Чтение онлайн

Занятые им места и посты после окончания срока первого перемирия, так как эти посты усилены и защищены, граф Орлов намеревался оставить за собою для «предосторожности от коварного неприятеля». Гр. Орлов ожидал, что для переговоров о перемирии к нему будет прислан особый уполномоченный от турок.

В письмах к Панину гр. Орлов продолжал жаловаться на несоблюдение условий турками во время перемирия, что турки никогда не были прямодушны, благодарил за наставление, как поступать с «судами нейтральных держав, которым он оставит совершенную свободу плавать, хотя это послужит к нашему вреду».

Всем нашим крейсерам была сообщена инструкция, по которой следовало поступать с судами нейтральных держав. По этой инструкции:

1) Суда под флагами турецкими, алжирскими, тунисскими, триполийскими и рагузинскими, признаются законным призом со всем их грузом, хотя бы и нейтральных держав.

2) Суда под греческим флагом, идущие или выходящие из турецких портов, признаются законным призом.

3) Флаг нейтральных судов не прикрывает военного груза, который конфискуется, хотя бы он принадлежал купцам нейтральных держав; за провоз и простой ничего не платится.

4) Флаг нейтральных держав не прикрывает неприятельского груза.

Остальные §§ инструкции касались ведения дел призовой комиссии и перечисления предметов военной контрабанды: съестные припасы не были в числе военной контрабанды.

25 декабря 1772 года граф Орлов отправил новое донесение относительно разбития турецкого флота при Патрасе, в котором подробно мотивирует свои приказания, имевшие следствием истребления этой эскадры. Что его предположения относительно замышлявшегося нападения во время перемирия на остров Парос были верны, граф Орлов между прочим видит и в том, что «до сих пор, Порта не сделала ни малейшего о всем том отзыва». Убегая изобличения, не присылает в Архипелаг особенного уполномоченного для заключения 4-месячного перемирия и принуждает в зимнее время содержать у Дарданелл эскадру из 4 кораблей и нескольких фрегатов. Что турки в ожидании последовавшей на норде перемены (намек на раздел Польши) вооружаются, а потому флот, несмотря на суровую зимнюю погоду, находится у Дарданелл все время под парусами, во всегдашней готовности отразить всякое покушение со стороны турок, чего он, граф Орлов, имеет причины ожидать.

В конце года были отправлены из Архипелага в Россию около 60 офицеров, частью по болезни, а большею частью ввиду той потребности в офицерах, которая появилась по случаю увеличения численного состава судов в Балтийском море.

В 1773 году 28 февраля императрица Екатерина II писала графу Чернышеву о том, чтобы приняты были меры и по очищении моря и рейдов от льда, отправлены с благополучным ветром один фрегат, два пакетбота и яхта «Екатерина», и что ей было бы весьма угодно, если суда эти будут готовы отправиться в море между 1 и 9 мая. Цель отправления этих судов не указана, но, вероятно, она была известна Чернышеву. Из назначенных самою императрицею судов яхта «Екатерина» была неблагонадежна к плаванию. Вероятно узнав об этом, императрица, «дабы никакое сомнение не осталось в мыслях ее о надежности посылаемых судов в безымянной комиссии», приказала отправить вновь отстроенный фрегат, два пакетбота, и если число означенное в реестре людей не поместится, то отправить четвертое судно вместе с тремя названными. Выход их в море должен был состояться между 1 и 9 мая.

Коллегия назначила «в особую экспедицию» фрегат «Св. Марк», пакетботы «Быстрый» и «Сокол» и один галиот. Все суда образовали отряд, врученный капитану 1-го ранга А. Крузу. Офицеры и команда на эти суда были назначены по выбору адмирала Мордвинова, и мы знаем из других источников, что выбор был строгий.

4 мая императрица писала Чернышеву, что если суда готовы, то могут идти в Любек, «где должны дожидаться грузу, о котором даст им знать генерал-майор Ребиндер».

Суда эти были отправлены за принцессою Вильгельминой Гессен-Дармштадтской [24] , впоследствии первой супругой цесаревича Павла Петровича, Наталией Алексеевной. Шканечных журналов о плавании этих судов не сохранилось, но вот что, например, записано в шканечных журналах других судов.

6 июля пришли на Ревельский рейд, где уже стояла эскадра Базбаля, фрегат «Св. Марк» под брейд-вымпелом и пакетбот «Сокол». В 1-м часу дня фрегате «Св. Марк» произвел салют из 11 выстрелов, а в 13 ч. 30 мин. из 9 выстрелов. В 15 ч. 30 мин. на фрегате «Св. Марк» были поставлены люди по реям и вантам и произведен салют из 9 выстрелов; в 4 ч. дня с городской крепости был произведен салют в 51 выстрел.

Надо полагать, что по приходе в Ревель принцесса в тот же день съехала на берег. 9 июня на прибывшем с принцессами фрегате «Св. Марк» и пакетботе «Сокол» расцветились флагами; то же было сделано и на флагманском корабле «Александр Невский». 10 июля корабль был посещен принцессами, на фрегате и пакетботе произвели салют в 9 выстрелов, а на всей эскадре люди были поставлены по реям, штагам и вантам. На корабль прибыли принцессы, с сопровождавшими их лицами и контр-адмирал Базбаль с штаб- и обер-офицерами. С корабля сделали 15 выстрелов, чрез полчаса принцессы съехали на берег и для отдания почести опять послали людей на реи и ванты, кричали ура 5 раз и произвели салют из 13 выстрелов.

20 июня все три судна пришли в Кронштадт, были осмотрены, введены в гавань, но кампании не окончили, а получили приказание быть готовыми.

16 апреля Коллегия представила Высочайший доклад, в котором изъясняет, что она считает крайне необходимым в кампанию 1773 года, для обучения весьма большого числа рекрут между матросами, вооружить флот, который она по числу офицеров, наличных и ожидаемых из Средиземного моря (60 ч.) и из Донской флотилии, может вывести на рейд из 14 кораблей, 8 больших и малых фрегатов, 2 бомбардирских корабля и 2 брандвахта. Из числа этих судов в Ревеле находились 7 кораблей и 1 фрегат, а остальные в Кронштадте. Три корабля были построены 3 года тому назад, а прочие корабли все новые. Вместе с тем Коллегия просила указа сколько вооружить кораблей и фрегатов на кампанию 1773 г., сколько времени и в каких местах плавать и кому быть командирами эскадр. Рекруты были и в галерном флоте. Коллегия в том же докладе просила вооружить несколько галер для обучения рекрут.

Императрица положила следующую резолюцию: вооружить в Кронштадте и Ревеле до 15 кораблей и фрегатов и вывести Ревельскую эскадру на рейд 1 мая, а Кронштадтскую к 15 мая, провиантом запастись на 6 мес. Вооружить две или три галеры, которым плавать для обучения рекрут до Березовых островов.

Начальниками эскадры были выбраны императрицей контр-адмиралы Чичагов и Базбаль, из которых первый, командуя Кронштадтской эскадрой, должен был иметь плавание до Готланда, а второй между островом Даго и мысом Стефенса, заходя и в Кеге-бухту (в Дании). Эскадрам приказано было в плавании быть до 1 сентября, а потом возвратиться в свои порты.

Одно из первых распоряжений Коллегии было: послать к главному командиру Ревельского порта контр-адмиралу Шельтингу приказание, по которому следовало все суда, находящиеся в Ревельской гавани, приводить со всевозможным старанием в исправность, а особенно корпуса их, так что как только было бы получено повеление о вооружении судов, то это было бы исполнено без малейшего упущения времени.

Адмирал Шельтинг и командиры судов должны были наблюдать, чтобы все вооружающиеся суда были бы в такой степени готовности, чтобы впоследствии, сколько бы ни плавали, не могли бы возвратиться к порту и требовать исправления повреждений. Коллегия грозила за неисполнение ее приказаний ответственностью по закону.

Во исполнение повеления императрицы Коллегия распорядилась: 1) Вооружить в Ревеле 7 кораблей и 1 фрегат, вывести их на рейд 1 мая непременно, и быть им на рейде впредь до приказания, а так как в море могут идти только 4 корабля и 1 фрегат, то 2) к пополнению 15 кораблей вооружить в Кронштадте 6 кораблей, 3 фрегата и 1 пакетбота, которые вывести на рейд 15 мая и этой эскадре быть на рейде до повеления. 3) Ревельскую эскадру укомплектовать субалтерн-офицерами таким образом, чтобы на каждом корабле был один капитан-лейтенант, два лейтенанта и три мичмана, а на фрегате два лейтенанта и два мичмана. Остальных же офицеров расписать на кронштадтские корабли, назначив в число их находящихся в морском корпусе. 4) Так как на назначенных в плавание кораблях мачты были разных пропорций, отличавшихся от прежде употреблявшихся в нашем флоте (одни размеры по проекту Ноульса, а другие – адмирала Мордвинова), то командиры должны делать наблюдения и сравнения, при различных обстоятельствах погоды, над ходом и поворотами кораблей. Если же окажется, что вследствие укладки трюма дифференты кораблей разные, то приводить дифферент до одинакового положения. Вести всем наблюдениям обстоятельную запись и представить потом в Коллегию, которая рассмотрит, какие из мачт полезнее употреблять. На корабле «Вячеслав» мачты были сделаны по шведской пропорции, а потому и командиру сего корабля делать наблюдения. Так как на корабле «Чесма» мачты сделаны по пропорции адмирала Ноульса, и корабль этот испытан не только на переходе в Архипелаг из Кронштадта, но и в плавании по Архипелагу, и потому удобнее на нем было произвести сравнение коротких мачт с длинными, а у адмирала Спиридова спросить, какие по его усмотрению на кораблях мачты иметь полезнее. 5) Вооружить в Кронштадте две галеры, морского же провианта отпустить на два месяца. 6) 4 оставшиеся в Кронштадте корабля, 1 фрегат и 2 бомбардирских корабля, вооружить и держать «в исправной готовности», чтобы во всякое время по первому приказанию вывести на рейд.