Чтение онлайн

— С военными всё понятно. — Раздражённо сказал Стрелец, махнув рукой, меня наши спецслужбы больше интересуют. Что делаете?

— Готовим спецоперацию по освобождению заложников. — Отозвался Блинов. Но ситуация- хреновая. Несколько объектов для операции разбросаны на значительном расстоянии друг от друга. Это означает раздробление сил Центра «А» на несколько направлений. Резко повышается вероятность провала спецоперации из-за нехватки специалистов. Ещё проблема, обмен информацией между террористическими группами. Мы глушим связь в районах захвата, но нет гарантии, что среди местных жителей и силовиков нет агентуры террористов, которая подаст заранее некий сигнал. Так, что нам приходиться проводить операции по освобождению одновременно и в нескольких местах. Что ещё больше осложняет ситуацию, учитывая подготовку террористов и их оснащение.

— Согласен. Какие предложения?

— Служба национальной безопасности берёт на себя наиболее сложные операции. В Кизляре и Майском. На это у нас сил хватит… В Курской же — пусть возьмут на себя смежники. Там ситуация проще.

— Что скажешь, Сальников? Твои бойцы из «Веги» и спецназа ВВ справятся?

— Справятся. Как — никак, по стандартам «Альфы» их готовим. Но координация действий это — наше слабое место.

— Вот ты и будешь координировать. С этого момента, министр внутренних дел назначается руководителем оперативного штаба. Ему подчиняются все, я подчёркиваю, все силовые и гражданские структуры в южном федеральном округе. Действовать предельно жёстко. Эту мразь надо уничтожить на корню. Без пощады. Чтобы боялись ещё лет сто, в сторону «периметра» голову повернуть. Понятно?

— Так точно!.
– Хором отозвались силовики.

— Теперь о сроках. Через двое суток, по плану Генштаба, основные силы Северо-Кавказского Военного Округа должны быть переброшены в Крым. Это касается как сухопутных войск, так и ВВС. По плану, если мне не изменяет память, на Кавказе останется только управление шестнадцатого корпуса, две горнострелковые бригады, бригада армейского спецназа, штурмовой и вертолётный полки, несколько отдельных эскадрилий и дивизионов?

— Так точно!.

— Значит, так. На разгром основных сил боевиков даю ровно двое суток. Ровно. После чего, основные силы отправятся в Крым. И добивать и зачищать будут указанные в плане силы.

— Это невозможно! — Сказал Усольцев. За двое суток…Нет, господин глава правительства….это невозможно. Даже если мы бросим в бой все силы Минобороны и других ведомств, это займёт больше двух суток. Минимум, четверо, если исходить из объёма задач.

— Нет. Вы не забывайте, господин генерал армии, о ситуации в Крыму и на Украине. Без войск с Северного Кавказа мы Крым не удержим. Это значит гибель нескольких тысяч наших военнослужащих и неизвестного количества гражданских. И тяжёлые политические последствия. Стрелец сделал ударение на слове «политические».

— ОМП.
– .Сказал министр обороны, молчавший, словно сфинкс, в течение всего разговора. Все обернулись к нему…

— Что вы сказали?

— Я сказал, оружие массового поражения. Три-четыре тактических ядерных заряда позволят резко переломить ситуацию в нашу пользу.

Повисла неприятная пауза. Чётко было слышно, как тихо тикают часы на руке у Сальникова.

— Это выход. Только можно сделать это без ядерного оружия? По — моему, это слишком. Не хотелось бы возможного радиоактивного заражения черноморского побережья и предгорий.

— Можно и без ядерного. Достаточно «Вэ-икс» или «Зомана». Как свидетельствует практика, партизанские формирования из-за отсутствия средств защиты от ОМП, очень уязвимы от отравляющих веществ…

— Это гарантирует быстрое уничтожение боевиков?

— Это, господин глава правительства, гарантирует нанесение им тяжёлых потерь в максимально сжатые сроки. Что нам и требуется.

— Отлично. Считайте, что решение уже принято. Реакцию международных организаций и наших «левозащитников» беру на себя. Пусть вопят. Действуйте, господа генералы. Вам и карты в руки.

Сальникова встречала в аэропорту Кавказских Минеральных вод целая толпа гражданских и военных лиц. Как обычно. Вместо того, чтобы работать, чиновники попёрлись встречать высокое московское начальство. Разогнав матюгами основную массу встречающих, он пересел в «Ка-60» с эмблемами СНБ и вылетел в станицу Ищерскую, где находился оперативный штаб по ликвидации прорыва бандитов. На КП его встречал комендант Терско-Кизлярского особого района генерал-лейтенант Шаронов. Именно войска особого района, совместно с пограничниками и МВД, были той сдерживающей силой, которая не давала прорваться исламским отморозкам вглубь Руси.

— Какие новости, генерал- лейтенант.? Докладывайте…

— Разные. Есть плохие, есть хорошие…С чего начинать?

— Давайте, с плохих.

— Только что, с полчаса назад, исламская бригада командира Имрана Багаева и ещё несколько отдельных бандформирований опрокинули батальон национальной гвардии Кадиева и прорвались в Гудермес. Связь с городом прервалась. Точно известно и о захвате Магаса.

— Что ещё?

— Осложнилось положение на Кизлярском направлении. Там наступает самая многочисленная бригада исламистов под командованием братьев Имаевых. Им удалось преодолеть защитную стену и предполье и захватить станицу Каргалинская. Наступают грамотно, вдоль устья, хоронятся в «зелёнке»

— Что предпринимаете?

— Авиаудары не очень эффективны. У боевиков на руках большое количество ПЗРК типа «Болид» и «Мистраль». Мы уже потеряли два «Грача» и три вертолёта в том районе. Подтягиваем артиллерию.

— Думаю, это не поможет, генерал. Они оставят отряд прикрытия, а сами уйдут по «зелёнке» в сторону Щелковской или, вообще, за Терек. Этот рейд просто нужен, чтобы сломать наши планы. Мы сконцентрируем основные силы здесь, а они постараются добить отряды Кадиева и взять Гудермес и Шали.

— Есть предложение, господин министр.

— Слушаю вас…

— По максимуму использовать дистанционное минирование. Засыпать минами все предгорья, чтобы осложнить манёвр боевикам.

— Нет, генерал, есть другой план.

Освобождение заложников в Майском, Курской и Кизляре было намечено ровно на 3.45 утра по Москве. А ровно в три тридцать утра, когда ветер стал дуть строго на Юг, на позиции боевиков обрушились сотни снарядов с начинкой из «зомана» и заряды с «VX». За несколько минут было выпущено более шести тысяч единиц. Не было ни взрывов, ни вспышек, срабатывали неконтактные взрыватели. Просто, сильно стало пахнуть свежим сеном.

Затем, в небе загудели вертолёты. Облачённые в неудобные, но надёжные ОЗК, десантники из двадцать первой десантно-штурмовой, первыми вошли в очаг поражения. Посмотреть тут было на что… Добрая треть «ваххабитской» бригады братьев Имаевых валялась в подлеске вдоль крутых берегов Терека. С распухшими обезображенными лицами и выпученными глазами… Потерявшие ориентиры, паникующие боевики толпами стали вылезать из «зелёнки», пытаясь добраться до гор. О сопротивлении уже никто не думал. Смерть от пули или осколка- это благородная смерть для настоящего джигита-мусульманина. Но жуткая, медленная, а главное, невидимая смерть, сжигающая твою кожу и выедающая глаза — это. Действительно, страшно. Особенно для парня, не имеющего какого- либо образования и живущего в мире религиозного фанатизма и фольклорных сказаний. Танк можно подбить из РПГ, самолёт можно сбить из ПЗРК, мину — обезвредить, открутив взрыватель, от «беспилотника»- спрятаться в пещере, но как спастись от невидимого газа, разъедающего плоть, этого фанатичные имамы и суровые инструкторы боевикам рассказать не могли.