Чтение онлайн

– Ну... нравится, - выдавил я, не зная, как общаться с разговорчивым юнцом.
– Ведь можно было сделать два флага - один гугенотский, другой католический.

– Ничего подобного!
– горячо заявил синьор Орландо, окончательно просыпаясь.
– Сообрази: мы служим у курфюста Ортенбургского, являющегося лютеранином. Нас во время сражения бьют баварцы-католики, находят в фургоне протестантское знамя... Дальше объяснять или сам все поймешь? Хорошо, если виселицей отделаемся. А так - в надлежащий момент вывернул знамя нужной стороной, и пожалуйста - для любого становишься своим. Военная хитрость. Ты сам откуда будешь?

– Из России, - прямиком брякнул я, чем на время ввел юного синьора в недоумение. Он поразмыслил и, наконец, озарился улыбкой:

– Московия? Великое герцогство на востоке, за польской границей? Знаю-знаю. У вас недавно королевой - или великой герцогиней, как правильно?
– была панна Марина Мнишек, вышедшая замуж за короля Деметриуса, сына Иоанна?

Голова у меня пошла кругом. Лучше уж якшаться с ландскнехтами, чем с интеллигентом-приключенцем образца шестисотлетней давности.

– Слушай, - я потянул синьора Орландо за рукав, - ты с лошадьми обращаться научен?

На меня уставились, будто на умалишенного.

– Что ты имеешь в виду?
– подозрительно спросил юнец.
– Конечно, я читал, что армии древнего Рима использовали коз в качестве...

– Нет-нет-нет, я не о том! С ума сошел? За кого ты меня принимаешь? Поможешь распрячь ваших коняг?

– Новеньким всегда достается самая тяжелая и грязная работа, понимающе кивнул Орландо.
– Пойдем.

Я мысленно погрозил кулаком Хозяину и вылез из фургона. Орландо подтянулся следом. Спрыгнул на землю, поднял голову, жмурясь от солнечных лучей, и кивком указал наверх:

– В кои-то веки хорошая погода. Дожди и слякоть безумно надоели!

Белоснежный Сириус склонялся к закату, просвечивая через тоненькую пелену перистых облаков. Рядом со светилом можно было рассмотреть крохотное, однако хорошо различимое пятнышко звезды-спутника.

– Добро пожаловать на Афродиту, - хмыкнул я.
– Ничего необычного в округе не замечаешь?

– Похоже, вас еще ни разу не грабили, - Орландо обвел двор хозяйственным понимающим взглядом и повторил слова фон Цорна: - Богато живете... Не думал, что такие хутора еще сохранились в нашу неспокойную эпоху. Ой, а кто орет?

– Эсмеральда, - я указал на сарай, где мычала слонопотамша и злорадно предложил: - Хочешь, покажу?

– Потом, - отмахнулся знаменосец Черной Своры.
– Сначала лошади.

Блин, да как же к ним подступиться? Одна половина кусается, другая лягается. Это я испытал на самом себе, подойдя к ближайшей коняге, тащившей за собой пушку. Вообще-то лошадей было две, все в немыслимых переплетениях ремешков и постромок. Едва я взялся за узду, каурая тварь мгновенно прянула головой и цапнула за предплечье длиннющими желтыми зубами. Больно до невероятия.

– Что, лошадей никогда не видел?
– бесчувственно фыркнул Орландо.
– Ты откуда свалился? Или у вас в Московии все такие?

Я прекрасно понимал, что проблему надо решать и побыстрее. Все-таки фон Цорн и его подчиненные платят нам не только за еду, но и за приличное обслуживание, своего рода автосервис - лошадь, основное средство передвижения, должна быть обустроена с максимальным комфортом, ибо именно от лошадей зависят жизнь и более-менее безопасное существование. На лошади можно сбежать от погони, отступить с поля боя, она предана хозяину не хуже самой верной собаки, лошадь тащит припасы и оружие...

Но я-то, черт побери, здесь при чем?! Это же чужие лошади, а не мои!

– Прикажете скотинку обустроить?

Я, перенервничав, едва не открыл стрельбу, схватившись за пистолет. Из пустой конюшни внезапно вывалился небритый, толстый и воняющий чесноком дядька в истрепанной шляпе-каталане, кожаных штанах и коричневой рубахе с подвернутым рукавом. За спиной мужика торчали двое парней примерно моего возраста - я сразу подумал, что они являются сыновьями небритого, больно похожи.

Ясно. Хозяин все-таки решил помочь. Эта троица - явление того же порядка, что Брюнхильда, мальчик Ханс, ухаживающий за слонопотамами, и безымянные повара, работающие на кухне. Ура! Мы спасены!

– Да, конечно, - слегка запнувшись, ответил я толстяку, не обратив внимания на то, что говорил он по-русски.
– Распрячь, накормить и все такое... Подожди, тебя как зовут?

– Пили бы вы поменьше, хозяин, - понимающе осклабился небритый и подмигнул великовозрастным отпрыскам.
– Фридрихом именуют с самого рождения. Неужто Курта с Шульцем не узнаете?

Он указал на здоровенных сыночков, а я нервно кивнул.

– Да, как же, узнаю... В общем, работайте.

Орландо дожидался на крыльце, но я, нашарив в нагрудном кармане полупустую пачку сигарет, закурил и бессильно уселся на ступеньку. Наблюдал за работой Фридриха и потомства. Вот что значит - знать свое дело! Два десятка зубастых и разномастных скотин буквально за пятнадцать минут были освобождены от упряжи и загнаны в конюшню. Одинокие пушки нелепо громоздились средь двора в окружении фургонов.

Маленький Ханс выбрался из эсмеральдиного сарая и поволок к черному ходу впечатляющий кувшин, наполненный молоком. Из-за дверей хлева выглянул Квазимодо, увидел, что опасности никакой, и деловито затрусил к луже купаться. Потеснил свинью. Плюхнулся в самую глину и начал с наслаждением тереться боками.

Орландо, не сдвигавшийся с места, глядел то на мою сигарету, то на резвящегося в грязи слонопотамчика. Неизвестно, что его поразило больше.

– Табак?
– наконец осведомился белобрысый знаменосец.

– Угу.

– Неужели прямиком из Вест-Индии? Это же безумно дорого! В баварском захолустье не знают, какой нынче год и при этом курят ароматное зелье Нового Света! Почему не трубка, но такая странная палочка?

– Последнее изобретение, - ответил я.
– Табачную крошку не забивают в трубку, а заворачивают в тонкую бумагу. Хочешь попробовать?

– Дорого...
– повторился Орландо, с завистью глядя на меня.
– Во Франкфурте табак по сорок талеров за фунт, и то сырой.

– Бери бесплатно, подарок от фирмы. Мы же не во Франкфурте.

* * *

Остаток дня я посвятил работе с техникой. Пока Дастин и Брюнхильда напряженно возились с кормежкой и обустройством нежданных гостей, я взял кар и съездил в Комплекс. Пошарил на верхних уровнях, обнаружил вполне приемлемый плоский монитор, затем спустился до оружейного склада и прихватил еще две импульсных винтовки. Пригодится. Тем более, что Черная Свора, несмотря на вполне серьезные и обоснованные предупреждения Дастина, вела себя крайне непринужденно.

Всего их было двадцать шесть человек. Четырнадцать мужчин, включая Орландо, семь девиц, легкое поведение которых меня обескураживало - среди прекрасной половины Черной Своры присутствовали как и совсем молодые распущенные барышни, так и вполне почтенные тетки тридцати-сорокалетнего возраста. Именно они и являлись мамашами пятерых детишек в возрасте от года до семи лет, путешествовавших со Сворой. Этакое громадное семейство, причем некоторые даже состояли в законном браке, освященном святой матерью Римской церковью, и в одном случае - лютеранским пастором. Пастор тоже имелся шестидесятилетний благообразный капеллан в оборванной рясе черных бенедиктинских цветов. Батюшка вначале был католическим монахом, потом, как я узнал от непременного Орландо, знакомившего меня со Сворой, перекрестился в лютеранство, потом... В общем, отец Иоганн менял вероисповедание раз восемь или девять, в зависимости от ситуации, однако ничуть не комплексовал по данному поводу.