Чтение онлайн

Кристи не могла отказаться. В веселой компании, состоявшей, в основном, из художников, её спрашивали о московских выставках, называли имена известных здесь российских авангардистов. Кристина охотно подхватила тост за дружбу. В какой-то момент галдеж за столиком внезапно затих и все лица повернулись в одну сторону: за креслом Джеромо стоял один из спутников Рино, шепча ему что-то на ухо. На лице толстяка отразилась растерянность, даже кончики рыжих усов зашевелились..

Посланец Рино удалился, а Джеромо тихо обратился к русской гостье.

– Можно тебя на минуту, детка.

Отведя её в сторону, к возвышавшемуся у бранной стойки колоссальному букету, Джеромо с деланной улыбкой, выпалил свистящим шепотом:

– Он хочет, чтобы ты присела за его столик.

Кристина спокойно пожала плечами:

– И не подумаю. Мне пора уходить.

Букет состоял из белых и красных гладиолусов и еловых веток с позолоченными шишками. "Как те, что были в машине у Санты", - вздохнула Кристина и снова почему-то разозлилась на себя. Так было каждый раз, когда она вспоминала о веселом певце. Симпатяга - душа нараспашку! Вызвал на откровенность болтливую глупышку, подхватил стекляшки - и скрылся! "Чего ради ты выложила чуть ли не всю свою биографию едва знакомому человеку? Из-за его красивых глаз? Не юли, он вскружил тебе голову, дурочка", укорила она себя тем сильнее, чем яснее становилось, что Санта обманул её.

– Не имею ни малейшего желания знакомиться с этим бандитом! повторила она Джеромо.

– Тише, тише! Господи, ты не понимаешь, что этому человеку нельзя отказывать!

– Я гражданка России. И живу по своим правилам.

– Ты в Италии, детка.
– Он посмотрел на Кристину умоляющими глазами. Прошу тебя, присядь к ним за столик минут на пять. Мы все здесь. Ничего плохого произойти не может. А дома будешь рассказывать, что завела знакомство с Коза нострой... Это я в шутку, конечно...

Кристина улыбнулась, заметив, что лоб добродушного толстяка покрылся испариной. Рыжие кудряшки прилипли к вискам. Наверно, в детстве его дразнили "жирдяем" и "краснорожим", а он взял, да и переплюнул всех красивых и стройных своими смелыми, выходящими за рамки принятой нормы, проектами. Кристина положила руку на покатое плечо Джеромо:

– Я благодарна вам за опеку и беспокойство. Вам и Этель. Но, простите, я не могу прислушаться к вашему совету.
– Кристина уверенно направилась к столику художников и, попрощавшись со всеми, пошла к выходу из зала.

Подхватив её жакет, за девушкой последовал Джеромо и двое мужчин из числа гостей. Они проводили Кристину до её машины, продолжая твердить о дружбе и передавать приветы неведомым ей московским художникам.

– Уфф!
– Кристина с облегчением захлопнута дверцу своего старичка "фиатика" и быстро представила дорогу в отель. Всякий раз, выезжая на машине в новые места, она заранее продумывала маршрут над картой Рима, выбирая менее напряженные трассы, отмечая, где развернуться и в каком направлении следовать.

Привязавшийся к её "фиату" шикарный черный автомобиль Кристи заметила довольно скоро, когда углубилась в спокойные переулки фешенебельного жилого района. В большинстве домов уже спали, редкие машины проскальзывали почти бесшумно, не нарушая ночной тишины. Преследователь Кристины двигался , словно приклеенный. Сделав пару попыток улизнуть, она поняла - оторваться не удастся. Незнакомая машина подала сигнал и, обогнав "фиат", преградила ему путь.

Кристина ещё надеялась, что её сопровождает Джеромо или кто-то из его друзей, но вышедший из автомобиля человек развеял сомнения - она здорово влипла. Вразвалочку, держа руки в карманах черного пиджака к ней направлялся дружок Рино.

– Добрый вечер, синьорина. Меня зовут Квази Сото, - представился он в открытое окно.
– Я компаньон Рино Морелли. Сеньор Морелли просит прощения за беспокойство, ему необходимо поговорить с вами. Буквально пару слов.

Кристина попыталась закрыть окно, но тяжелая рука мужчины удержала стекло и, быстро скользнув вниз, нажала на ручку, открывающую дверцу.

– Прошу, синьорина. Не стоит отказываться от нашего приглашения. Уверяю - я бегаю быстрее. И вообще - многое умею. Он сделал пасс рукой у шеи Кристины и протянул девушке её гранатовые бусы, покачивающиеся на толстом пальце.
– Мы не грабители.

Он ухмыльнулся, бросив в салон украшения Кристи.

– Плохой замок.

Кристине пришлось выйти и тут же нырнуть на заднее сиденье черного автомобиля.

– Прекрасная ночь, Кристи - Лари!
– Мулат широко улыбнулся.
– Меня зовут Рино, Бронзовый Рино.
– Дверца захлопнулась, машина, мягко тронувшись, сорвалась с места.

– А мой фиат?
– встрепенулась Кристина.

– Он окажется там, где вы пожелаете. А вы - где я захочу..

– Вы меня похитили? Я гражданка России и заявляю протест. Я не могу принять ваше приглашение сегодня. Возможно, завтра.
– Злость и страх захлестывали Кристину. Ей хотелось ударить наглеца, но чувство опасности подсказывало, что лучше следовать мирной тактике, чем затевать войну. Сила не на её стороне.

– Значит, синьорина найдет возможность уделить мне время завтра? Рино захохотал.
– Это так лестно для меня! Только познакомились и уже свидание на завтра!

Он продолжал смеяться и вдруг, замолчав, стиснул запястье Кристины:

– Никто никогда не распоряжается моим временем и не диктует расписание, даже Папа Римский.
– Огромные выпуклые глаза Рино с фосфоресцирующими в полутьме белками выглядели устрашающе.

Кристи сжалась, не пытаясь освободить зажатую руку.

– Даже такая нежная киска, как ты, такая храбрая и хитрая киска очень хрупкое изделие. Чуть тронешь, и нет его...
– Рино выпятил губы, словно сдувал со своей ладони руку девушки.

Кристина закрыла глаза, растирая запястье. Весь её опыт подобных ситуаций, почерпнутый из устрашающих фильмов и жутких слухов, говорил о том, что сопротивляться или пытаться позвать на помощь бесполезно. Надо понять, кому понадобилась она - Рино-мафиози или Рино-самцу, и выбирать соответствующую тактику поведения. Но зачем понадобилась русская моделька мафии? К чему этому всесильному красавцу похищать девушек? Кристина металась в сомнениях и молчала, боясь спровоцировать мулата на жестокость.

– Уснула, киска?
– Он провел ладонью по её лицу и груди.
– Скоро приедем и ты все узнаешь.
– В хриплом голосе не было угрозы - в нем звучало предвкушение удовольствия.

Квази вывел Кристину из остановившейся машины и, крепко придерживая за локоть, сопроводил в дом. Глаза гостье не завязывали, да её и не мучило любопытство. "Только бы вырваться отсюда живой и четвертого января сесть в самолет!" - взмолилась Кристина, ощущая небывалую тоску по дому. Каким недосягаемо-желанным сейчас казался ей этот печальный день - день прощания с Римом.