Чтение онлайн

Когда счет пройденных помещений, иногда огромных, иногда совсем небольших, пошел на шестой десяток, Рогер решил сделать передышку. Выпил немного питательного сиропа и смочил губы водой. Воду надо экономить. Вот будет обидно, если придется вернуться назад - он в пути уже больше половины суток. Рогер вывел в голографическое окно Системы показания датчика внешнего давления, ожидая увидеть, как и в начале пути, твердый ноль - он судил о давлении по ватной тишине в ушах и по красному индикатору отказа открыть гермошлем. И к удивлению своему увидел, что давление-то вовсе и не ноль! Одна десятая стандартного! Он прокрутил запись назад - в последнем десятке пузырей давление медленно, но верно росло! Блаженная улыбка невольно расплылась по лицу - он был прав. Цель близка.

Еще через сутки блужданий давление выросло до ноль пяти. За это время Рогер успел сделать еще два привала и один раз устроить перерыв на короткий сон. Его мучила жажда и пустой желудок - воду он на всякий случай экономил, а питательный сироп, хоть и давал силы и необходимые компоненты пищи, но быстро растворялся в желудке без остатка и, самое обидное, без ощущения сытости.

Терпение его кончилось, когда в очередном пузыре, переоборудованным древними строителями для своих нужд, он обнаружил давление в половину стандартного. Половина стандартного атмосферного давления - это соответствует высоте километров в пять, пять с половиной. В принципе, дышать можно. Гермокостюм давно сделал анализ окружающего воздуха - азот и кислород, то, что нужно для дыхания. Давление только маловато. Но индикатор отказа гермошлема уже не красный, а оранжевый.

Рогер откинул шлем. Ничего страшного не произошло, только заложило уши, и появился легкий звон в голове. Рогер вздохнул раз, другой. Нормально. Какое-то время тут можно быть без гермошлема. Скорее воды из контейнера!

Наевшись и, главное, напившись вволю, Рогер закрыл шлем, отдышался, и двинулся дальше. До помещений с нормальным давлением еще не меньше суток. Но теперь идти веселее...

Помещения в зоне допустимого давления выглядели совсем по-другому. Сначала они объединялись в большие кластеры, обычно на одном уровне, так, что между комнатами не было шлюзов. Часть помещений были перегорожены стенками из металлических листов или отлитыми из чего-то, напоминающего цемент. Двери в эти закутки обычно были заперты, причем часто на механические замки, открыть которые Рогер никак не мог. Некоторые двери были не заперты, но заглянув внутрь, Рогер не увидел ничего интересного. По стенам местами змеились электрические кабели - новый элемент интерьера. В результате, в некоторых помещениях появилось освещение. Тусклые плафоны с неизвестными по принципу действия, но явно электрическими, светильниками внутри размещались на потолках. Обилием машин и механизмов комнаты с давлением ноль семьдесят пять похвастать не могли. Хотя было видно, что когда-то этого добра здесь было полно - на полах и стенах виднелись следы установки различных приборов и устройств, впоследствии снятых.

Еще десятком ярусов ниже появились тоннели. Часто они не имели сплошных стен - просто в стенах вулканических пузырей были проделаны одинаковые отверстия, образовывающие прямые проходы насквозь насколько хватало глаз. Вдоль многих тоннелей по полу проходили рельсовые пути и змеились кабели. Скорость спуска с яруса на ярус - а помещения здесь уже были разделены на явно выраженные ярусы - замедлилась. Рогер изменил стратегию - теперь он искал не шлюзы, а лестницы, ведущие вниз. Обычно они располагались за металлическими дверями со стеклянными иллюминаторами в стороне от тоннелей.

Обнаружив очередную такую дверцу, Рогер привычно прошел через неё и замер. Лестницы тут не было. В просторной комнате располагалось какое-то управляющее оборудование. Рогер увидел невысокие пульты и шкафы с электрооборудованием. На одном из пультов светилось какое-то устройство. Рогер подошел ближе - что это? И вдруг догадался. Да это же... электронно-лучевая... труба! "Трубка" - подсказала Система "Иглы". Экран древнего устройства почти полностью выцвел, но все равно на изображении можно было разобрать какую-то таблицу, тусклые пиктограммы и цифры. Рогер дотронулся до экрана пальцем, и тут же отдернул его. Вдруг экран сенсорный. Но нет. Экран не отозвался на прикосновение. Видимо, управлять здесь надо было, нажимая пластиковые кнопки, расположенные на панели рядом. Кнопки были большие и прозрачные, некоторые были подсвечены изнутри.

Рогер полюбовался на раритетный интерьер, и так и не нажав ни одной кнопки, отправился искать следующую лестницу.

Еще день он потратил на десяток следующих ярусов. Сразу понять, что здесь находилось, он не мог. Сначала он попал в высокие и длинные помещения, в которых свободными были только несколько центральных проходов. Остальные части были застроены многоэтажными отгородками, выполненными из металлических листов и железобетонных блоков. В первом таком помещении, а вернее сказать, огромной пещере, сложенной из десятков рядом лежащих в одном ярусе пузырей, расчищенных и отформированных по какому-то общему плану, он задержался надолго.

Он медленно шел по центральному проходу огромной полости внутри коры планеты и видел по обе стороны от себя возвышающиеся на десятки метров многоэтажные комплексы тесных прямоугольных помещений, соединяемых с полом пузыря множеством узких лестниц, галерей и переходов. В некоторых местах над "улицей", по которой он шел, были переброшены металлические ажурные мостики, связывающие вместе обе стороны "улицы" на высоте третьего - четвертого этажа. И только тогда, когда он увидел один такой мостик, обломившийся с одной стороны и фермами своими перегородивший дорогу, он обратил внимание, что вся эта "улица" находится в заброшенном и покинутом состоянии. Действительно, многие двери в каморки были открыты, или просто выломаны, часть лестниц обвалилась. На галереях валялись в беспорядке какие-то ставшие не нужными бывшим жителям вещи - Рогер уже понял, что это были некие жилые кварталы, которые он так стремился найти.

С повышением давления воздуха появилась и пыль. Здесь она толстым слоем покрывала заброшенные жилища, тротуары, лестницы и галереи. Места эти были покинуты уже давно. И, похоже, с тех пор никто здесь не появлялся.

Когда кончились покинутые жилые ярусы и начались покинутые промышленные, Рогер решил остановиться. Похоже, он все ближе и ближе подбирался к по-настоящему населенным областям девятого спутника. Значит, встреча с его обитателями становилась все более вероятной. Принцип сохранения инкогнито требовал скрыть от местных обитателей все признаки высоких технологий, которыми Рогер в настоящий момент обладал. Короче говоря, надо было где-то спрятать гермокостюм и заплечный контейнер. В чем же он останется? Под гермокостюмом на Рогере было надето простое трико из гигроскопичных волокон. Но это было и всё. Припасы из контейнера не пропадут. Но можно ли в здешних краях ходить просто в гигроскопичном трико? Поразмыслив некоторое время, он решил, что лучше остаться в трико, чем в навороченном высокотехнологичном гермокостюме, объяснять появление которого будет очень и очень трудно.

Он опять поднялся на самый нижний заброшенный жилой ярус, решив, что в этих нагромождениях развалин можно спрятать что угодно. Отсоединив излучатель от костюма, Рогер сунул его в карман трико, а сам гермокостюм и контейнер просто положил в одном из заброшенных столетия назад тесных жилищ.

3. Бродяга

Люди должны быть где-то рядом! Пройдены ярусы с заброшенной технологией - заводы, мастерские, станки с электроприводом, тяжелые металлические пульты управления с выбитыми лампочками и пустыми экранами, огромные цеха с мостовыми кранами и рельсовыми путями. Пустые газопроводы, шинопроводы, валопроводы... Здесь сотни лет назад кипела жизнь, шла работа. Сейчас все пусто и заброшено.

Рогер обнаружил, что из многих заброшенных цехов и складов рельсовые пути по пологим пандусам ведут прямо вниз, минуя лестницы. Раньше здесь, видимо, нельзя было ходить пешком, но сейчас, когда движение транспорта замерло на века, рельсовые пути оказались хорошей дорогой, ведущей к жизни и цивилизации.

Сутки спустя - сколько их прошло уже, этих суток - Рогер оказался в довольно узком тоннеле, идущем почти горизонтально на глубине ярусов семь от заброшенных заводов. Здесь царила тишина, тусклый свет редких светильников и умеренное количество пыли. Возможно, причиной тому была худо-бедно работающая вентиляция - ток воздуха ощущался вполне уверенно. Он брел по шпалам рельсового пути, безуспешно пытаясь уравнять ширину своего шага с расстоянием между этими самыми шпалами. И, как миллионам своих предшественников, ему это никак не удавалось.

Вот он достиг очередного соединения двух тоннелей. В этом месте обычная уже для этих ярусов сплошная бетонная оболочка тоннеля исчезает, и пути, идущие с разных направлений, соединяются вместе в огромном пространстве очередного пузыря. Рогер настолько уже проникся принципами проектирования местных пространств, что просто заранее предвидел, что ему сейчас встретится. И верно, огромный зал естественного происхождения, рельсы сходятся в один путь. Механические стрелки, переводящие вагоны с одного пути на другой. Змеящиеся провода по стенам. Высоко парящие светильники, посылающие свои лучи вниз через пыльный воздух.