Чтение онлайн

«Гравитационная аномалия, сектор три!» — снова в чате. Какие-то цифры, это уж не понять. Электра быстро думала. Чужие несоизмеримо превосходят нас технологически. Но около Земли осталась большая часть двух флотов, почти две сотни кораблей. Треть нашей общей огневой мощи! Неужели не справимся.

Какое счастье, что работали оружейные реакторы и были открыты порты «Светоносного»… Счастье, везение. Эринии прошли систему, минуя станции слежения и все планеты Солнечной, не сработал ни один детектор, даже сейчас чтобы увидеть эти корабли, приходится банально смотреть в иллюминатор! Как наводиться? Как стрелять? Бездна, «Персефона» разломилась надвое, как жестянка, величественный флагман, гордость Первого! Неудивительно, что они так легко снесли оборону Марселя.

Уверенность в технологической мощи Рима рассыпалась на глазах. В командном чате уже сцепились. Разошлись во мнениях, а готовых ответов нет — алгоритмы пока молчали.

А ведь у нас к этому времени уже мог бы быть диктатор. И адмирал. Как же глупо.

Неужели в тактические компьютеры кораблей не загружены вероятные варианты взаимодействий с кораблями Чужих?

Электра с неприятным чувством поняла — возможно, что и не загружены. Долгие годы для Рима существовал единственный вероятный противник: Единение Халифата.

Пришлось подавить мучительное желание кинуться на корабельный мостик. Ей сейчас там не место.

«Движутся». «Быстрая смена траектории, но предположительно идут к Земле». «Корабли, находящиеся в зоне видимости — беглый огонь». «Сбрасываем минные заграждения».

Чат разрывался. Теперь по синему тороиду ударили «Кронос» и «Немезида», поддержанные совместным огнем корветов Первого. Корабль снова играючи уклонился, по невероятной траектории, как детская игрушка «уйди-уйди» на нитке, а сопровождающие его меньшие суда открыли огонь.

А ведь «Светоносный» могут уничтожить точно так же, как и флагман Первого. Момент внезапности утерян, но ясно, на что способны эти эринии. Электра быстро зашла в свою «персона публика» и перевела на имя сенатора Гая Августина Тарквиния все свои быстрые баллы. Их оказалось как-то много, слишком много.

— Вы сможете наконец открыть Щит Минервы?

— Нет. Сначала сенат на Земле должен провести мою инаугурацию.

Да что ж такое.

— Тогда летите на Землю!

— Что-то мне в данный конкретный момент туда не хочется, — ответил Гай, глядя, как синие и золотые всполохи полосуют пространство. — Я лучше тут с вами. Мне нужно координировать Первый.

Электра переключила все внимание на кипевший за бортом бой. Жуткая, завораживающая красота открылась ей. Всполохи и сияние, россыпи звезд, полосы корабельных лазеров, хаотические вспышки плазменных торпед и лезвийный блеск чешуи чужих кораблей.

Римские корабли один за другим входили в бой, планета оборачивалась вокруг своей оси, линия терминатора темным луком плыла под ногами. Изначально оба флота были максимально разведены на своих орбитах друг от друга, дрейфовали практически с разных сторон Земли, и теперь это послужило к худу. Солнце ярко засияло на корабельных бронях, из планетарной тени поднимались несколько крупных судов Первого Космического. Снова вспышка, ослепительно яркая, столкнулись «Хирон» и «Аргус», два малых корвета. Электра прикрыла глаза. Гай выругался непристойным образом.

«Наблюдаем сброс предположительно десантных ботов с чужого корабля, — сообщили с „Дискордии“. — Шквальный плазменный огонь, не можем перенастроить эгиду».

«Кронос» пошел наперерез, темная громада с изломанным контуром. Крошечные блестящие боты, как горсть кленовых семян, высыпались из змеиного корабля. Часть их смело залпом распределенной плазмы, Электра в который раз отметила, как хорошо считает их полетная команда. Целились вручную, c непривычными алгоритмами — и попали. Снова вспышка, частично пригашенная эгидой, «Светоносный» совершил маневр уклонения, она почувствовала тошноту и головокружение: менялся гравитационный вектор, системы не успевали компенсировать.

— Электра, да вы что, спите! Очнитесь! Нужно действовать совместно.

Следующий час она помнила смутно. Канал был забит отрывистыми командами капитанов, гигабайтами сырой информации, и… страхом.

Чужие корабли вели себя непредсказуемо, их было почти невозможно поразить, на «Дискордию» высадили десант, невзирая на то, что ее прикрывали эгидами «Церера» и «Цефей», забыв о традиционной вражде между Первым и Вторым. Римляне после временного замешательства сплотились, дрались отчаянно и храбро и погибали.

Первый флот остался разом без флагмана и без адмирала. Спаскапсулы с «Персефоны» не пинговались ни одна, Электра пыталась проверить. Гай Тарквиний остекленел взглядом и висел в канале, координируя флот, но даже ей было ясно, что он точно так же, как она, не понимает, что делать. Судно-наводчик «Ариадна» на ее глазах разломилось на несколько частей и, судя, по приборам, остатки вот-вот врежутся в Луну, куда-то в расположение исследовательского городка. Только бы люди успели эвакуироваться. Флагман отчаянно маневрировал, используя свои габариты и массу, чтобы прикрывать малые корабли. Щиты пока держали, но сколько это продлится.

Люций, где ты. На кого ты меня оставил.

Она стояла перед прозрачной стеной, сцепив руки, пораженная отчаянием, глядя, как погибает самый мощный за всю историю флот Земли. Чужие корабли были неуловимы и смертоносны, а если удавалось попасть направленным лучом — сизая чешуя мигом вставала дыбом, перестраивалась, рассеивала энергию, отражая ее, как капли воды. Потом Гай Тарквиний схватил ее за руку, вцепился, причиняя боль. Электра медленно повернула к нему голову.

— У них наверняка есть закономерности движения. Давай считай! Анализируй, тартар тебя побери!

— Каким образом. Вы с ума сошли.

— Каким всегда! Зачем тебя делали, сука ты тупая! Выиграй нам битву.

Делали. Кто-то ее сделал. Потом что-то обожгло, ледяным касанием.

— А вы с планеты криокапсулу на «Персефону» подняли? — спросила она безучастно.

Маленькая заминка. За прозрачной преградой распадался на куски очередной малый крейсер. Кажется «Криос». Как во сне. Синий огонь, синие перья. Золотые огни. Темнота.

— Нет, не успел.

— Это хорошо.

Электра сделала несколько шагов вперед, уперлась лбом и руками в прозрачную загородку, застыла.

Надо сосредоточиться.

— Исидор, передавайте мне траектории кораблей противника в реальном времени. В сыром виде, без визуализаций и прогнозирования.

Интересно, почему они маскируют себя на всех частотах, но глазами мы их видим. Прятаться ниже их достоинства? Или у них иначе устроено зрение? Или какой-то не понятный нам пока принцип действия маскировочного поля? Не распространяющийся на биологические объекты? Нет, глупость, простая древняя аналоговая оптика их ловит.

— Домина Флавия, вы себе все мозги сожжете.