Чтение онлайн

— Это комната для фотографии, мисс Лейси, — улыбнулся лорд Лукас.

Дженни сжала руками столешницу.

— Ну откуда мне знать. Все только и думают, как выдать меня замуж за этого человека! Может быть, в замке есть черный алтарь. Вашего отца с его замашками вряд ли пустят в церковь!

Повисло молчание. Потом лорд Лукас поднял на неё синие глаза, засиявшие каким-то внутренним светом. Взгляд его был теплый, но жесткий. Дженни поежилась, не понимая, что он хочет от нее.

— Если вам станет легче, мисс Лейси, я могу пообещать, что вы никогда не станете женой моего отца.

Она вспыхнула. Картина, где она лежит на алтаре, а граф Вортон заносит над ней кинжал, рассыпалась от его слов.

— Вы можете обещать мне это? — голос Дженни стал заискивающеим.

Лорд Лукас смотрел на нее совершенно серьезно.

— Да. Я обещаю.

Дженнифер показалось,что с её плечь свалились все горы Уэльса.

— Я верю вам, — сказала она просто, — я верю вашему слову.

Замок показался Дженни притихшим, будто он затаился в страхе после грандиозного скандала. Она не знала, что произошло тут за то время, что её не было, но даже по тому звуку, с которым открывались кружевные ворота, она почувствовала изменения.

Леди Стентфорд слегла с болью в сердце. Как рассказала ей экономка, пришедшая узнать, не надо ли чего юной леди, когда Дженни вновь расположились в своих комнатах, пожилая дама в один миг почувствовала, что задыхается, и доктор Джонс приказал ей не покидать постели.

Дженнифер усмехнулась. Видимо лорд Лукас высказал тётке все, что думает о её методах лечения простуд, после чего той самой стало плохо.

— Леди Гортензия очень расстроена и постоянно ухаживает за бабушкой, — сказала миссис Конви, распахивая занавески в спальне, чтобы пустить свет в окна.

— Я представляю, как она переживает, — сказала Дженни.

— Лорд Лукас, скажу я вам, в последние дни совсем не в настроении, — продолжала миссис Конви, — он ужасно хмур и зол, и вся прислуга ходит на цыпочках. Поверьте мне, мисс Лейси, такое его настроение не к добру! Он даже не сходил к тетушке, не поинтересовался её самочувствем!

Неудивительно, — Дженни с трудом сдержала смешок.

— Это очень опечалило леди Гортензию. Я слышала, как она жаловалась миссис Хамфри, что лорд Лукас обижает ее, не хочет слушать, а когда она пришла поговорить, захлопнул дверь перед её носом! Вот ведь некрасиво вышло. Но милорд бывает не в духе, хотя даже это не оправдывает его поведения!

Дженни не могла осуждать лорда Лукаса, даже если бы хотела. Её предвзятое мнение о нем резко изменилось с тех пор, как он рассказал ей о своих увлечениях, ничем не похожих на черную магию, и пообещал, что поможет избежать брака с его отцом.

За столом во время обеда народу было мало. Пришли сэр Алекс и мистер Эриксен, молчаливые и какие-то напуганные, пришла миссис Хамфри со своей неизменной костяной брошью, пришла леди Гортензия, заплаканная и уставшая. Так же появился один из двух студентов-кузенов, что жили в замке, но которых Дженни видела так редко, будто они были призраками. Она никак не могла запомнить их имена, поэтому предпочитала держаться скромно и в стороне, когда они все же появлялись.

— Мистер Нилсон сегодня не в духе, — прошептала ей на ухо миссис Хамфри, — а знаете почему?

Мистер Нилсон и был этим студентом, догадалась Дженни. Высокий, молодой, наверно лет двадцати, со светлой шевелюрой, он действительно казался расстроенным.

— Не могу предположить, — сказала Дженни.

— Он только два дня как вернулся из Лондона, где встречался в том числе и с графом Вортоном. Так вот граф ему отказал!

— Отказал? — не поняла Дженни.

— Ох, — миссис Хамфри с трудом сдерживала желание поделиться новостями, — давайте после ужина я расскажу вам всю историю? Ведь сейчас так неудобно говорить о присутствующих.

Ужин прошёл в пустой болтовне, в которой не участвовали ни леди Гортензия, быстро ушедшая к себе под предлогом, что нужно проведать бабушку, ни пресловутый мистер Нилсон. Когда же мужчины покинули дам, миссис Хамфри подхватила Дженни под руку и утащила в небольшую гостиную, где любила сидеть одна в тишине.

— О, вы не представляете, что тут произошло, пока вас не было, дорогая! — воскликнула она, закрывая дверь, — мистер Нилсен встретился с его светлостью в Лондоне, чтобы просить руки леди Гортензии!

— Что? — Дженни подалась вперед.

Она даже подумать не могла, что девушка с лицом ребёнка способна вызывать какие-то чувства у кузенов, с которыми у неё были совершенно ровные отношения. Или Дженни казалось, что ровные. Да, леди Гортензия играла для них, иногда составляла партию в шахматы с одним из кузенов, но Дженнифер не замечала никогда ничего большего!

— А что сказал лорд Лукас? — спросила она.

— Он не стал слушать леди Гортензию. Закрыл дверь и предложил самостоятельно уладить дела с его отцом, а он пас, не будет даже пальцем шевелить ради нее!

— Но мне всегда казалось, что лорд Лукас хорошо к ней относится.

— Леди Стентфорд желает их брака, постоянно заставляет Гортензию быть внимательной к лорду Лукасу. Но леди Гортензия совсем не любит его.

Дженнифер окончательно запуталась. Она сжала голову руками, чувствуя одновременно, как тяжело сжалось сердце от мысли, что лорд Лукас готов жениться на леди Гортензии. Это была ужасная мысль, ужасная! И, хотя Дженни не могло быть до этого никакого дела, она не сдержала тихого стона.

— Я ничего не понимаю, — сказала она, — леди Гортензия не любит лорда Лукаса, а любит мистера Нилсона, который тоже любит ее. Но ее бабушка леди Стентфорд хочет, чтобы она вышла за лорда Лукаса. Так?

Миссис Хамфри кивнула. Её золотистые волосы отливали рыжиной в свете канделябра, и Дженни она показалась какой-то злой феей из страшной сказки.

— А лорд Лукас? Что думает он?

Миссис Хамфри вздохнула.

— Никто не знает, что думает лорд Лукас, — сказала она, — он не позволяет никому лезть в свои дела и умеет владеть лицом так, что никогда не угадаешь, весело ему или грустно.