Чтение онлайн

– Ну пойдут они на это очищение - если еще пойдут. Потом что?

– А потом мое дело. Ну, всё, будь здоров, -Новеллий допил вино и поднялся.

Лурий хотел ответить, но его вдруг чуть не пополам разорвало глубочайшим зевком, он обхватил рот обеими руками и только привстал со стула, прощаясь с гостем.

* * *

Сегомар Молодой был истинный сын своего отца - тот, не обладавший изначально особой знатностью и богатством смог овладеть и тем и другим благодаря гибкости и умению слушать и слышать. Сейчас, когда настал мир - не лучший из возможных, но и не худший ведь - перед ним открывалась широкая дорога, и он собирался пройти по ней как можно дальше, и детей по ней послать.

Когда ему сказали, что некий Марк Новеллий хочет с ним говорить, он ждал римлянина, да и никто из местных не подумал бы прийти к ригу ранним утром. Однако вошедший был галлом. Из тех, кто шел той же дорогой, что и сам Сегомар.

– Приветствую, риг Сегомар, сын Сегомара,- обычаи, судя по поклону, гость знал, это было приятно. Риг кивнул, принял шкатулку из камня, красивую, не очень дорогую, ни к чему не обязывающий подарок. Этот Марк начинал ему нравиться.

– Как вам в Олине, по каким делам к нам?

– По торговым.Закупаю всякое для войска Агриппы.Верубрии выделывают много кожи на продажу, и ваши кузнецы тожехороши. Я думаю даже здесь обосноваться.

В разговоре возникла пауза. Риг не спешил ее заполнять - пусть тот, кто нанес визит, сам расскажет о причине.

– Я присутствовал вчера при вашей встрече с трибуном Лурием, - начал гость.
– Естественно, на улице, дальше вы разговаривали с ним наедине. Но я примерно понимаю, о чем велась речь.

– Вот как? И о чем же?

– То, что лежало на носилках. Это сделал тот, кого римляне называют hybrida. Зверь. Думаю, почтенного Лурия интересовало именно это. Он ведь был приКуларо, он знает, что это.

Сегомарвстал с высокого ригова стула и отошёл подальше от дверей, хоть в зале никого и не было. Новеллий последовал за ним.

– Вы, я вижу, человек сведущий, - Сегомар заговорил тише.- Хотите что-то предложить?

Марк кивнул.

– Я имею возможность устранить Зверя.

Сегомар покачал головой.

– Не продолжайте. Это меня сейчас не интересует.

– А что же вас интересует?

– Можете ли вы спасти человека?

"Не племянник. Сын", - понял Марк, а вслух сказал, чтобы потянуть время.

– Вы очень откровенны.

– У меня нет времени на долгие разговоры. Так можете?

Новеллийзадумался. Разговор пошел в совершенно ином направлении, он не знал, что ответить. Ему приходилось убивать Зверя - один раз. Ему несказанно повезло тогда, это следует признать. И он до сих пор помнил все- удар, едва не выворотивший ему суставы, запах гниющей на глазах плоти, отлетевшую голову, что даже мертвая жгла его взглядом - жгла, несмотря на лопнувшие глаза.

– Это зависит от того, что вы понимаете под спасением. Ритуал...

Лицо Сегомара вдруг сморщилось, как печеное яблоко, он стремительно отвернулся, пряча от гостя слезы.

– Я не хотел этого. Никто не хотел. Но погибла Адиега. Они были погодки, души друг в друге не чаяли. Никто не был виноват в ее смерти, но он вбил себе в голову и...

Овладев собой риг повернулся к Новелию.

– Это неважно. Для меня главное, чтобы... вы понимаете?

Новеллий понимал. Все будущее Олины, все будущее рода Сегомара сейчас зависело от того, что случится в ближайшие несколько дней. Если Зверь останется тут и будет убивать римлян - в Олину придут их когорты. Зверю так или иначе придет конец - и когда раскроется,что он сын Сегомара, судьбу рикса нетрудно будет себе представить. А ведь для многих Зверь все еще символ борьбы за свободу - если объявить о его появлении, бедные кварталы могут подняться на еще одну безнадежную попытку восстания. И тогда не будет уже ни Олины, ни Сегомара, ничего.

– Вы понимаете, - тихо проговорил Сегомар.
– Он забывает себя. Иногда не узнает родных. Разговаривает сам с собой, разговаривает с Адиегой. Я боюсь за его душу, - едва слышно закончил рикс.

Став римлянином, Марк научился верить, что продолжения у земной жизнине будет. Жить так было и проще и веселее. Истовая и всеобщая вера галлов в перерождение душ его злила и немного пугала - он же сам рождён галлом, а вдруг его и правда будет вечно волочить по другим телам?Да ещё если где-то там, в холодном нижем мире, под землёй, где царят эти черви поганые... бррр! Но если Сегомаразаботит душа сына...

– Из мира нижнего, через мир средний, в мир верхний наш путь, и боги ведут по нему все души, - Марк вспомнил подходящие слова из друидской молитвы, знакомые с детства.

Сегомар встрепенулся, его глаза зажглись.

– Вы, - задыхаясь сказал он.
– Вы сможете?

Марк медленно и важно кивнул. Душа Зверя могла упокоиться хоть в Тартаре, но для него главное сейчас - убедить Сегомара.

– Его телу ничем уже не поможешь, - веско роняя слова, сказал он.
– Но душа... душу можно спасти. Очищение...

– Лурий уже предложил провести очистительные жертвы в священной роще, - резко ответил рикс.
– Он не понимает, что этим сам толкает нас на восстание. Если я, вдобавок к слухам о Звере, поведу верубриев в рощу, город точно поднимется на римлян!

Марк понимал его. Сегомар очутился между молотом и наковальней - не выполнить требования римлян означало потерять их доверие, на завоевание которого Сегомары положили столько сил; выполнить - значит взорвать всю еще сохранившую лояльность прежним богам бедноту - да и не только бедноту. Друиды прокляли тех, кто помирился с Римом и ушли в леса, но их голос все еще громко слышен, и ясно, как люди воспримут возвращение в священную рощу.

– Лурий боится, - мягко сказал Марк.

– Да! И я боюсь!

Новеллий ждал. Сегомар посмотрел по сторонам, подошел к дверям ивыглянул наружу. Какое-то время смотрел, словно ждал кого-то. Потом вернулся к гостю.

– Совет я уговорю. Но сегодня будет собрание. Приходи туда, Марк Новеллий. Попытайся убедить народ верубриев провести очищение, а не начать войну!

Марк склонил голову.

– Я, ПетрокорийДунноброгиас, - медленно сказал он.
– Попытаюсь сделать это. Быть может сам, быть может не сам. Во имя народа верубриев, во имя мира, чтобы не лилась кровь на этой земле.

Сегомарслушал, чуть наклонив голову.

– И еще я постараюсь помочь твоему... человеку. Если что-то можно сделать - все это будет нами, - Новеллийвыделил последнее слово, чтобы Сегомар точно его расслышал и понял, - сделано. В уплату я возьму деньги.

Рикс кивнул, его глаза горели.

– Ты... я принимаю то, что ты сказал. И даю слово, - он коснулся лба пальцами, - что плата будет и она будет щедрой. Если ты сделаешь так, как обещал. Но, ПетрокорийДунноброгиас, - он помялся, - твой род известен верубриям. Мы не забылиБодуомата. И ты понимаешь... вы понимаете, не стоит...