Чтение онлайн

— Я часто встречаюсь с таркинами. — Он бросил настороженный взгляд на переноску, перекинутую через мое тело.

Я перевернула ее на другой бок.

— На вас когда-нибудь нападали?

Уэллс перегнулся через край своего сиденья и постучал по ящику, закрепленному под ним.

— Она не спросила меня, что в этом ящике.

— Оружие? — спросила я.

— Поросята. Их трое. Как только я увижу таркина, я выпущу их на волю. Они легкая добыча и производят достаточно шума, чтобы монстры забыли о худом старике.

Если только у монстра не будет Лиссы. Тогда я сомневалась, что какого-либо количества поросят будет достаточно, чтобы отвлечь его внимание и утолить жажду крови.

Остаток утра мы ехали в уютной тишине, следуя по двухколейной дороге через широкие поля и холмы. Вскоре после того, как Эви проснулась, она услышала визг и обнаружила поросят. И когда день перешел в вечер, она снова была в седле впереди меня, пока дорога расширялась и сливалась с другими тропами.

Впереди нас появилась еще одна повозка, и две позади нас. Все они были торговцами, как и Уэллс, и везли товары на повозках.

Я надеялась, что большинство из них уже слышали новости о разведчике крукса и бегут в убежища из города.

Когда рядом оказались незнакомцы, Эви перестала задавать вопросы, и единственным звуком был стук копыт и хруст колес по грязи.

Чем ближе мы подъезжали к реке, тем выше и гуще становилась трава. Дорога все еще была грязной после вчерашнего дождя. Запах дыма донесся до нас незадолго до того, как мы достигли ряда коричневых брезентовых палаток. Они стояли вдоль дороги, на вытоптанной траве, и тянулись, насколько я могла видеть, образуя импровизированный город на берегу реки Харроу.

Никто не обращал на нас внимания, когда мы проезжали мимо, занятые своими делами. Люди сновали в свои палатки и выходили из них, ухаживали за лошадьми. Некоторые были заняты приготовлением пищи у окруженных кольцом кострищ.

Это напомнило мне о первом лагере, который я увидела, разбитом на равнинах Туры вскоре после того, как я переправилась через Крисент в свое новое королевство. Это был лагерь, где Рэнсом впервые начал обучать меня бою, и все потому, что я потребовала меч.

Этот лагерь был целую вечность назад. До того, как я влюбилась в Туру. До того, как я узнала истинную личность Стража. До того, как я влюбилась в Рэнсома.

Мое сердце сжалось, и я погладила шрам на ладони.

Раздался звон колокольчика, такой громкий, что Фэйз высунул голову из переноски.

— Что это? — окликнула я Уэллса.

Он натянул поводья своей лошади.

— Последняя переправа на сегодня. Поторопитесь.

Мы не отставали, пока он мчался, направляясь к берегу реки, где к крепкому столбу была привязана плоская деревянная лодка. Две толстые доски соединяли ее с берегом.

Уэллс порылся в карманах брюк и вытащил монету. Он передал ее переправщику и вкатил тележку на платформу лодки.

Я направила Фрею, чтобы та последовала за ним, но перевозчик — широкоплечий, неуклюжий мужчина в кожаном плаще — преградил мне дорогу, подняв обе руки.

— Это будет два деррика. По одному за каждого из вас.

Мой желудок сжался.

— У меня нет денег.

Мужчина скрестил руки на груди.

— Тогда уходите.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Нам нужно переправиться.

Река протекала от одного берега Озарта до другого. Обойти ее было невозможно.

Его взгляд скользнул поверх моего плеча к рукояти моего меча.

— Я приму в оплату его.

— Нет. — Ни за что на свете я не откажусь от своего единственного оружия и подарка Рэнсома. Кроме того, он стоил гораздо больше, чем два деррика.

— Как хотите. — Он пожал плечами. — Отойдите.

— Вот. — Уэллс достал из кармана еще две монеты. — Дайте им переправиться.

Переправщик подошел и взял их у Уэллса. Он прикусил уголок, чтобы убедиться, что они настоящие, а затем махнул нам рукой, приглашая на переправу.

— Спасибо, Уэллс. — Я соскочила с Фреи и помогла Эви вылезти из седла, пока переправщик отвязывал лодку. — Я отплачу вам.

— Оставьте этот меч при себе. И сделайте так, чтобы девочка осталась в живых. Это будет достаточной платой. — Старик подошел к краю лодки, сел на доски пола, снял сапоги и закатал штаны.

Когда переправщик втащил доски и оттолкнулся от берега, Уэллс опустил ноги в реку.

Русло было таким широким, что я едва могла разглядеть другой берег в сгущающихся сумерках. Но вода была спокойной и плескалась о борта лодки.

Мы поплыли вниз по течению, пока лодку не подхватило течение. Затем переправщик начал направлять нас большим веслом с кормы.

— Как он переберется обратно вверх по течению на другой берег? — спросила я Уэллса.

— Переправщики работают в обе стороны. Завтра он подберет других и переправится обратно. Обычно они делают около десяти посадок. Затем разбирают лодку, грузят ее в фургоны и возвращаются на вершину. Это самая дальняя пристань от Скеншона.

— Есть ли лодки, которые ходят прямо до Скеншона?

— Да. Но стоят они недешево. И на этой реке слишком много мужчин, которые позволили бы вам оставить этот меч, чтобы получить плату другими способами, если вы понимаете, что я имею в виду.

— Да. — В этом путешествии мне приходилось опасаться не только монстров. Мужчины могут быть не менее жестокими.

— Не задерживайтесь надолго в лагерях, — тихо сказал Уэллс. — Когда мы доберемся туда, каким бы путем ни пошел переправщик, вы должны пойти в противоположную сторону.

— Поняла. — Я оглянулась через плечо и увидела, что переправщик смотрит на меня выжидающе.

Этот голодный взгляд заставил меня вздрогнуть. Я притянула Эви ближе, держа ее за талию, пока она водила пальцами по поверхности воды.

Уже почти стемнело, когда мы добрались до противоположного берега.

В бочках горели костры, освещая место высадки. Как и на другом берегу реки, на траве были коричневые бревна, у некоторых из них тоже горел костер.

— Пусть Дарья дарует вам удачу в вашем путешествии. — Уэллс кивнул мне на прощание, затем забрался в свою повозку и поехал через лагерь.

Переправщик все еще возился со своей лодкой, поэтому, пока он отвлекся, я посадила Эви в седло вместе с Фэйзом и повела их через палатки, не поднимая головы.