Чтение онлайн

И за время жизни преподобного Сергия просходит настоящее чудо. Слабеет Орда, а параллельно вырастает поколение тех богатырей, которое огромной кровью победит Мамая и его темную силу на Куликовом поле. Но появление этого поколение было бы невозможно без монашеского подвига преподобного Сергия и возобновления им подлинного монашеского жития. шеского жития. Вот как об этом рассказывает его биограф Епифаний Премудрый: «Ночью же Сергий в молитвах без сна проводил время; хлебом и водой только питался, да и этого мало употреблял; и ни часа праздным не оставался. Ежедневно он служил божественную литургию, утренние и вечерние молитвы легко произносил – и за смирение всего мира, и за долговечность святых церквей, и за православных царей, и князей, и за всех православных христиан. Говорил он братии: «Подвиг великий должны мы совершить в борьбе с невидимым врагом: ведь он как лев рыкающий ходит, стремясь каждого растерзать». Наставляя братию, немногие он речи говорил, но гораздо больше пример подавал братии своими делами» [8] .

Созидание общежительного монашества является одним из значимых подвигов преподобного Сергия. И Русь, и Византия страдали от идиоритмического монашества, которое разрушало духовную жизнь и обессмысливало саму идею монашеского делания, когда, по выражению Голубинского, богатые «своежитные» монахи смотрели на бедных как на холопов, а те пресмыкались пред ними из-за денег. Преподобный Сергий во многом возвратил русское монашество к жизни первой апостольской общины, когда «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее» (Деян. 4, 32).

Преподобный Сергий оставил больше чем речи, он оставил нам живой пример трудового подвижничества и соединения труда физического и труда духовного. Вот как об этом сообщает его житие: «Как он без лености братии как купленный раб служил: и дрова для всех, как было сказано, колол, и толок зерно; и ни часа праздным не оставался» [9] .

Преподобный Сергий на деле являет образ совершенной нищеты, соединенной с трудолюбием. Особенно потрясает рассказ о том, как преп. Сергий срубил келью старцу Даниилу за решето плесневелого хлеба. Подвиг преп. Сергия можно оценить, если сравнить то, что он взял за свой труд с современными расценками за самый обыкновенный сруб.

В трудовой нестяжательности преподобного Сергия нет ничего нарочитого или искусственного, в отличие от нищенства Франциска Ассизского с его надрывами и театральностью [10] . Она органично вырастает из условий русской жизни и является обличением тех, кто считает, что Церковь и ее служители непременно должны пребывать в роскоши, поскольку де-она символизирует Царство Небесное.

По молитве преп. Сергия исцелялись болящие и воскресали мертвые. При этом преп. Сергий являл удивительную добродетель смирения и скрытия своих добрых дел и от людей, и от самого себя.

Смирение, подвиг и молитва преподобного Сергия становится той силой, которая дала русскому народу подняться и объединиться. Отметим, что отношение между великим князем Димитрием и преп. Сергием были не самыми простыми. Св. князь Димитрий согнал с митрополии святителя Киприана, которого поддерживал преп. Сергий Радонежский и прочил на место митрополита Митяя, который обещал разрушить монастырь преп. Сергия. И, тем не менее, в решающий час перед Куликовской битвой, зная пророческий дар преподобного Сергия, великий князь смиряется и приходит к нему за благословением, чтобы спросить, «прикажет ли святой ему против безбожных выступить» [11] . И св. Димитрий получает от преп. Сергия долгожданный ответ и благословение на победоносную битву: «Святой же, когда услышал об этом от великого князя, благословил его, молитвой вооружил и сказал: «Следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском стаде. Иди против безбожных, и если Бог поможет тебе, ты победишь и невредимым в свое отечество с великой честью вернешься» [12] .

Отметим, что преп. Сергий с любовью принимает князя Димитрия, несмотря на все разногласия, в решающий час он отделил главное от второстепенного и силу своей молитвы он направил на спасение Отечества.

Когда, увидев бесчисленное татарское войско, св. князь Димитрий и его сподвижники начал было колебаться, то его укрепило послание преп. Сергия, в котором говорилось ««Без всякого сомнения, господин, смело выступай против свирепости их, нисколько не устрашаясь, – обязательно поможет тебе Бог». Действие этого послания было необычайным: «Тогда князь великий Дмитрий и все войско его, от этого послания великой решимости исполнившись, пошли против поганых, и промолвил князь: «Боже великий, сотворивший небо и землю! Помощником мне будь на противников святого твоего имени». Так началось сражение, и многие пали, но помог Бог великому бедоносному Дмитрию, и побеждены были поганые татары, и полному разгрому подверглись».

Сравнительно незадолго до своей кончины, в 1387 году, преп. Сергий совершил, казалось, невозможное. Коварного и непримиримого князя Олега, ненавидевшего Москву, он приклонил на мир с великим князем Димитрием.

И, однако, общественное служение преп. Сергия [13] , при всем его значении, – не главное в его житии. Основное – его духовная жизнь. Четырнадцатый век – время расцвета исихазма, как на Балканах, так и на Руси [14] , связанный с именами преп. Феодосия Килифаревского, свят. Евфимия Тырновского, преп. Ромила Видинского. На Руси исихазм по справедливости связывают с именем преподобного Сергия. Свидетельства о неизреченном видении Божественного света, схождении Святаго Духа в виде огня на Святые Дары во время его служения, донесенные до нас Пахомием Сербом [15] , свидетельствуют об исихастском опыте стяжании благодати. Преподобный Сергий – основатель целой монашеской школы, связанной с такими именами, как преп. Никон Радонежский, преп. Андроник, преп. Кирилл Белозерский. Благодаря его трудам процвело великорусское монашество – Северная Фиваида. Более того, становление приходской системы на Руси также связано с именем преп. Сергия Радонежского и его учеников: благодаря им Русь воцерковилась в полной мере.

Преподобный Сергий оставил нам завет: “Взирая на образ единения Святой Троицы побеждайте ненавистное разделение мира сего.” Этот призыв актуален, как никогда в наше время, когда силы, враждебные Православию и России, стремятся разъединить русских людей, не дать святой Церкви совершать свое служения, и когда дух розни и вражды проникает в сердца православных людей. Преподобный Сергий – наш учитель в деле спасения, собирания и соединения во Христе. Завершить эту статью хотелось бы словами В. О. Ключевского из его замечательной статьи о преп. Сергии Радонежском: “Творя память преп. Сергия, мы проверяем самих себя, пересматриваем свой нравственный запас, завещанный нам великими строителями нашего нравственного порядка… Ворота лавры преп. Сергия затворятся и лампады над его гробницей погаснут лишь тогда, когда мы растратим этот запас без остатка, не пополняя его” [16] . В 1920 г. Лавра закрылась и казалось, что действительно этот запас растрачен. Но это было не так. Когда потребовалось призвать сынов России под знамена св. Александра Невского и Дмитрия Донского, о преп. Сергии воспомнили и ворота Лавры открылись вновь. Преподобный Сергий – один из духовных созидателей победы в Великой Отечественной Войне. Более того, в годы официального атеизма Лавра являлась одной из важнейших духовных крепостей в борьбе с безбожием. И сейчас она по молитвам преп. Сергия является благодатным светильником Православия и не только для России, но и для всего мира.

Таковы лишь некоторые чудеса древнерусского периода русской истории. Однако, на древнерусском периоде они не кончаются.

Бог – не только Отмститель, но и Врач. Он не только наказует, но самим наказанием исцеляет. «Глубиной мудрости человеколюбно вся строяй», – воспевает Церковь в своих последованиях [17] . В истории всё промыслительно и нет ничего случайного: «Deus conservat omnia» – написано на Фонтанном доме (Бог сохраняет все, Бог управляет всем). И все смутные и кровавые события катастрофического XX века не случайны и промыслительны. Возьмем катастрофу 1917 года, с одной стороны – это страшный провал, с другой стороны, как мудро писал владыка Вениамин (Федченков): «Не было бы 1917 года, было бы еще хуже». Тогда бы, после смерти государя, будущие вероятные наследники, скорее всего, это был бы не царевич Алексей Николаевич, в силу своего заболевания, отстроили бы оккультную империю, поскольку общество, и прежде всего его высший слой, к этому было в значительной степени готово. Если бы Россия победила в войне 1914 года, она достигла бы небывалой степени могущества, стала бы «новой Америкой» [18] , но взамен потеряла бы свою духовную идентичность Святой Руси и оперлась бы на оккультный фундамент, на ту «новую правду» о человеке и мире», которую проповедовали носители философии Серебряного века [19] . Парадоксально, но революция 1917 года, точнее то, что за ней последовало, не только воочию показала губительность теистических путей, но и спасла русскую культуру от оккультных и нравственно-нигилистических соблазнов: вспоминаются значимые слова Ахматовой:

Гонения на Церковь породили тысячи и тысячи новомучеников российских, и в них, как и во многих исповедниках, с небывалой силой воссияла Святая Русь. Как это ни парадоксально звучит, но советский режим при всей своей модернизации законсервировал российское общество и послужил известного рода защитной стеной против той даже не модернизации, а постмодернизации, которую пережил Запад. По крайней мере, «сексуальная революция» 1968 года к нам пришла как минимум на 25 лет позже в том числе благодаря «глыбам» советского режима.

После крушения монархии альтернативы Советскому Союзу и коммунистическому режиму практически не существовало. Теоретические альтернативы были еще более печальные: либо несколько десятков мелких государств с диктаторскими режимами, пребывающие в состоянии постоянной войны, либо монолитное тоталитарное фашистское государство с оккультизмом как государственной идеологией, страшное для соседей, хотя и терпимое для подданных. Коммунисты, при всех своих грехах, в 1917–1922 годах совершили одно важное дело: они сохранили большую часть территории исторической России, ее геополитическое пространство и ее оболочку.