ЖАНРЫ

Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа
Шрифт:

Вскоре появился Сладов. Он держал в руках какую-то длиннющую трубу, оканчивающуюся почти полуметровым трехгранным острием. Общая длина конструкции, по моим прикидкам, метров пять. Ну, может четыре с половиной. С противоположной стороны от острия находилось утолщение, в форме хоккейной шайбы.

Он встал, уперев шайбу в землю. Острие смотрело в небо.

— Это пика, — сообщил он. — Ваше основное оружие в будущем. Именно она будет усиливать вашу Мощь.

Он задрал голову, глянул на острие.

— Для борьбы с Идолищами первого класса, существуют другие образцы, но для борьбы со вторым классом, пика — самое то. С третьим, конечно, труднее. Но если, применять ауксилариев массово, то получается вполне сносно.

При этих словах Сладов поднес руку к лицу, но тут же опустил ее. Он передал пику одному из парней:

— Попробуй подержать ее, наклонить, сделать выпад. Только не зашиби никого, потом передашь другому, и так все по очереди.

Парни «орудовали» пикой уверенно, не особо напрягаясь. Видимо легкая. Я набрался смелости и спросил:

— Тренер, можно вопрос.

— Говори.

— А какие еще модификации оружия бывают?

— Клинки, топоры, молоты, всех видов и форм. Как я уже сказал, пика — ваше основное оружие. Кстати, ее полное название СП-21, Силовая Пика, 21 модификации. Еще при вас будет СК-7, Силовой клинок. Но это на тот случай, когда дела пойдут совсем плохо. Ну и позже, сможете приобрести еще что-нибудь, по руке.

Сп-21 дошла до девушек. У них обращаться с ней выходило уже не так ловко, как у парней. Опускали и поднимали они ее с явной натугой. Последним за пику взялся я. Действительно, легкая. Даже для меня. Я попробовал наклонить ее. Наклонить получилось легко, а вот удержать не вышло. Наконечник ударился о землю.

— Если тяжело удерживать, — подсказал Сладов, — беритесь поближе к середине. Противовес на двадцать первых так себе.

Он указал на шайбу.

— Но в идеале, вы должны обращаться с ней одинаково хорошо, хоть держась посередине оружия, хоть за его край. Но это уже моя забота.

Пика вернулась к тренеру, и он занес ее в здание. Затем мы двинулись к боксерским мешкам.

— Сейчас, большинство из вас могут применять Мощь спонтанно. Во время опасности или душевного расстройства. Моя задача, сделать так, чтобы вы пользовались силой осознанно. И постоянно. Подойдите к мешкам и попробуйте ударить их Мощью. Не надо лупить мешки, они набиты песком. Вы просто повредите руку. Сосредоточились, зачерпнули Мощь и прикоснулись к мешку. У каждого по пять минут. Начали.

Парни бросились к мешкам. Девушки, я и Кир остались дожидаться своей очереди. Мне было интересно понаблюдать, как «одаренная молодежь» здесь управляет Мощью. Первое, что я заметил, все они проводили рукой по воздуху. Видимо, так черпали энергию. Интересно. Мне вот это совершенно не нужно. Я мог зачерпнуть Мощь, вовсе не шевелясь. Ладно, учтем.

Результаты у всех оказались разными. У четверых вовсе ничего не получилось. Двое смогли оставить едва видимые вмятины на мешке. У оставшихся мешок слегка дернулся, будто его ударили.

Затем настала наша очередь. Я не спешил, желая понаблюдать за результатами товарищей. Я провел рукой по воздуху, как остальные и замер. У Айгуль ничего не вышло. Блондинка прикоснулась к мешку ладонью, раздался звук, словно она хлопнула по нему. Счастливая, она отбежала в сторону. Высокая девушка показала схожий результат.

Зато Кир удивил всех. Он прижал к мешку сжатый кулак и тот дернулся, звеня цепями, словно Кир хорошенько врезал по нему.

— Отлично! — впервые в голосе тренера появились хоть какие-то эмоции. — Фамилия?

— Новиков.

— Хороший результат, Новиков, так держать!

Довольный Кир отошел от мешков. Я услышал его тихий голос:

— Кроме того, староста должен владеть Мощью на достаточном уровне, чтобы быть примером для остальных.

— Что, Шелестов, не выходит? Ладно, вставай в строй, в будущем получиться.

Да я еще и не начинал. Так, рукой я уже помахал в воздухе. Мощь полилась обжигающим потоком. Аккуратно, совсем немного, как утром. Когда ощущение силы осталось только на кончиках пальцев, я прикоснулся ими к мешку. Да таким количеством силы только спину чесать, хоть бы вышло не хуже чем у девчонок.

— Ой!

Мешок резко взлетел, цепи, удерживающие его, лязгнули, напряглись. Мешок разлетелся пополам, разбрасывая песок во все стороны.

— Ого! Ни фига себе! Ты видел?

Услышал я удивленные голоса за спиной. Их оборвало спокойное:

— Ничего себе. Шелестов, да ты настоящее дарование.

Когда я вернулся в строй, на меня смотрели уже не как на пустое место. Но и никакой особой теплоты, во взглядах одногрупников, я не заметил.

— Просто повезло.

Расслышал я.

Пускай пока думают так. Я тоже был удивлен, но вовсе не тем, что мой результат превзошел всех. Меня занимало совсем другое. Я ведь считал, что беру совсем капельку Мощи, а оказалось этой капельки вполне достаточно, чтобы, например, убить человека. Ощущения живого человеческого тела и биосинтетического совершенно разные. Надо будет подумать над этим.

— Напомню, в основном, Новикову и Шелестову, применение Мощи не по назначению низшим сословием, карается по закону. На сегодня все свободны. Шелестов, подойди.

Ребята принялись расходиться. А я подошел к тренеру.

— До конца недели, можешь ходить на мои занятия в ботинках, раз нет другой обуви. Но на следующей, без кроссовок не пущу. Ясно?

Я заверил, что мне предельно все ясно, и пошел переодеваться.

Перед обедом Кир мне сказал:

— Пойду на обед в город.

— Чего это?

— Там еда лучше, пойдешь со мной?

Я почесал затылок. Ну, на фиг, сначала надо разобраться с их ценами, а потом шиковать. А мне еще спортивную обувь покупать. Я отказался.

В столовой, в отличие от завтрака, народу оказалось немного. Еда оказалась, действительно, так себе, но в принципе съедобная. Я поискал глазами кого-нибудь из знакомых. Хорошо бы встретить ту Настю. Без Кира, который ей явно понравился, мне было бы легче разговорить ее. Но Анастасии не было, наверное, тоже ушла в город, с Карпяном и его дружками. Вон, как она расстраивалась утром, что они не появились в столовой.

Я сел за стол в одиночестве и принялся хлебать жидкий суп.

— Я присяду?

Поделиться с друзьями: