Чтение онлайн

Я подняла рюкзак и закинула лямки за плечи. Он был таким же тяжелым, как и мое сердце.

Был шанс, что я ошибаюсь, и это путешествие окажется ошибкой. А даже если я была права, если это был мой зов к ритуалу, был шанс, что у меня не хватит сил для перевоплощения.

Не каждый Безмятежный переживал свое первое перевоплощение. Ритуал был столь же опасен и смертоносен, сколь и действенен.

Не потому ли моя мать ушла из Нелфинекса? Может быть, после рождения трех дочерей ритуал призвал ее, и эта перемена повлияла на ее жизнь. Я всегда обижалась на тетю Олиану за то, что она не рассказывала о моей матери.

Секреты в нашей семье станут нашей погибелью.

Мой пульс участился, когда что-то потянуло меня к окнам, словно веревка, привязанная к моей груди, тянула меня прочь от Нелфинекса. Пульсация прошла по моему телу, распространяясь от сердца к рукам и ногам. Это было похоже на аккорд, наигрываемый на гитаре, ноты звучали в идеальной гармонии.

За спящим городом океан простирался до самого залитого лунным светом неба. Волны сверкали в свете звезд. Каждый раз, когда я смотрела в сторону того неизвестного места на горизонте, я чувствовала эту пульсацию.

Пора было уходить.

Прежде чем у меня сдали нервы, я пересекла комнату и открыла дверь, задержавшись на пороге, чтобы в последний раз оглянуться через плечо.

— Прощай, — прошептала я, надеясь, что мое прощание задержится достаточно надолго, чтобы Зендра услышала его утром.

Когда она придет будить меня, дважды хлопнув в ладоши, ей хватит одного взгляда на прибранную комнату, чтобы сразу понять, что что-то не так. К тому времени я буду уже за много миль отсюда плыть навстречу рассвету.

Божество, укажи мне путь. Я закрыла дверь и бесшумно направилась к ближайшей лестнице.

Корабль, который я наняла, обошелся мне в целое состояние, я отдала почти все свои браслеты из элфалтера, но это было быстро, и, что более важно, капитан, печально известный пират, не задавал вопросов.

Был шанс, что тетя Олиана пролетит над Мариксмором и заберет меня. В Нелфинексе не было судна, которое сможет сравниться с ней по скорости, когда она перевоплощается в Старлинга. Но я надеялась, что, когда она прочтет мое письмо, когда поймет, что это не просто жажда мести, она позволит мне отправиться в это путешествие ради моего ритуала.

Мои ботинки зашуршали по каменным ступеням, когда я поспешила на главный уровень. Добравшись до вестибюля дворца, я накинула капюшон своего темно-коричневого плаща, скрывая волосы от посторонних глаз.

Когда я стану Старлингом, я смогу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится. Любимым временем для полетов Саскии было время восхода луны. Как и у Олианы. Но, я была Безмятежной принцессой, и для нас действовал строгий комендантский час.

Чтобы покинуть дворец, я должна была находиться в сопровождении роты охранников. Не имело значения, что я могла превзойти любого из них в бою. Пока я не научусь принимать облик, пока не придет время, когда я смогу перевоплощаться в любого животного, чтобы защититься от угрозы, я буду под защитой «Королевских клинков».

Я осторожно ступала на цыпочках и низко надвинула капюшон.

Из коридора впереди донеслись звуки шагов и мужских голосов.

Я метнулась к ближайшей стене и спряталась в нише как раз в тот момент, когда двое охранников завернули за угол и вошли в вестибюль.

Оба мужчины были одеты в форму цвета экрю и вооружены мечами, ножами и кинжалами. «Королевские клинки» были названы так, не просто так.

Я затаила дыхание, ожидая, пока они пройдут мимо, так и не заметив моего присутствия. Когда их неуклюжие фигуры завернули за угол, я оторвалась со стены и поспешила в коридор, ведущий в сады.

Как только я оказалась за дверью, прохладный ветерок коснулся моего лица. Непреодолимое желание расплакаться обожгло мне нос.

Ни разу в жизни я не проводила луну за пределами этого дворца. Какая-то часть меня сомневалась, что мне удастся зайти так далеко. Еще меньшая часть надеялась, что меня поймают. Что я пропущу корабль, ожидающий меня в доках.

Я проглотила комок в горле, затем быстро пересекла выложенные камнем дорожки сада, лавируя между яркими цветами и вдыхая их благоухающий аромат, и направилась к ближайшим железным воротам. Когда они показались в поле зрения, я сделала глубокий вдох и расправила плечи, откидывая капюшон с волос.

Стражники в садах не были «Королевскими клинками». Только лучшим воинам разрешалось входить в дворцовые залы.

Мужчины и женщины, стоявшие снаружи, были просто часовыми, которым в первую очередь было поручено не впускать внутрь людей. И в отличие от Клинков, которые тренировались с Куэсентсами каждое утро, часовые не знали мое лицо. Я рассчитывала, что в темноте они примут меня за Саскию.

Десять колец на моих пальцах должны были помочь.

Только Старлинг носила кольца из элфалтера, символ статуса и способностей. Они были широкими, охватывали нижнюю половину каждого пальца. Кольца на моих руках принадлежали Эмери. Я украла их из комнаты тети Олианы, когда ходила навестить Грасиэллу, чтобы оставить Хопа на ее попечение и обнять на прощание.

Когда моя сестра уезжала из Шоу с Максом, она оставила свои кольца. И Грасиэллу.

Вероятно, это было задумано как пощечина нашей тете после их ужасной ссоры из-за Макса. Поскольку у Олианы не было дочерей, престол должна была унаследовать Эмери. Моя тетя запретила Эмери выходить замуж за бисанца и выдвинула ультиматум.

Оставить Макса или забыть о том, чтобы стать королевой.

На следующее утро Эмери исчезла. Она оставила свои кольца — подарки от Олианы по завершении ритуала — на прикроватном столике Грасиэллы.

Я не виню Эмери за то, что она выбрала мужчину, которого любила. Но оставить свою дочь? Этого я не понимала.

Наша мать бросила нас. Эмери знала, каково это. Как она могла так поступить со своим собственным ребенком?

Несмотря на ее ссоры с Олианой, Эмери любила Грасиэллу. Я должна была верить, что моя сестра не уехала бы, если бы не планировала вернуться. Возможно, Эмери направлялась домой, когда ее убил среброглазый мужчина.

Я намеревалась это выяснить.

Мне казалось неправильным носить ее кольца, но, по крайней мере, они давали мне свободу.

Я ускорила шаг, чтобы стук моих сапог был слышен часовому. Затем, подняв подбородок, я протянула руку, чтобы кольца блеснули в лунном свете.

— Старлинг. — Мужчина поклонился, опустив глаза.

— Ворота, сэр. — Только милостью Божества мой голос звучал ровно.

Он поднял рычаг, который закрывал ворота, и, еще раз поклонившись, толкнул железные прутья. Петли заскрипели, когда ворота распахнулись.

Если он и удивился, почему я вышла через ворота, а не перелетела через стену, то не стал спрашивать.