Чтение онлайн

– Ловко, - удивился Федор, осмотрев стрелу.
– Что же её бросает?

– Пружина внутри трубки, сделанная лучшими кузнецами.
– Объяснил Мю.
– Будешь брать?

– Не-а, - отмахнул рукой Федор.
– Неглубоко вонзилась-то. И летит, видать, недалеко. Доспех не пробьет, в кольчугу глубоко не воткнется. Бездоспешного, разве, ранить только.

– Сущеглупый, - снисходительно ухмыльнулся Мю.
– Дак ведь мы эти стрелки мажем самым сильнобыстрым ядом. Как попадет такая стрелка в человека, тут он синеет, - и славу ему поют. Ну-ка, погоди!..
– Мю обернулся к маячившим на почтительно расстоянии слугам, и распорядился, - приведите свинью!

Слуги исчезли, и - минуты не пробежало, откуда только взяли - вскорости притащили ошалелую, откормленную поросятину, и привязали её к стеллажу в одном из проходов.

– Смотри, - предупредил Мю, - куда более осторожно взяв еще одну трубку с отельной полки.
– Сейчас ты увидишь, что делает этот ужасный и необоримый яд!..

– Э-ээ, погоди, - Федор протянул руку к Мю, аккуратно не касаясь трубки.
– Не губи зазря животину. Верю я что ужасный яд. Потому и не возьму. Вещь мне не привычная. Не дай бог, протечет со стрелы. Или просто пусканешь неудачно, оцарапаешься... Ну его, я уж по старинке... Воткну стрелу в землю, или в труп многодневный, перед пуском, - и довольно.

– Хм...
– Мю - Поставил ужасающий стреломет на предохранитель, и вернул на полку.
– Тогда другой вариант.
– Есть у нас яд не убивающий, а как бы сказать, расслабляющий.

– Это как?
– Не понял Федор.

– Расслабляет, снизу. Тоже почти мгновенно. Уж так человека снизу чистит - что сразу он не боец, и долго ему еще будет не до тебя. Ну а если сам ненароком уколешься... Пострадаешь полденька, а все ж будешь живой. Только воду не забудь хлобыстать, а то этот процесс сильно обезвоживает.

– Ну-ка, продемонстрируй.
– Заинтересовался Федор.

– Сей момент...

Мю добыл с другой полки почти неотличимую, маленькую трубку, направил её на свинью, нажал пуговку, и...
– Со свиньей случилось ужасающее, и с таким напором, что окатило и ближайшие стеллажи. Животина верещала, будто её режут заживо мелкими ломтями, и билась в конвульсиях, которые грозили её разорвать. Пошел и ожидаемый неблагоуханный дух.

– Гм...
– Прокряхтел Федор, огладив щеки - Милосердней, если б ты её сразу ядом погубил. Экий ужас... В людей-то таким и стрелять страшно, простит ли Христос сие изуверство... Ладно... дай, пожалуй, таких, штуки три. Только маленьких, чтоб спрятать в поясе.

– Держи, - снабдил его Мю.
– Может и пригодиться.

– Не приведи Господь. Только если совсем отчаянно будет дело, или подлеца какого встречу, который в аду всем брат, - только тогда использую я столь бесчеловечное оружие.
– Дал себе обет Федор, засовывая трубки в поясные карманы.

– Есть у меня и кое-что еще более впечатляющее, - пообещал Десмонд, и увлек Федора подальше, от зловонного духа, и несчастных слуг, которым теперь предстояло приводить в порядок животное. Подведя Федора к отдельно стоявшему стеллажу, он снял с него толстую металлическую трубу, длинной в руку. Глянув на трубу, Федор увидел, что она искусно сделана в виде бронзового дракона. Передняя часть была в виде свирепой распахнутой пасти, а задняя, где должен был быть хвост, - оканчивалась ручкой на штыре, навроде как у корабельных помп, которыми на море откачивали с кораблей воду - только маленькой.

– Что это? С сомнением спросил Федор.

– Хиросифон, - Значительно произнес Десмонд.
– Он же "Хиропироверхоманион".

– Хиро-пиро...
– С трудом попытался произнести Федор.

– Или если говорить точнее, как его назвали наши механники, - "РПО Мелисса"28, что означает "Ручница Пожаро-Окатывающая".

– А почему "Мелисса"?
– Уточнил Федор.

– Гм... Не знаю.
– Пожал плечами Десмонд.
– Так создатели назвали, заблажило им. Может быть, - не прими за обиду, - чтоб простые солдаты могли не мучиться со словами вроде хиро-пиро.

– Толково, - согласился Федор.
– Ну а что он делает? Слышал я про штуки под названием "сифон". На наших кораблях, да еще каросифоны, - на телегах при регулярной армии. Те штуки огнеметами были, и такое делали, что не приведи на себе испытать. А этот твой зачем?

– Так это и есть огнемет, - радостно рявкнул Мю - только маленький. Ну-ка смотри!

Десмонд схватил бронзового дракона, и побежал в самый дальний конец помещения, где на пустом месте было установлено соломенное чучело в виде человека, вроде тех, какими крестьяне пугают ворон на полях, и стал перед ним метрах в трех. Мю перехватил дракона поближе к пасти, и чиркнул встроенным в нижнюю челюсть небольшим колёсиком Видать, там был установлен кремень и кресало, потому что заискрило, и в пасти дракона зажглась как бы маленькая лампадка. После того Мю схватился за заднюю рукоять на штыре, резко отвел её назад, - раздался всасывающий свист, и рукоять высунулась из драконьего тела. А затем Мю резко толкнул рукоять обратно вперед. Фукнуло!
– из пасти дракона вылетело ослепительное пламя. Федор в испуге отшатнулся. А пламя уже, будто огненный змий, пролетело вперед, объяло всего соломенного человека. Жарко и жадно затрещало, фигура горела, будто её поразил сам бог, или, вернее по пламени - диявол.

– Ромейский огонь...
– благовейно прошептал Федор.

– Так и есть.
– Довольно заметил Мю.
– Гнев богов в руках человека. Пугающе мощное оружие.

– На сколько он бьет?
– Несколько оправившись спросил Федор.

– Зависит, с какой силой и скоростью толкнешь внутрь насос. У меня получается метра на три. Ты парень здоровый, у тебя и на все пять может выйти.

– А зарядить его снова можно?

– Можно. Но для этого надо секрет огнесмеси знать. Не простая это, видишь, смесь. Ко всему на что попадет, липнет. И это главный секрет, который знают только особо доверенные государевы люди. Всяк иной, кто попробует проникнуть в этот секрет - умрет. Не только с нас с тобой. С члена царской семьи голову снимут, если они попробуют сунуть свой нос в этот секрет. Так что в путешествии такой сифон зарядить нельзя. Использовал - вези домой, или выбрасывай. В сифоне секрета нет. Весь секрет в огнесмеси.

– Ясно... Дашь?

– Раз показываю, - дам. Сколько тебе?

– Две. Нет, три!

– Бери три.

Федор сграбастал трех драконов, к которым были приделаны удобные сыромятные ремни, для удобного подвеса на плечи.

– Ну что, - вроде все.
– Прикинул Мю.
– Есть у меня еще пояса, с деньгами, да драгоценными каменьями в них зашитыми.

– О!
– Обрадовался Федор.
– Давай!

– Не могу. Это мне крепко запретили тебе давать. Сказали, будет с тобой специальный казначей. Вот ему пояс и вручить.

– Приставили ко мне попа - пожаловался Федор.
– Ему пойдут деньги. Чую, заморит он меня. Сам знаешь, какие попы жадные.

– Мд-а уж...
– Цокнул языком Мю.
– Все понимаю, - но приказ нарушить не могу. Не велено тебе давать денег. Впрочем... Есть у меня одно спецсредство. Посильнее греческого огня будет, подороже денег. Погоди-ка...

Десмонд убежал между стеллажей, и довольно долго отсутствовал. Наконец он вернулся, и гордо протянул какой-то сверток Федору.

– На, держи. Только потому отдаю, что глянулся ты мне. Не чураешься технических новинок, как некоторые.

Федор благодарно взял сверток, и начал его разворачивать. Внутри свертка, однако, ничего не оказалось. Тогда Федор сообразил, что видимо, в самой этой развернутой ткани что-то и заключалось. Он начал вертеть ткань так и сяк. Ткань была приятная на ощупь, гладкая, цвета навроде... кожуры сливы, только ярче и насыщеней. Федор еще пару раз повернул ткань, неожиданно она разошлась, рука провалилась и прошла сквозь ткань, - нет, не сквозь ткань, а сквозь отверстие. И наконец Федор сообразил, что держит в руках нечто вроде... Пододёжной набедренной повязки, только не скрутку как у простолюдинов, а специально сшитые на манер штанов без штанин... Федор подозрительно глянул на Мю.