Чтение онлайн

На реке собирала кувшинки

И с небес воровала луну,

Всё ждала, кто бы сделал ошибку,

К берегам твоим манким прильнув.

Сладкой песней меня зазывала,

Обещая волшебные сны,

И ткала из воды покрывало

И дразнила нарядом цветным.

Я шагну в эту дивную сказку -

Мне уже пропадать всё равно.

Подари мне смертельные ласки,

Опои меня терпким вином…

У меня есть мой друг непутёвый,

я зову его ласково – Рэмбо.

Даже сытый он голоден снова,

просит сволочь – дай чёрного хлеба!

У меня есть ещё и подруга,

урождённая фрау фон Джесси.

Обожаю, хотя она – сука,

и живот ей чешу от депрессий.

А собачью не вытравишь верность -

за тобою в огонь или в воду.

Если рядом их нету, мне скверно…

Я люблю вас, разбойные морды.

Роты штрафные – не для парадов,

Не для медалей и орденов.

Роты штрафные, смерть им не рада -

Братской могилы нету следов.

Время срывает знаки различий

И обрекает – первый-второй.

Минное поле… Мат без приличий.

Смерть не обманешь тихой мольбой.

Кто-то за веру, кто за награду -

Могут не верить только они.

В спину свои же лупят взаправду.

С пулями салки – эй, догони!

Чёрные лица не от загара,

Чёрные слезы не от обид.

Подлое счастье – выжить до завтра:

Чтобы до крови, но не убит…

И в аду бывает холодно,

и в раю бывает жарко.

Всё звонит по ком-то колокол

между Хэмом и Ремарком.

Вот и мы в стране потерянных,

но у нас опять фиеста -

три товарища размеренно

пьём за Эриха с Эрнестом.

Драй Мартини с Кальвадосами

не в чести у маргиналов.

Водка с вечными вопросами…

Только жалко – водки мало.

Апельсиновые мячики,

мы и Осень на скамейке…

В три пластмассовых стаканчика

наливаем по линейке.

Голоса басят негромкие,

время стынет на запястьях.

Листья жёлтою позёмкою

заметают наше счастье.

Для чего мы жили, силимся

разгадать промежду прочим,

позабыв Шекспира Вильяма –

пусть помянут, но не к ночи.

Без восторгов и патетики

на полотнах календарных

ставим нолики и крестики.

Эта живопись бездарна.

Чертит жизнь свои отметины –

будто паzzлы из морщинок.

В сердце каждого – картечины,

а в крови – любви токсины.

Как идёт нам неприкаянность,

седина почти мальчишек.

Всё случилось, но нечаянно,

словно в песне «Чижик-Пыжик».

Гудит в снастях незрячий ветер.

Ни звёзд, ни солнца, ни луны.

На том ли ты, на этом свете?

Когда и света нет, увы…

Нет сожалений, ожиданий,

воспоминаний – ни-че-го.

Ты – сумасшедший странный странник.

Куда? Откуда? Для чего?

Тебе неведом порт приписки.

Обрывки якорных цепей

стучат в борта со звоном низким

и в пустоту кричат

– Ничей!

И в судовом журнале пусто -

ни строчки… Даже флага нет.

Молчит корабль, призрак будто -

без экипажа, без теней.

Тебе скитаться и скитаться.

Наградой – штили и шторма.

Судьба «Летучего голландца»

на тыщи лет предрешена.

Зачем? Раскаянья не будет –

молитвы некому изречь.

И пусть тебя боятся люди

и зарекаются от встреч.

Каждый вздох твой и выстрел из глаз у меня на учёте.

Я, рискуя, тебя по секундам у неба краду.

Между нами всё сложно, как в фильме Лукино Висконти,

в том, который мы смотрим с тобою у звезд на виду.

Почему-то не верю в фатальность экранных трагедий:

как за пару часов можно важное что-то узнать…

Бог создал мои руки для этих пугливых коленей -

он любитель, я знаю, прекрасного и меценат.

Ты привычно мне мстишь, ты меня невзначай обольщаешь

этой странной улыбкой, полярным сиянием глаз.

На молчанье твоё я под стать тишиной отвечаю,

но идут на экране субтитры – «ТЕПЕРЬ И СЕЙЧАС» …

Как велика Ойкумена

Её горизонт не догнать

Не добраться до края

Не втиснуть в пространство её бесконечность

Видим на ощупь

Внимаем лишь эхо

И сердца сосуд заполняем

И в тапочках мягких крадёмся за смыслом

Пытаемся снять отпечатки потоком сознанья

И вздорные символы чертим,

Но тщетно…

Продолжим…

Нам это так надо…

У тебя в волосах два стилета,

а в самой голове беспорядок.

Стынет сердце и кровь даже летом.

Ты на Альфе Кита, если рядом.

Беспричинно всегда хмуришь брови,

точишь пилкой опасные чувства,

добавляешь во взгляд что-то вроде

обещанья – не будет вам спуска.

Жизнь твоя – ахтунг! минное поле -

из подвохов, интриг, компроматов,

ожидание риска и боли,