Чтение онлайн

Я вижу Савельева, улыбающегося в аккуратно подстриженную бородку с проседью. Рядом стоит Яков Вениаминович, добрая тетенька из библиотеки и Ольга Андреевна, наш медик. Уже оправившаяся от потери брата. И он тоже стоит там. Сладов, с изрезанным шрамами лицом.

Вижу Таньку, прижавшуюся к своему Павлику. Она лукаво улыбается мне, игривый взгляд сверкает из-под пушистых ресниц. Вижу сдержанную Айгуль. Она смотрит немного тревожным взглядом. Губы, что-то шепчут. Пытаюсь разобрать. «Прости меня», — говорит она. К чему бы это?

Вижу других ребят с моего курса. И с других. Даже Бузыря и остальных выбывших из проекта старшекурсников.

С края стоит Кир. Его очки отражают солнечный свет и я не могу разглядеть глаз. Он улыбается, поднимает руку и машет. Над всем этим пронзительно голубое небо, жаркое солнце. Лето.

Автобус дернуло. Я открыл глаза. Мои спутники сидели молча. Кто спал, кто смотрел в экран смартфона. За окнами царила зима. Разумеется, ни ясного неба, ни яркого солнца не было и в помине. Только ветер тянул поземку, словно унося мою привычную жизнь.

Полет продолжался уже почти четырнадцать часов. Единственный раз мы сели дозаправиться в Иркутске, и когда баки грузового самолета залили топливом, снова поднялись в воздух. Девяносто ауксов, два грузовика и три Силовых Мобильных Доспеха. Все это спешно перекидывалось от аэродрома у Владимира в Курильскую область.

Когда я услышал, что нам предстоит лететь на Курилы, я представлял, как суровое море омывает берега маленьких островов. На горизонте дымят сопки, и только крики морских чаек оглашают суровый пейзаж. Но тут меня ждал сюрприз. В этом мире Япония целиком входит в состав России-Третьего Рима и носит название Курильская область. Как так вышло, даже не знаю. Историческими изысканиями мне заниматься лень.

Возле побережья острова Кюсю, самого южного из четырех больших японских островов, появился Идолище. Или, как их называют в Японии, Кайдзю. Идолище третьего класса появился у берега ночью. Огромный столб шевелящейся плоти, в несколько сотен метров высотой. Тут же он принялся разрастаться. От подошвы Идолища, скрытой в морской пучине, в сторону берега потянулась плоть твари. Волна этой гадости перевалила через волнорезы, вскарабкалась на набережную и тошнотворной волной захлестнула ближайший поселок.

Несколько тысяч человек погибли сразу. Жители соседних поселков были срочно эвакуированы. Тварь, после того, как поглотила целый жилой комплекс, остановилась. Вот уже сутки, чудовищный столб возвышается над побережьем. Он не пытается протянуться дальше вглубь суши, но и не исчезает.

Собственно, именно это и является причиной нашего срочного вылета в Японию, она же Курильская область. Белый Витязь, то бишь, его сиятельство Воронцов, взялся разделаться с чудовищем. Для этого он собрал все свои силы — почти сотню ауксов и трех пилотов СМД.

Собственно сам Воронцов, его пилоты — Лидия и Ростислав, а так же десяток ауксов улетели раньше, в комфортабельном частном самолете. Может быть, даже на таком же, на котором мы летали в Новгород с Лидией. Все остальные, закончив погрузку, отправилась на транспортном авиалайнере. Внутри самолета стояли наши грузовики, забитые экипировкой, оружием, доспехами и медикаментами, а так же три мобильных доспеха. Мы сидели вдоль бортов, спиной к иллюминаторам, на довольно неудобных пластиковых сиденьях.

Я оказался прямо напротив места, где возле кузова грузовика возвышался СМД. Трехметровый стальной гигант цвета морской волны с аквамариновым декором. Сейчас, его визоры черны, словно глубокие колодцы. Они впыхнут, когда его хозяйка — Лидия, поместиться в нем и активирует доспех. Следом, стоял точно такой же, только выкрашенный в цвет лесной зелени. Черные вставки придавали ему грозный вид и гармонировали с погасшим визором. СМД Ростислава. Последним стоял дымчато-белый доспех Воронцова, в руках пустой гигант сжимал меч, почти в человеческий рост. Если я правильно помню лекции Савельева, а слушал я их совсем не внимательно, то оружием в СМД мог пользоваться пилот уровня Трибун.

Если у ауксов оружие — пики и клинки, позволяло экономить силы при использовании Мощи, то в СМД все было несколько иначе. СМД — сам по себе оружие, работающее по такому же принципу. Но когда пилот брал в руки оружие, находясь в доспехе, происходило нечто, что примитивно можно описать правилом из математики: минус на минус дает плюс. Вот этот «плюс», мог запросто убить пилота. Но уровень Трибуна позволял обходить эту опасность. А на выходе получать чудовищные по своей мощности атаки.

Кроме того, все доспехи снабжены мощным двигателем, позволяющим своему владельцу сделать один-три гигантских прыжка, все зависит от того, как прыгать. Воронцов с его помощью смог уничтожить шагающего монстра в Москве.

Мысли обратились к тем событиям. Потом я вспомнил Кира, Айгуль, Таньку. Взгрустнул. С того момента, как мы покинули Технический колледж ауксилариев, став полноправными ауксами, прошло всего-то пара недель. А кажется, будто вечность. Все это время, до срочного вылета в Японию, мы провели на базе под Владимиром. Нас пятерых отдали под начало опытного ауксилария Ивана Белова. Мужчины лет сорока, с обветренным потемневшим лицом, вечно лыбящимся и разговаривающим прибаутками собственного сочинения. Весьма скверного, кстати.

На базе мы, кроме ежедневных, тренировок, занимались тем, что таскали все что можно. А, что нельзя таскать — перетаскивали. Ауксилия военизированное, но не военное формирование. В той сотне, что принадлежала Воронцову, выделялось четыре отделения: собственно боевое, техническое, занимающееся всеми вопросами, связанными с техникой, в том числе и СМД, медико-спасательное и служба снабжения. Вот мы и попали в эту службу снабжения. Белов, получив под начало пятерых «недоучек», решил видимо переделать на базе все дела на год вперед.

Вообще, ауксилия представлялась мне более формальной организацией. С точными целями, иерархией и прочим. Но она скорее напоминала смесь из военного отряда, боевых слуг пилотов и спасательной службы. Отделения возглавлялись капитанами, а у них в подчинении ходили несколько сержантов. Выше капитанов только пилоты, а из них, царем и богом для нас, считался Воронцов.

Кстати, о Воронцове. Казалось бы, где я — едва поступивший на службу аукс и где он: его сиятельство, пилот СМД уровня Трибун и наш командир. Но Воронцов проникся ко мне прямо особой ненавистью. Как только он появлялся на базе, а происходило это раза четыре за все время, то я тут же отхватывал дополнительные задачи. То наряд на дежурство вне очереди, охраняли мы только ворота от вещевого склада, но ведь куда лучше ночью спать под одеялом, а не торчать возле проклятых железных створок. То дополнительные наряды, где надо было перегрузить то, что я перегрузил утром. А еще он любил сам проверять мою работу. И обязательно найти недочеты. И все это, с видом непогрешимого божества, соизволившего ткнуть носом в недочет бестолкового недоумка. Меня, то есть.