Чтение онлайн

— Тогда вы могли бы оставить себе одно изображение, а другие дарить подругам, например, — сказала Мэри.

Это было бы прекрасно. Но Дженни безумно хотела получить хотя бы один снимок по методу Дагера, только один, чтобы её лицо замерло в моменте, как замершее зеркало, отражая самые мелкие детали, самые тонкие складки платья, блеск глаз, завитки волос. Она видела изображения у подруг. Их можно было разглядывать часами! И Дженни мечтала любоваться собственным изображением, а не восхищаться чужими!

Через несколько часов лорд Лукас поднялся, чтобы отправиться в замок Сидал.

— Я бы забрал вас с собой, мисс Лейси, — сказал он, — но вынужден просить вас остаться ещё на два дня с моей сестрой. И ей будет веселее в вашем обществе, и мне будет предлог выбраться из замка одному.

Он откланялся, заставив Мэри и Дженнифер переглянуться.

— К вашим услугам, — сказала Дженни, делая реверанс, — я не очень соскучилась по замку.

— Тогда позвольте узнать, что заставило вас покинуть его?

Синие пронзительные глаза, казалось, читали в её душе.

— Я… — Дженни вспыхнула. А вдруг попытка отравления тоже плод её буйного воображения? — я хотела отправиться к матери. Домой!

Лорд Лукас усмехнулся.

— Я бы на вашем месте не стал делать этого, — сказал он, — по крайней мере лучше не выводить из себя моего отца. Да и ваша мать вряд ли пожелает вернуть заблудшую дочь. Куда вы отправились без денег? О чем вы думали? Вы планировали пройти сотни миль пешком не зная дороги?

Дженни снова вспыхнула.

— В замке мне было невыносимо, — сказала она.

Он взял её за локоть.

— Давайте-та спустимся вниз и вы проводите меня до коня, дорогая будущая мачеха, — лорд Лукас побледнел, — я отвечаю за вашу голову, так что вам придётся поделиться со мной вашими страхами!

Голос его был тих и страшен. Дженни снова вспомнила, что его считали сумасшедшим. И ведь не зря. Когда он злится, глаза его становятся совершенно безумными! Он вытащил её из комнаты в холодную галерею, не отпуская её руки спустился по лестнице, волоча испуганную Дженни за собой.

Дверь на улицу распахнулась, и ее передернуло от влаги и холода. Дождя не было, но воздух был пропитан водой, которая тут же осела на её волосах и шерстяном платье.

Дженни обхватила себя руками.

— Теперь говорите, что произошло, — лорд Лукас смотрел на неё без всякого выражения на лице.

Она помотала головой.

— Мы будем стоять тут, пока вы не скажете.

Повисло молчание. Руины собора возвышались над ними, как декорации к страшному спектаклю. Тучи нёс ветер, не позволяя вечернему солнцу выглянуть хоть на минуту. Низкие облака готовы были в любой момент пролиться ливнем.

— Мне стыдно говорить такое. Возможно, у меня разыгралась воображение.

— Говорите. Я все равно все узнаю.

Он был слишком близко. Впервые Дженни осознала, что в его обществе с нею что-то не так. Сердце предательски билось в груди, не позволяя нормально соображать голове. Ноги готовы были подкоситься то ли от страха, толи от какого-то более глубокого чувства, которое она не могла уловить.

— Я жду, мисс Лейси.

Голос его снова стал тихим. Дженни боялась таких голосов. Мурашки пробежали по спине, она задрожала, не понимая, дрожит от холода или от страха.

— Ко мне в комнату вошла женщина в вуали, ночью, — наконец сказала она, — и налила что-то в кружку. А потом леди Стентфорт сказала, что это яд.

— Сказала вам? — он нахмурился.

— Нет. Я подслушала. Сказала этой женщине под вуалью. Я испугалась и сбежала.

Лорд Лукас смотрел на неё совершенно серьезно.

— Оставайтесь тут, с Мэри, — он сжал её руку, — Генри всегда сможет защитить вас. Он отличный стрелок и всегда имеет при себе пистолет. Так что не уходите из аббатства. Я выясню все, что с вами произошло. Это, конечно, не игра воображения, мисс Лейси. Я верю вашим словам. В замке часто происходят занятные вещи.

Он склонился перед ней, прощаясь, потом вдруг взял её руку и поднёс к губам. Это простое движение заставило Дженни сжаться от того самого неуловимого чувства, а потом слезы брызнули у неё из глаз.

— Благодарю, благодарю вас, лорд Лукас! Я так боялась, что это все мне привидилось, что я оклеветала невинного человека! Все это… очень странно! Зачем меня травить? Кому я мешаю?

Лорд Лукас подошёл к коню, который пасся на лужайке возле собора.

— Это-то я и планирую выяснить.

Лорд Лукас уехал, а Дженни осталась в старом аббатстве. Все утро она бродила среди руин, благо впервые за долгое время выглянуло солнце и превратило пугающие тенями и туманами остатки зданий в место для пикника лондонских денди. Зная, что Генри Миллер не бросит её в беде, защитит, она наконец-то почувствовала себя в безопасности. Тут, среди руин, ей было спокойнее, чем в своих многочисленных комнатах в замке Сидал, что возвышался на вершине горы, покрытой снегами. Там были скрытые враги, тут — неожиданные друзья, готовые защитить её ценой собственного покоя и, возможно, жизни.

Войдя под сень полуразрушенного собора, Дженни разглядывала выцветшие изображения на стенах. Как теперь она раскаивалась, что так ужасно думала о лорде Лукасе, считая его чуть ли не сумасшедшим алхимиком! Возможно, старый замок пробуждал её воображение, а легенды о сошедших с ума детях старого графа дали пищу для страхов. Но все объяснялось просто. И ей бы тоже сначала разобраться, в чем дело, а не обвинять почём зря во всех грехах единственного в замке человека, который мог ей помочь. Она видела по его глазам, что он хотел ей помочь.

Возможно, в замке и были сумсшедшие, но это был точно не лорд Лукас, одержимый не демонами, а искусством рисования светом. Солнцем. Как романтично звучит — гелеография. Дженни даже в слух произнесла это слово, такое вкусное, такое красивое.

Рисование солнцем.

К своему стыду про фотографию она не знала ничего. Однако, даже ничего не понимая, можно получить собственное фото. Лорд Лукас обещал ей, что сфотографирует её и подарит дагеротип с её лицом. Дженни улыбалась. Было бы так прекрасно иметь его. Ведь её красота застынет на снимке навсегда, и даже её внуки смогут любоваться лицом своей бабушки, восхищаюсь бровями вразлет и тонкими похожими на лепестки роз губами. Она сделает лучшую прическу. Она будет позировать столько, сколько нужно! Даже два часа ей будет не сложно сидеть неподвижно!