Российские колокола
Шрифт:
3
Гей, Орда!.. И вдруг у ханаПоясничный холодок,Чуть возник из-за туманаМалый город-городок.Что за дерзкая застава?!Разнести? – Замах не тот.Обходить ли справа – вправо,Слева – влево отойдёт.Городок легок, что кочет,Убегающий от вил:Ты – его! – а он отскочитИ пребольно клюнет в тыл!Налетев, ударит сноваШпорой, да по голове…Прежде не было такогоНа пути татар к Москве?Из ворот, герой российский,При дружине боевойВыезжает Воротынский,Избоченясь булавой.Из-за русского шайтанаНе снесут башки своейГрозные любимцы хана,Семь батыров-сыновей.С визгом, гоготом бесовским,Улюлюканьем степнымРазвернёт Орда повозкиИ умчит обратно в Крым. 4
Без церквей, без колоколен,Без боярских теремов,Но шуметь, смеяться волен,Гуляй-город! Вот каков!Обыщись: ни баб, ни девок,Что ни рожа – борода!Где ещё без посиделокИ без свадеб – города?Не звенит по кузням молот,Не лопочет немчура…Ну, а строить: раз – и город!Вроде, не было вчера?Чуду всякий удивится.Вот и дьяк раззявил рот.Что за город? – по бойницамС алебардами народ.Удальцы! – за оплеухуНе потянешь на правёж.Тут и брагу-медовухуИз бочонка в глотку льёшь.Ратник ли до денег лаком?Как монетой не стучи:Вся торговлишка – по лавкамСбруя конская, мечи,Булавы да шелепуги.Ни кокошников, ни лент!Для светличной бабьей скукиИ коклюх проворных нет. 5
На скрипучих, на колёсах, —И не смазаны, небось? —По рассыпчатым, по росамЕдет-катится обоз.За лошадкою лошадкаРади хрусткого сенцаШаг за шагом, шаг за шагомПоторапливается…Дьяк отпрянул от подводы,Где чугунные шары:«Ахти, ахти… Пушкари!Ахти, ахти… Воеводы!..»И, как был с вязанкой дров,Бухнулся… И след простынул.…Проскакали – Годунов,Воротынский, Хворостинин.По селу хрипатый лай,По дворам гусиный гогот,Проезжает Гуляй-город!Гуляй-город-разгуляй!Но не в брёвнах и не в слегах —Перевязан, нагружён,Щит к щиту – на ста телегахВыворачивает он!Знатно едет!.. Погляди ты!И кивком не одолжил?Скачет в окруженье свитыОкольчуженных дружин. 6
Приподнялся дьяк. Отдышка.«Ахти, ахти…» И, сутул,Крутенько посбил дровишки,Лыками подзатянул.Жердь, свалившуюся с возу,В ближние овсы сволок:«Бог послал? – вслед обозуПовздыхал, – храни вас Бог!..»На хребет взвалил вязанку,Подношенье тяглеца,И поплёлся спозаранкуДо приказного крыльца…Пусто. Скрылся Гуляй-город.Колесит из края в край.Холод побоку и голод,Вся заботушка – гуляй.От заставы до заставыПорубежной стражей правь,А где нету переправы,Перекрестишься и – вплавь.По холмам, лесам, протокам…Залетай под облака…На раздолье, на широкомВысмотри, сыщи врага.И, плеснув копейным древкомСтяг в кочующую синь,На юру высоком, крепкомСтены-башенки раскинь! VI. Царёво дело
(Стихотворная повесть)
И впредь надлежит трудиться и всё заранее изготовлять, понеже пропущение времени смерти невозвратной подобно.
В. И. Суриков. «Утро стрелецкой казни»
Глава первая
1
В мятежах повинны бани!Крутенёк – ажно слезаВыпялилась на глаза —Жжётся пар. Шумят буяны.Ох, стрельцы! Разбойный люд!Веничком бока махратят;И по животу, и сзади,И по лягвам тощим бьют.Что им Пётр? Для царской местиУдальцы не по зубам.– Выкуси! —Царя бесчестят,Показав рукой на срам.Люто парятся строптивцы.Каждый злобен, дерзок, худ;Каменку, что Жаром-птицей,Пивом-брагой обдают!Вот копчёными сигами,Угоревшие в дугуСрамники во двор сигаютПрохладиться на снегу.На сугроб в сивушном дымеБесов огненных набег,И под рёбрами крутымиГолосит январский снег.С полведра не столько пьяны,Сколько так – для куражу,Одеваются в кафтаны,К сабле тянутся, к ружью.И гуляют по Посаду,В табор сбившись удалой.И бузят. И нету сладу.И кричат:– Петра долой!..Присоветовала Софья:Думных выкогтив бояр,С Красного крыльца на копьяСбросить, яко падаль, в яр.Милославский – заводила,Милославский – коновод!Шубу кунью окропилаКровь могучих воевод.Огрызаясь, багровея,Враз лишились животовРомадановский, Матвеев,Долгоруков, Салтыков.Отрок-Царь было перечить.Зарыдал, Забился весь…– Отойди, Пётр Алексеич,Ноне мы гуляем здесь.Знали, что Царю не любы.Да не ведали, кажись,Как в ночи кусал он губы?Ох, не так бы обошлись!Верно, вынули бы душу,Как из прочих важных тел,Видя, что рыдал в подушку,Что от злобы зеленел?Жив остался бы едва ли;Порешить недолго тут,Если бы убивцы знали,Сколь он памятлив и крут. 2
Девки пусть боятся леших,А Петруше – не с руки.Эко вымахал! ПотешныхВ роты строит и в полки!От пальбы зело угарно.До беды недалеко.В ужасе за ГосударяДядьки, мамушки его:– Ой, ты, отрок-Царь, отросточек!Не пужай Царицу-мать.Игры аховые. КосточекКабы, милый, не собрать?Лучше изумруды-яхонтыПерекатывай в горсти.Девок ли любовью-ягодой,Сокол ясный, угости.Подбегут к тебе красавицы,Спросят ленту, спросят брошь,И целуй – какая нравится,Обнимай – какую хошь.Изомни, измучай ласкою,Утоли свой волчий нрав.А смурно?.. Охотой царскоюРаскатись среди дубрав. —Хмурится Петруша, дёргаетРазволнованным лицом.Тяжела опека долгая,Надоело быть юнцом.Прокричал: «В атаку, конница! —И скосил глаза на мать, —Дело егеря охотиться,А царёво – воевать…» 3
Потянулся в Троицыну лавру;Двинул, образуя крестный ход;Валом повалил мало-помалуНаш богобоязненный народ.– Вызволить Петра – святое дело.Застращали отрока стрельцы… —«Быть ко мне!» – над весями звенело.Прыскали гонцы во все концы.– Царь никак! А Софья? Софья – баба… —Выи нагибая под ярём,Дьяков хитрых разумея слабо,Чуяли, что правда за Царём…Шли от Лук Великих, от Рязани,Шли от Клязьмы, от Коломны шли…Отовсюду! Перечислить развеВсе края родительской земли?И уже – отстанешь ненароком —Каждый забежать спешил вперёд.За народом кинулся с прискокомИ служилый, и иной народ.«Быть ко мне!» – дорога вилась бором,«Быть ко мне!» – перевивала даль…Не иначе, Всеземным соборомУтверждался юный Государь?Мятеж – вернейшим смотр,И худшее не зря…И выезжает ПётрИз стен монастыря.И кони скачут сыто,Не рвутся из подпруг.А за каретой свитаИз преданнейших слуг.Стрелецкий бунт подавлен.Зачинщики мертвы:Испытаны в подвалахИ брошены во рвы.Заря на небосклоне.Попробуй солнце спрячь?Доволен Пётр. А кониИ на подъёме вскачь.Растроган – чуть не плакал,Как увидал с горы:Стрельцы лежат на плахах,А в плахах – топоры.И так вдоль всей дорогиДо самой до Москвы.Их головы – залогиЦарёвой головы.Лицом уткнувшись в плаху,Склонились как один…Но не заметил страхуВ бугристой мощи спин.Как будто и не в сраме?И нет на них вины?Склонились – будто самиКазнить себя вольны?Хоть бы почтили взглядом!Чай, грезят стариной,К нему, Царю, как задом,Повёрнуты спиной?На смерть чисты рубахи.Решенья ждут его.Промчался Пётр. И с плахиНе поднял никого.И по ступенькам круто,Потупив гневный взор,Взбежал к себе, как будтоНе им – ему позор.Как дерзки чада праха!И снилось с той поры:Стрельцы лежат на плахах,А в плахах – топоры. Глава вторая
1
За Яузой в колонии немецкойДорожки посыпаются песком.Окно белеет свежей занавескойНад садиком с жеманным цветником.Вот курку обезглавил повар меткий,Хозяйка тушку отнесла на лёд.Зовут к столу. Хорошенькая медхенПетру на руки из кувшина льёт(Весь вечер будет на глазах вертеться,Сверкая кружевами панталон).– Герр Питер! – братец подал полотенцеИ браво каблучком прищёлкнул он.И фатер изъясняется пространно,И на руках у мутер дремлет мопс…Но как прелестна, как невинна Анна!Как соблазнительно прекрасна Анна Монс!Смущённый Пётр, не выказав афронту,Ответил на приветствия кивком,В дверях пригнулся и прошёл к Лефорту,Где трубки набивают табаком,О прусский политик толкуют важно,За кружкой коротая вечера.Как перед вами, боши, Русь черна.Как гордо держитесь, как авантажно.Запанибрата вы с её Царём.Брезгливы, не гоняетесь за кушем,Встречая обывательским радушьем,Не замечая венценосца в нём?Ещё узнаете Петра крылатым,Когда, скользнув с могучих стапелей,Россия в Балтику войдёт громадой всей,Вплывёт сорокопушечным фрегатом!Уже обложен русскими Азов,И взяты каланчи броском рисковым,И сняты с устья цепи – Дон раскован!И Шеин ждёт со сдачею послов! 2
Обряжай князей в обноски,Сбрось лохмотья, нищета…Нынче свадьба! Царь московскийЖенит пьяницу-шута!Мчат облаянные псами,Оттого и ветер свеж,Размалёванные сани,Разухабистый кортеж!В царской бархатной каретеЯков едет, шут хмельной,С перепуганной до смертиДьяка думного женой.При жезле дурак, в короне!Испитому ли насквозь,Хмуробровой бабы кроме,И невесты не нашлось?Верх кареты чудно заткан:Из жемчужин Зодиак.А форейтор на запятках —Окривевший с горя дьяк!Ни шуты, ни скоморохи:Из соломенных каретУхмыляются пройдохи,Злобится боярства цвет.На быке в куле мочальном,Перепачканный в золеСкачет поп! СтолоначальникПодвязался – на козле!..Мать честна, упряжкой птичьейИз рождественских гусейПётр на дрогах правит лично!Го г о т над Москвою всей!Шут взмолился – мочи нету!Но обычай царский лют:Остановят, шасть в каретуИ винище в глотку льют!– Пей, дурак!.. —До бабы лаком,Раскатал губищи шут;Только дверца хлоп, и ЯковМёртвым вывалился тут…Не в обхват невеста – чудо!А жених, аж синий весь!Но доволен Пётр. Не худо,Что посбил с боярства спесь? 3
«Ах, Анна, Анна! Что за скерцо!..»Волною пальчики бегут.А под окном в шлафроках немцыПокуривают:– Славно, гут!Скромна, пышна, опрятна Анхен,Свежайший розан на гряде.Нет, не Лопухиной, неряхе,Со швабкой спорить в красоте.Резвее не сыскать на свете,И рассудительная – в мать.Царь и в Голландии не встретитЗадка круглей… Хотя, как знать?Воскресные порхают трубкиПод яблоней среди ветвей.А Пётр целует Анну в губки,И от усов щекотно ей.Облапил, шепчет:«Эка малость?Европу осмотрев, вернусь…»По клавикордам заметалась —Полыни солоней на вкус.Замолкло лёгонькое скерцо.Не заиграет ли опять?..Сопят, прислушиваясь, немцы.А впрочем, поздно… Время спать! Глава третья
1
Торг великий по Москве.С камкой, бархатом лабазникПодскочил к рябой вдове:– Не скупись, сударка!Праздник! —По церквам колокола,Что по рынку зазывалы.А пропился догола —Все одно – ступай в кружалы!Ну, а ножками обмяк,Волю пропил, как рубаху?Так по снегу на бровяхГолову снеси на плаху.Палачу челом ударь,Чтоб подпрыгивали доски.– Православный люд, московский!Отбывают ГосударьНа неметчину с бояры!В рундуках не требуха:Лалы, рыбья кость, меха,Серебро… Красны товары!И червонцы в кошелях,Чтоб соседу порадели,Чтоб француз, австриец, ляхПоприветливей глядели.Для потехи буйных толпПовелел наш Царь болезныйКаменный поставить столбО пяти рожнах железных…Как залётные шальны,С бубенцами под дугоюНынче – шутовской рукою —Свиньи в сани впряжены.Под коротконогий топИ кнута дурацкий вывертСкачет с Милославским гроб,Что ни свиньями ли вырыт?Хрюшка смирная, кажись.Боров лют, в постромках бьётся.– Эй, зеваки, берегись!Сторонись! Перевернётся!Вытряхнули труп, кладутПод помост, на коем плаха.С кожей содрана рубаха,Облепил плечо лоскут.Так смердит, что и калачВ рот не лезет ротозею;Так смердит, что и палачДёргает ноздрёй своею.Главаря пригнули – хрясь:– Циклер, свиньям поклонись ты! —(Пятеро, как декабристов?)В снежную дурную грязьСвиньям на обед скатилисьГоловы цареубийц;А торчать на рожнах – милость —Уступили стаям птиц.А смутьянам не досталось,Чтоб в толпу – раба, раба! —Головы навзрыд смеялисьС Государева столба.И уже под половицыС плахи, алой от стыда,Милославскому в глазницыКаплет жаркая руда.И румянец, как в морозы,Щёки мертвеца обжёг.И уже ни кровь, а слёзыСкачут по лохмотьям щёк.Пусть покается. Угодно.Полусгнил? Кнутом ошпарь!– Православные, сегодняОтбывают Государь! Поделиться с друзьями: