Чтение онлайн

Переступив порог студии, Стас набрал номер, указанный на визитке Леонида. Когда тот взял трубку, Иваницкий сказал:

– Добрый день. Это Станислав Иваницкий. Вы были у меня. К сожалению, я уходил из дома и вы меня не застали.

– Да, мимо проезжал и зашел по пути. Я сам недавно из Европы. Вот, хочу пригласить тебя к себе на небольшое пати по случаю моего приезда. Там и поговорим. Есть о чем. Адрес на визитке, собираемся у меня завтра к шести. Приходи. Извини, сейчас занят.

Попрощавшись с Леонидом, Стас положил трубку. Он подошел к стене и посмотрел по карте Нью-Йорка место, где по указанному адресу, произойдет пати или вечеринка. Район для людей с достатком. Стас уже начал в этом разбираться. Не зря есть крылатое выражение: «Нью-Йорк – город контрастов», впрочем, не он один в этом мире, но флагманство пока явно за ним.

Глава 41 Пять часов прорыва в будущее

Вопрос: в чем идти на вечеринку к Леониду, перед Иваницким не стоял. Пошел в чем всегда ходит. Постирал и погладил джинсы, а вот за рубашкой пришлось сходить в магазин и потратиться аж на 10 долларов. Но она оказалась настолько хороша, что парень не смог отказаться от покупки. Нежно-сиреневого цвета в ярко-оранжевую тонкую полоску, слегка приталенная по моде, рубашка сидела идеально на стройной фигуре парня. По такому случаю пришлось прикупить еще ремень Calvin Klein за 10 долларов. Ради пати Леонида Стас успел забежать в парикмахерскую и сделать стильную стрижку у мастера-латиноса, так же, как и он, плохо владевшего английским. Однако, это не помешало тому сделать свою работу на отлично. Выйдя из маленькой «цирюльни» с латино-американским персоналом от мастеров до уборщицы, Стас почувствовал на себе заинтересованные взгляды проходящих мимо девушек и женщин, в основном цветных, которые были в этом районе в подавляющем большинстве. Некоторые делали парню прямые намеки с восторженными возгласами: - Hello, Handsome!

Стасу было и невдомек, что это призыв, обращенный к нему: - Привет, Красавчик! – Он быстро свернул к ближайшей станции метро и скрылся в подземке.

В вагоне было душно и тесно. Проехав несколько остановок, до нужной ему станции, Стас вышел из метро и пошел по маршруту, заранее им составленному по карте Нью-Йорка.

В глаза бросалась очевидная разница: улицы здесь шире и чище, среди прохожих почти все - белые. Что особенно заметно по сравнению с районом, где проживает Стас, там огромное преобладание цветного населения. Природный блондин он в нем словно белая ворона.

Дом с консьержем и сверкающим зеркальным лифтом указывал на то, что здесь не живут бедняки, экономящие каждый цент, подобно Иваницкому. Квартиры в таких домах весьма недешевы. Это уровень добротного среднего класса, людей состоявшихся, с хорошей кредитной историей и стабильными доходами.

На просторной лестничной площадке всего две квартиры на весь этаж. У оконного проема стоит вазон с пальмой. Стас нажал кнопку звонка. Через минуту дверь открыла молоденькая темнокожая девушка в наколке на черных вьющихся колечками волосах и в синем платье с белым фартуком. Она с любопытством смотрела на Иваницкого своими огромными угольно-черными глазами. Нетрудно было догадаться, что это прислуга. Поздоровавшись, Стас прошел в прихожую, где на стене висели большие круглые часы, показывавшие, 18:03. В квартире тишина и, казалось, кроме прислуги в ней никого нет. Иваницкий засомневался, уж не ошибся ли он адресом, однако, вспомнил: консьержка внизу первым делом спросила к кому он пришел и пропустила его к лифту только после того, как он назвал фамилию Леонида.

В это время перед Стасом возник сам хозяин; в халате, босой и заспанный. Он удивленно посмотрел на Иваницкого, будто-то увидел перед собой Христа, вернувшегося на Землю, или, по крайней мере, представителя налоговой службы, что гораздо более реалистично.

– Дружище, ты чего так рано?

– Так вы сами велели к шести приходить, - растерялся Стас.

– Черт, это я напутал с разницей во времени! – спохватился Леонид. – Прости, виноват. Так тяжело переношу акклиматизацию после Европы. Все придут не раньше одиннадцати. Забыл предупредить, – это ночная вечеринка. Гуляем всю ночь.

Стас посмотрел еще раз на часы, ему предстояло решить, что он будет делать оставшиеся пять часов времени. Вдруг вспомнил, что проходил мимо кинотеатра непрерывного показа ретро-фильмов. Это был выход из сложившейся неловкой ситуации.

– Вы спите. Я пойду, погуляю, может зайду в кино. Я приду к одиннадцати.

Он заторопился уйти, оставив сонного Леонида в прихожей. Девушка в наколке и фартуке открыла ему дверь и Стас покинул квартиру Когансона.

Выйдя на улицу, Иваницкий пошел в направлении, замеченного им по дороге, небольшого кинотеатра. Из раскрытых дверей кафе по соседству раздавалась музыка, так соответствующая весеннему уик-энду большого города. В голове Стаса заиграла мелодия, он достал из кармана небольшой блокнот и ручку, чтобы успеть записать ноты, а ноги повели сами-собой в кафе. Кругом люди, много танцующих пар, но Стас не замечал никого и ничего вокруг. Он творил, сидя за столиком кафе.

Подошла официантка, он сделал недорогой, комплексный заказ, заодно попросив у нее бумагу: любую, какая есть. Женщина посмотрела на странного парня, однако вместе с заказом, состоящим из овощного салата, яичницы с беконом и кофе с маковой булочкой, принесла какую-то толстую амбарную книгу, возможно, провалявшуюся где-то на складе или в подсобке много лет. Она была затертая, с не очень чистой обложкой, но главное, в ней было много неисписанных листов. За пять часов, которые музыкант совсем не заметил, Иваницкий заполнил нотами всю амбарную книгу и лишь когда она закончилась, он вдруг вспомнил, что приглашен к Иогансону на вечеринку. Часы в кафе показывали 23:25, а это означало, что веселье началось и пора возвращаться к Леониду. Радовало одно – он все успел. Остались мелкие штрихи и доработки, но главное сделано. Это будет новый мюзикл, рожденный им на американской земле.

Глава 42 Талант и дело

На этот раз, стоило Стасу едва переступить порог квартиры Леонида, которого все присутствующие называли на американский манер Ленни, как он буквально попал в эпицентр событий: перед ним замелькал калейдоскоп из множества людей, всех он видел впервые, за исключением одной молодой женщины, лет около тридцати; ее лицо показалось Иваницкому знакомым. Не смотря на природную рассеянность, Стас вспомнил, что встречал ее в офисе фирмы, заключившей с ним контракт. Она прошла мимо, едва взглянув на новичка, но одного этого взгляда было достаточно, чтобы Иваницкий запомнил ее.

Леонид, или Ленни подвел Стаса к этой особе и на русском представил его:

– Рекомендую: талантливый музыкант, композитор из России и, не побоюсь признаться, мой протеже Стас Иваницкий, а это заведующая отделом издательства «The magic of music» Лиз Блейк.

Женщина вяло протянула руку Иваницкому. На ее довольно красивом лице читалась скука, как если бы ей представили какой-то неодушевленный экспонат. Впрочем, подобное выражение лица было для мисс Блейк обычным. За этой «ширмой» скрывалось высокомерие или снобизм от осознания себя крутой личностью, с которой все стремятся познакомиться, установить связи с целью что-то предложить спродюссировать, вложиться в свой проект с привлечением отца Лиз – главы «The magic of music» мистера Мэтью Блейка, корифея-миллионера в сфере шоу бизнеса. Его единственная дочь и наследница Лиз возглавляет ответственный пост в фирме отца; через нее проходят все сделки и добиться ее расположения, означает, что пол дела уже сделано.

Заметив в руках Стаса, что-то завернутое в серую оберточную бумагу, Леонид поинтересовался:

– Что это? Уж, не конфеты ли?

– Да, так… время коротал. Набросал кое-что в кафе.

– Дай посмотреть, – и не дожидаясь разрешения от Стаса, Леонид взял из его рук завернутую в бумагу амбарную книгу с нотами нового мюзикла. Сняв упаковку, начал просматривать, перелистывая страницы. У Леонида Когансона было прекрасное музыкальное образование, чтобы сразу понять и оценить написанное Иваницким. У него вырвалось:

– Да, ты, приятель – талант!

Его слова долетели до стоящей неподалеку Лиз Блейк. Она отошла с кем-то из гостей в сторонку, однако не выпускала из поля зрения Когансона с Иваницким. Любопытство девушки побороло ее высокомерие. Она сделала едва уловимый и известный одному Когансону знак – подойти к ней. Леонид воспользовался приглашением и оказался рядом с Лиз.

Этот жест говорил об особых отношениях Когансона с наследницей «The magic of music». Что было известно лишь девушке в фартуке и наколке на черных волосах. Только она знала об альковных делах хозяина и мисс Лиз. Не смотря на хорошие стены, до прислуги долетали все эти охи-вздохи из спальни и совместные купания мистера Когансона с мисс Блейк в его роскошной ванной. От прислуги не утаить и использованные презервативы, и распитые бутылки с шампанским и виски на полу из итальянского расписного кафеля рядом с огромной ванной с гидромассажем. Но ей щедро платят и она будет молчать. А теперь и всем присутствующим стало окончательно ясно, что перед ними пара, связанная не просто деловыми отношениями, а чем-то гораздо большим. Что, по большому счету, было весьма на руку Ленни: ставки умного и расчетливого бизнесмена Когансона-младшего мгновенно взлетели.