Чтение онлайн

Возле меня стояла Айгуль с подносом в руках.

— Конечно.

— Я никого из знакомых не увидела, а есть в одиночку не хочется.

— Все, наверное, ушли в город, остались только… — тут я замялся.

— Нищеброды? — улыбнулась девушка.

— Можно и так сказать.

Она взялась за ложку.

— А вы с тем парнем, что хотел быть старостой, соседи?

— Ну, да.

— Будешь за него голосовать?

— А у меня есть выбор?

Она вздохнула.

— Знаешь, он во всем прав, когда говорил об обязанностях старосты, ответственности и прочем.

— Только слишком долго и заумно, — усмехнулся я.

— Это неважно, но мне кажется, что на посту старосты у него возникнут трудности. Он слишком, импульсивен.

— Импульсивен? — я засмеялся. — Да он сама непоколебимость! Видела бы ты, с каким спокойствием он навалял Карпяну! Нууу, это тебе будет неинтересно.

— Карпяну? Это, из-за которого ты в обморок упал?

Да копать же, колотить! У них тут других тем для обсуждения нет?

— Я упал не из-за него!

— Ой, ну, извини. Но было похоже на это. Он только подошел к тебе, посмотрел, а ты, брык, сложил лапки.

— Хватит!

— Извини, извини. Больше не буду об этом говорить.

Мы еще немного поболтали и отправились на занятия. Как ни странно, остальные предметы прошли спокойно. Математика, общая физика и один предмет оказался гуманитарным — русский язык.

Первый день прошел не просто. С другой стороны, я хоть немного адаптировался здесь. И главное, мой уровень Мощи в этом мире, оказался вовсе не таким низким, как я думал изначально. И это радовало.

Учиться оказалось не сложно. Во всяком случае, первую неделю. Уж не знаю, то ли местный Мишка Шелестов прокачал свой мозг и насоздавал в нем кучу нейронных связей, то ли мои два образования, полученных от нечего делать, помогли. А может быть, нас еще и не грузили по полной. Но дела шли неплохо. Нет, я не стал лучшим учеником в группе, но держался где-то в серединке.

Вот только я подвел Кира. Ну как подвел, я сам до конца не уверен, насколько тут я виноват. Дело было на второй день учебы. Первым предметом, как и говорил директор Савельев, стоял ООУСМД.

Перед занятиями, Кир куда-то пропал. Пара вот-вот должна была начаться, а его не было. Я даже забеспокоился. Дозвониться не вышло. Но вскоре Кир появился. За минуту до того, как в аудиторию вошел директор. Мой сосед уселся рядом со мной, с видом мрачнее тучи.

Первое, что спросил директор:

— Вы выбрали старосту?

Молчание. Все забыли, и с чистой совестью, забили на выборы.

— Отлично! — хлопнул в ладоши Петр Сергеевич. — Значит, я сделаю это сам. Но все же спрошу, кто желает занять пост?

Поднялась Айгуль. Кир, ко всеобщему удивлению, остался сидеть. А ведь, он вчера так распинался, объясняя, какими качествами должен обладать староста группы. Да и на должность претендовал.

— Халикова, — произнес директор, глядя на Айгуль. — Кто еще?

Никто не изьявил желания составить конкуренцию Айгуль. Директор немного подумал.

— Хорошо, Халикова будет старостой. Возражения есть?

Никто не возражал.

— Ты чего? — спросил я Кира на перемене. — Ты ведь хотел быть старостой?

— Меня вызывали в учительскую.

— Зачем?

— Вынесли предупреждение. Как я могу быть старостой, если у меня предупреждение!

Последнее слово он почти выкрикнул, а я аж отшатнулся.

— У тебя? Но за что?

— За драку в общежитии.

И тут я вспомнил. Ведь вчера за обедом, я обмолвился об этом Айгуль, а сегодня Кира вызвали в учительскую. Но с другой стороны, Айгуль не бросала на нас победные взгляды, да и вовсе не злорадствовала. Приняла свое назначение спокойно.

А насчет драки. Вполне возможно, что информация о ней, только сегодня дошла до руководства колледжа. Так-то, трудно не заметить, когда пять здоровых молодых лбов мутузят друг друга. Ну, ладно, я в основном смотрел. Вот, кто-нибудь и доложил. Да еще, кстати, сам Карпов грозился подать жалобу. Правильный пацан, наш. Но в любом случае, часть моей вины в том, что Кир пролетел с должностью, была.

— Извини, — сказал я, — мне жаль, что так вышло.

— Ай, ладно, — махнул рукой Кир. — Это же не ты пришел к Карпову, чтобы избить его.

Так, не шатко не валко, я дотянул до воскресенья. Само собой, больше всего меня выматывали занятия по физподготовке. Моя физическая слабость становилась предметом шуточек для парней и предметом, слабо скрываемого презрения, для девушек. Мой лучший результат по владению Мощью, группа молчаливо сочла за простое везение.

А еще, я каждое утро ходил на стадион. Теперь я не торчал на краю поля, как прошлый раз, а подходил к тренировочным мешкам. Нет, я не рвал их на лоскуты, а наоборот, пытался действовать Мощью с разной силой. Что в принципе получалось. Легко толкнуть, ударить, ударить с силой.

В пятницу я попробовал метнуть энергию, но ничего, кроме сведенной судорогой руки не вышло. Такой фокус пока рано проводить, если он вообще возможен. Я ведь из низшего сословия. Действовать Мощью на расстоянии — это уже уровень Опциона. Вон, как шутил, директор, когда я предположил, что после учебы можно достигнуть этого уровня. Может быть, действительно, в этом мире подобное невозможно?

В субботу вечером я выяснил, что местному Мишке ничего человеческое не чуждо. На смартфоне, в фотоальбоме «Сканны, копии 2» я обнаружил интересную коллекцию. Ну, чисто технически, их можно считать сканнами и копиями. Некоторые были очень даже ничего. Я увлекся просмотрам найденного «сокровища» и вовсе не ожидал, что над моим ухом кто-то возмущенно рявкнет:

— Онанизм приводит…

— Аааа! Ты чего подкрадываешься, Кир, офанарел совсем!

— Я только хотел сказать, что онанизм приводит к тяжелым последствиям, таким, например, как потеря зрения.

Я воззрился на его очки и выгнул бровь. Кир смутился:

— Кхм, существует такое поверье, но оно без сомнений ложное, так как не подтверждается ни одним научным фактом.

— Хорошо, что не подтверждается.

Я закрыл обнаженных девиц и, повернувшись к Киру, спросил:

— А что ты думаешь о девушках в группе?

— Мне некогда заниматься ерундой.

— А все же, вот Айгуль, например?

— Я не могу думать о старосте группы, как о женщине, это было бы неуважением к ней.

— Неуважением было бы, если бы о тебе так думали. А Машка вот, она и по росту тебе подходит.

Машкой, точнее Марией, звали высокую девушку. Она обладала тихим, едва слышимым голосом, и краснела при каждом случае, если слышала хоть что-то связанное с сексом.

— Не, она, не в моем вкусе.

Курчавая Танька тоже не нравилась Кириллу.