Чтение онлайн

На наш взгляд, переход под иностранный контроль четырех описанных отраслей, хотя они и работают на внутренний рынок, имеет весьма веские объективные причины. Во-первых, все они используют иностранное оборудование и технологии и без этого выпускать конкурентоспособную продукцию не могут. Во-вторых, у всех, за исключением пивоваренной отрасли, основное сырье импортное. В-третьих, что касается пива и табака, то у отечественного потребителя с очень давних времен представление о высоком качестве прочно ассоциировалось (и ныне ассоциируется) с иностранными брендами (даже если из-за соотношения цена — качество он выбирает отечественную марку).

За пределами АПК есть более крупная отрасль, переход которой в руки иностранцев почти завершился, — целлюлозно-бумажная промышленность. Это произошло в результате покупки лидером мирового рынка — американской International Paper — 50 % акций Группы «Илим» (точнее — ее материнской структуры Ilim Holdings), крупнейшего отечественного производителя, объединяющего комбинаты в Котласе, Братске и Усть-Илимске. Еще раньше стратегических иностранных собственников получили другие ведущие целлюлозно-бумажные комбинаты — Светлогорский (та же International Paper), Сыктывкарский и Архангельский. В руках российских бизнес-структур, среди которых есть и крупнейшие, остались лишь второстепенные предприятия.

Здесь все объясняется столь же просто. Отрасль ориентирована в основном на экспорт, поэтому, чтобы сохранить свои позиции в мире, она нуждается в модернизации, которая прежде всего радикально уменьшит разрушительное воздействие на окружающую среду. При этом подтверждение необходимого уровня экологичности должно исходить от авторитетных для внешнего мира источников, к каковым ни российские компании, ни российские власти не относятся.

На наш взгляд, в перспективе иностранцы могут «занять» и ряд других отраслей. Например, когда будут реализованы все проекты по созданию иностранных сборочных мощностей и планы по продаже пакетов акций крупнейших российских заводов в автомобилестроении, российский бизнес окажется здесь маргиналом. Менее определенны перспективы страхования, однако тенденция вытеснения отечественных игроков также четко прослеживается. Только за 2007 г. немецкие Аllianz, Zurich Financial Services и французская группа Axa взяли под контроль таких известных страховщиков, как РОСНО, «РЕСО-Гарантия», НАСТА и «Прогресс-Гарант».

В банковской сфере ничего похожего произойти не может. В обозримой перспективе доминировать там будет отечественный капитал, а доля иностранцев будет жестко контролироваться Центральным банком. Тем не менее в совокупном уставном капитале банковской системы она в 2007 г. превысила 25 %, увеличившись за пять лет в 5 раз [45]. При этом количество банков с иностранным участием превысило двести, из них в восьмидесяти девяти банках, по данным на апрель 2008 г., иностранным инвесторам принадлежит как минимум 50 %.

Вообще зарубежные банки, в том числе и весьма известные, в значительных масштабах работали в России с 1990-х гг., но либо в лице своих представительств, либо дочерних банков, созданных с нуля. А с 2004 г. возникла новая практика: покупка серьезными иностранными структурами отечественных банков. Среди покупателей можно назвать французский Societe Generale, итальянскую Intesa, американский GE Consumer Finance (финансовое подразделение General Electric). Сначала приобретались, как правило, банки среднего размера, «заточенные» на определенный круг клиентов, такие, как розничный Дельта Банк, ипотечный «ДельтаКредит», специализирующийся на кредитовании малого бизнеса КМБ-банк, а суммы сделок колебались около 100 млн долл.

Новый этап данного процесса, вероятно, начался в 2006 г., когда был куплен Импэксбанк, по основным показателям входящий в сорок крупнейших в России. В 2007 г. под контроль иностранцев перешел сопоставимый по масштабам Абсолют Банк, а в 2008 г. — и первый из числа лидеров российского рынка Росбанк.

Интересу иностранцев к российским банкам можно дать два объяснения. Во-первых, набор и качество услуг, предоставляемых покупаемыми банками, равно как и качество их самих (надежность, прозрачность, возраст), стали признаваться достаточными, чтобы они могли ассоциироваться с именем покупателя. Во-вторых, рынок банковских услуг стал настолько конкурентным, что выходить на него, особенно в наиболее быстрорастущий розничный сегмент, удобнее через структуры, которые уже присутствуют там и имеют достаточно прочные позиции.

Характерной тенденцией 2006–2007 гг. стали массированные иностранные инвестиции в строительные проекты и покупку недвижимости. За это время заключено множество сделок и анонсированы проекты с единичным объемом более 100 млн долл. и не менее десятка — с объемом более 1 млрд долл. Речь идет о всех видах недвижимости — жилой, торговой, офисной, складской. Иностранными инвесторами выступали и строители, и девелоперы, и фонды вложений в недвижимость (подробнее см. Приложение 2). Однако оценить, что из заявленного будет завершено, на наш взгляд, затруднительно. Уже зафиксированы неоднократные отказы от анонсированных планов, а также выходы из проектов на ранних стадиях их реализации.

В целом иностранные стратегические инвесторы приобрели активы в подавляющем большинстве отраслей и секторов отечественной экономики, включая фармацевтику, IT, СМИ, рекламный бизнес. Наиболее крупные покупки иностранцев в России представлены в табл. 5.1.

Таблица 5.1. Десять наиболее крупных стратегических вложений иностранных инвесторов в 2000 — первой половине 2008 г.

Примечания.

* — Здесь и далее в скобках указана величина купленного пакета акций в случае, если он не является контрольным.

** — К концу 2006 г. довел свою долю до 20 %.

Источник: Данные авторов.

Покупка российскими компаниями производственных активов за рубежом

Процесс покупки российскими компаниями производственных активов начался с ближнего зарубежья и Восточной Европы. В 2000-е гг. он существенно активизировался: в несколько раз увеличились объемы вложений, произошла их отраслевая и географическая диверсификация. Если снова обратиться к макроэкономическому показателю — объему ПИИ из России, посчитанному по версии Центрального банка, — то он за 2005–2007 гг. увеличился почти вчетверо — с 13 до 47,8 млрд долл. Накопленные ПИИ из России, по данным UNCTAD, уже к началу 2006 г. составили 120 млрд долл.

В ближнем зарубежье наиболее активными инвесторами были компании нефтяной промышленности, черной металлургии и мобильной связи. В частности, «ЛУКойл» в 2005–2006 гг. приобрел компанию Nelson Resourses, активы которой сосредоточены в Казахстане [46]. Группа «Евраз» приобрела металлургические активы одного из лидеров украинского крупного бизнеса — Группы «Приват» — ГОКи, коксохимические заводы и Днепропетровский металлургический завод им. Петровского. География МТС в 2004–2007 гг. расширилась за счет украинской UMC, узбекской Uzdunorbita, туркменской Barash Communication Technologies. А «Вымпелком» купил «Украинские радиосистемы», казахскую «КаР-Тел», армянскую «Арментел», узбекские Uzmacom и Buztel.

В дальнем зарубежье основные сделки в рассматриваемый период совершались в Западной Европе и США. Среди компаний самыми активными экспансионистами были металлурги. Покупки стоимостью в миллиарды долларов совершили ГМК «Северсталь», «Евразхолдинг» и «Норильский никель», ставшие в результате транснациональными компаниями.

Компании обрабатывающей промышленности приобретали иностранные активы не более чем на десятки миллионов долларов. Но такие сделки совершали не только крупные игроки (Группа ГАЗ, «Объединенные машиностроительные заводы» и пр.), но и средние — такие, как парфюмерно-косметический концерн «Калина» и Сегежский целлюлозно-бумажный комбинат (табл. 5.2).