Чтение онлайн

Значения энтропии говорят, что поведение «малоактивного» слоя плотно лежит вокруг информационного приема, где радио в то время на первом месте. При росте активности поведение следующих слоев «распыляется» по всем формам, и энтропия по качественным показателям растет. Однако она остается очень низкой по количественным диапазонам числа используемых форм в каждой из групп по активности [23] . Это значит, что и там и там наличествует оптимальная плотность распределения по формам жизни, но если у малоактивных это вызвано попаданием в ту область социального, где из предлагаемого набора можно использовать только четыре ярко фиксируемые таблицей формы информационного приема, то у высокоактивных это «возгонка» на поля активности, сокращенные вокруг ядра-набора политической деятельности в производственно-управленческом контуре социума.

Рассмотрение состава этих слоев с точки зрения форм активности в досуге показало, что малоактивные в бытовой и политсреде более, чем высокоактивные, используют такие формы поведения, как уход за детьми, рукоделие, прием гостей. Ясно, что наблюдаемый дисбаланс активности этого слоя объясняется попаданием в ту зону социального «кристалла», где особо обменом свойствами не разгуляешься. Здесь только беглый просмотр телевизора на кухне и постоянно включенное радио. Это семья и бытовая микросреда. Малоактивный в этом срезе общества слой оказался более интенсивно связанным с процессом воспроизводства населения. Здесь детность в когортах женщин 20 – 24 и 25 – 29 лет была в стране в то время на уровне, обеспечивающем простое воспроизводство населения.

Мы рассмотрели данные три слоя в исследовании 1975 г. в Витебске, посвященном проблеме свободного времени и пьянства. Количество выпитого в году на человека в среднем дало величину, которая хорошо согласуется с данными по генсовокупности (СССР в целом). Распределение от этой средней дало практически чистое нормальное распределение. Объем массива позволил выделить по пять групп по степеням пьянства и социальной активности. Перемножение их показало, что различий по уровню выпивки особенных нет. Форма всеобщая. Однако в страте малоактивных пьют меньше. Больше пьют в группе, переходящей к активной политической работе. Как видим, при наших показателях выявляются и формы вероятно последующей скоро обратной мобильности: сверху – вниз. Кроме того, нижняя страта общественно-политической и информационной активности в витебском исследовании оказалась различима числом форм досуга не только от максимально активных, но и умеренно активных в массовых формах информационно-пропагандистского процесса [24] .

Теперь посмотрим на связи признака «активность» с другими социальными признаками и на состав трех выделенных слоев.

** Все данные, приведенные в книге, отвечают этому доверительному интервалу. Если мы снижали доверительный интервал в каких-либо целях, то причины этого всегда оговариваются.

Здесь видно, что наиболее сильно стратификационная активность нашего общества в 70-е гг. была связана с признаками «образование» и «род занятий», т. е. с социально-профессиональным или классовым составом общества. Возрастная шкала дает менее высокую связь. Посмотрим на детали этих связей. При этом опять для наглядности и простоты анализа поместим под таблицами с долями той или иной группы в модели населения в целом и в каждом из слоев знаки «+» или «-» в зависимости от увеличения или уменьшения этой доли в соответствующем слое. Степень достоверности отклонения фиксируется количеством знаков.

Данные таблиц говорят о разделении общественно необходимого труда при данном социальном устройстве, о порогах процессов социализации и сходе с арены активной жизни, о дисбалансе времени между подсистемами материального производства и воспроизводства населения. Мы разберем эту картину в динамике на репрезентативных населению страны массивах по 10 000 человек, а пока прокомментируем связи из этих таблиц.

Во-первых, наиболее активны в выделенной подсистеме мужчины, лица возраста 30 – 39 лет, с образованием от среднего и выше, ИТР, административный аппарат предприятий и незанятая на производстве интеллигенция (через 10 лет она полностью оттеснит ИТР из зоны пропагандистской работы, но не от участия в руководстве предприятиями через общественные организации). Во-вторых, женщины и домохозяйки принадлежат к нижней страте активности разбираемой подсистемы. В-третьих, развитая сеть вузов, охватывая группу учащихся формами устной пропаганды, ведет к положительной оценке учащимися (лицами с незаконченным высшим образованием) совпадения решений органов власти и мнений населения, хотя в процессе выражения общественного мнения и постановки социальных проблем перед властными структурами, как показывает дополнительный анализ, эта группа практически не участвует. В-четвертых, положительные оценки той или иной формы аккумуляции информации органами власти от населения растут именно в тех социально-профессиональных и образовательных группах, которые наиболее интенсивно задействованы в формах информационно-политического процесса, и падают у незадействованных в нем. При этом выделяется группа пенсионеров. Пенсионеры представляют собой пассивную в целом группу в контуре обмена информацией между населением и органами власти. Но 5 % пенсионеров из активной группы (табл. 1.7) дают по 3 – 4 обращения в каналы выражения общественного мнения. Эти 5 % дают суммарную массу обращений в органы власти сопоставимую со всей массой обращений активной в этом деле администрации аппарата предприятий и учреждений и порождают в массовом сознании иллюзию активности пенсионеров. Часть группы не хочет покорно сходить с арены социальной жизни и частота событий, вызванных ее поведением (которое можно назвать последним всплеском), порождает ложные формы общественного мнения. При этом вся группа пенсионеров ставит «неуд» органам власти в их работе по приему информации от населения.

Итак, при измерении активности людей по числу освоенных ими форм социальной жизни и построении социальных карт формализацией серии логических выводов мы получаем соответствующую жизненным наблюдениям общую картину. Реальность узнается, но это только начало дела. Необходимо увидеть в ней подсказку, как действовать, исходя из общественных интересов развития.

Прежде чем перейти к теме постоянства получаемых средних в достаточно длительных промежутках времени, покончим с проблемой связи количественно-качественных характеристик и их интегрирующей роли на примере количественного показателя уровня благосостояния населения на реестре товаров длительного пользования.

Этот показатель дифференцирует население по количеству потребительных стоимостей, находящихся в семейном или личном распоряжении человека. Распределение относительно среднего числа товаров длительного пользования, имеющихся в обиходе у населения, оказалось также близким к нормальному и достаточно стабильным до определенного периода. Кроме того, количественно-качественная структура владения товарами длительного пользования также оказалась четко промаркирована социально [25] .

Мы специально взяли здесь первичные данные с репрезентацией и по отдельным союзным республикам (репрезентация по массиву для СССР – 1964 человека), чтобы показать именно на них силу взаимной сопряженности показателей и принципиальное сходство получаемых группировок. «Хи-квадрат» по 2346 равен 3487,482, Пирсона – 0,773, Крамера-Чупрова – 0,610. Однако получение группировки на более простом вопросе (без подсчета числа предметов, а только по наличию их наименований) легче, хотя при нашей точности знаний дает в принципе тот же эффект.

Покажем еще одно принципиальное сходство измерения человеческой активности в разных подсистемах: по уровням благосостояния и активности в общественно-политической и информационной деятельности. Рассмотрим плотность распределений людей в группах с различным достатком, во-первых по тому, какими вещами они владеют (холодильник, машина, радиола и т. п. – всего 63 наименования потребительных стоимостей, свойства которых присваиваются в быту), а во-вторых, по количественному диапазону (от 0 до 52) находящихся в их пользовании потребительных стоимостей. При этом группы по уровню благосостояния в связи с величиной массива обследованных оставим пока неукрупненными, так как показатели по ним приводятся в целом, а весь массив перевзвесим из квотной выборки в представительную для СССР через коэффициенты веса групп на пересечении трех фундаментальных признаков «пол» x «род занятий» x «образование» в генеральной совокупности (по Всесоюзной переписи 1970 г.).

Показатели энтропии в слоях по уровню благосостояния очень похоже варьируются на аналогичные показатели активности в информационной и общественно-политической подсистеме. Это значит, что существует социально предопределенный «стандарт» количественно-качественных сочетаний в предметном мире людей, вызванный попаданием их в определенный ареал пространственно-временной фигуры социальной системы. Дифференциация по богатству существует даже в обществе с ненасыщенным товарами рынком и низкой степенью товарного покрытия денежной массы у населения. Пятая часть населения (19 %) имеет в обиходе лишь 8 % вещного мира бытовой среды, в то время как 17 % населения (меньшая часть) присваивает себе 28 % этой «вселенной». Второй важный вывод следует из табл. 1.10, где видно долю в этих слоях групп по роду занятий и социальному положению [26] .

Наиболее сильная деталь – явное совпадение уровня благосостояния социально-профессиональных групп, полученное в масштабах страны с глубиной включенности этих групп в общественно-политические и информационные формы жизни, выявленной в первом таганрогском проекте [27] . Коэффициент взаимной сопряженности Пирсона признаков «достаток» и «род занятий» в табл. 1.10 – 0,469 («хи-квадрат» = 408,898), Крамера – 0,332, а признаков «достаток» и «образование» 0,447 и 0,316 соответственно (при «хи-квадрате» 371,993) [28] . Уровень образования больше связан с процессами духовного производства, однако очевидно, что слои, связанные с умственным трудом, управлением и регуляцией процесса обмена результатами труда присваивают себе больший удельный вес этих результатов, чем слои, создающие материальные ценности. Это происходит в обществе, где обмен результатами труда, во-первых, достаточно сбалансирован, а во-вторых, где рынок еще недостаточно покрывает развившиеся потребности и платежеспособный спрос населения.