше, чем она осознавала.