Чтение онлайн

Магия была ядом для Старлинга. И для стрижа.

— Судя по тому, что я читал, это произошло не сразу. Какое-то время царил мир. — Каждое слово он произносил сквозь стиснутые зубы, как будто проверял пределы своей связи.

— Об этом есть книги?

— Больше нет, — пробормотал он.

Востеры уничтожили те книги? Или люди, которые поклонялись Демону?

— Ладно. — Я потерла виски. — Значит, магия просочилась из их сфер. И, распространяясь, подобно дереву, пускающему корни, она прокляла землю и прогнала Старлингов.

В Нелфинекс.

— Когда? Это, должно быть, было бесчисленное количество лет назад. Задолго до миграций или Востеров. Это было…

Начало. Происхождение.

История о том, как Старлинги попали в Нелфинекс. Начало династии моей семьи в Кенне.

Много лет назад.

Божество. Хорошо, что я сидела.

— Если Шестеро были побеждены, то почему их теперь почитают как богов? — Почему Соннет поменял ролями добро и зло?

— То, что они были мертвы, не означает, что Шестеро были забыты. Без света, уравновешивающего тьму, мы становимся детьми ночи.

Должно быть, со временем нюансы этой истории приобрели новую форму. Правда была забыта. Ею манипулировали. Если мои предки стали монстрами, попавшими в ловушку в виде зверей, было бы логично, что люди отвернулись бы от них.

— Поэтому, чтобы спасти себя и народ Каландры, они уплыли. Они покинули эти берега.

И маги были замучены, пока их не стали называть богами.

В некотором смысле, это означало, что мифы были правдой.

Шестеро создали монстров.

Бэарвульфы. Фенеки. Каверины. Аллигаски. Гриззуры. Таркины.

Но не стрижи.

Их мои предки нашли в Нелфинексе. И сотни лет назад, доставив Хейна и его братьев на эту землю, один из них вернулся домой только для того, чтобы оставить след, по которому другие могли бы мигрировать.

— Почему Старлинги не уничтожили сферы, если они боялись, что магия все еще жива?

— Этого я не знаю, — сказал Хейн.

Может быть, они просто не знали, как это сделать.

— Если сферы будут уничтожены, пропадет ли магия?

Спасу ли я Зендру?

Хейн не ответил — не мог ответить. Он просто уставился на меня.

Этого было достаточно для подтверждения.

Все это время я читала книги, искала подсказки, задавалась вопросом об истории Каландры. И все это время это было связано с моей собственной историей.

Мое сердце бешено колотилось. Появилась надежда. Милостью Божества.

Сможем ли мы избавиться от магии? Если начнется миграция, а проклятие исчезнет, тогда все на этом континенте увидят стрижей такими, какие они есть.

Я выпрямилась.

— Где находятся сферы?

Он покачал головой.

Мой разум начал кружиться так быстро, что я не могла уследить за ходом мыслей. Если мы не сможем найти их, то не сможем спасти Зендру. Не вылечим Каландру.

— Если Старлинги выбрали место, может ли Старлинг их найти?

— Это возможно.

— И именно поэтому вы здесь, не так ли? Потому что я единственный Старлинг на Каландре. Вы искали их. Вы пытались их найти. И не смогли. — Есть еще Зендра, но от нее было мало толку. — Предположим, что я нашла сферы и способ уничтожить их. Это в корне изменит Каландру, не так ли? У Востеров больше не будет магии. Зачем вам это?

Хейн посмотрел на свои руки и пустые ладони.

— Я не могу вспомнить лица своих дочерей. Я забыл, каково это — любить. Горевать. Жить. Свет и тьма. Добро и зло. Мой народ по ту сторону Мариксмора страдает, да?

— Да.

— Мы достаточно долго игнорировали это. Мы позволили тирании победить, сбежав с Кенна. — Его глаза остекленели. — Тебе о многом нужно подумать, Старлинг. Найдутся те, кто выступит против тебя.

— Ваши братья?

— Среди прочих. Многие короли привыкли полагаться на наши клятвы на крови и договоры. И да, мои братья не откажутся от своей власти добровольно.

— Даже если это положит конец массовым миграциям?

— Они не заботятся о жизнях своих людей. Зачем им отказываться от магии ради них?

Это было причиной его скрытности. Поэтому он настаивал на том, чтобы я никогда больше не пыталась связаться с ним. Чтобы скрыть правду о себе. Востеры скорее увидят меня мертвой, чем позволят мне уничтожить источник их силы.

— Брат Нолд. — По моим венам пробежал холодок ужаса. — Он знает, что я Старлинг. Он…

— Не угроза. Но не доверяй никому другому.

Раздражение пробежало по моим предплечьям. Это был скорее ожог, чем обычное покалывание от его магии, но я все равно потерла их.

— Моя магия возвращается, — голос его звучал разочарованно. — Мне пора.

— Мы еще увидимся?

Он едва держался на ногах, а когда поднялся, пошатнулся и чуть не упал, когда, шаркая ногами, пошел открывать дверь.

— Позвольте мне помочь вам. — Я встала и обошла стол, но, когда потянулась к нему, он отмахнулся от меня.

— Сейчас мне никто не поможет, дитя. Это задание твое.

— С вами все будет в порядке? Вернется ли к вам магия?

— Милостью Божества я исполню свое предназначение. — Он схватился за живот, морщась от невидимой боли. Через мгновение она прошла, и он выпрямился. — Прощай, Старлинг.

— Я… — В моем горле образовался комок. Я прижала кончики пальцев ко лбу, молча клянясь, что его жертва не будет напрасна. — Прощайте, Хейн.

Он долго смотрел на меня, за его взглядом было трудно уследить, но, казалось, он остановился на моих волосах. Затем он поспешил прочь неуверенными шагами, почти спотыкаясь о свои одежды, пока не скрылся за углом и не пропал из виду.

В карреле воцарилась тишина.

Когда я вышла в коридор и посмотрела в окно, ветра уже не было.

Пятьдесят один

Одесса

Клубы пара окутали ванную комнату, когда я проскользнула в дверь. Мой нос наполнился ароматами лаванды, мяты и эвкалипта, сочетанием чистоты и свежести.

Руки Рэнсома лежали на краю ванны, голова склонилась набок, пока он отмокал.

Он крепко спал.

Его борода и волосы были влажными, кончики щекотали плечи. Капля воды скатилась с его груди и с громким «плюх» упала в ванну.