Чтение онлайн

– От какого дерьма?

Я вернулась в комнату. Виталик уже успел приставить к кровати стул и теперь сидел возле друга как заботливый доктор у постели тяжело больного. Осмотревшись, я присела на другую, аккуратно заправленную кровать – тут, наверное, спал Никита.

– Что-то я не пойму…- Снова начал было Вадим.

– Да ладно, Вадь, кончай придуряться. – Перебил его Виталик насмешливо. – Это отцу ты можешь про клюквенный аперитив сказки рассказывать, а меня на это не купишь. Давай, колись, чем тебя Кролик вчера кормил вместо закуски?

Он ничуть не сомневался в своих словах, и Канарейка, убедившись, что строить из себя невинную овечку действительно нет смысла, наконец-то сдался.

– Да нет, отцу-то я правду сказал. Аперитива мы одну бутылку на двоих распили. Только мало показалось – слабая фигня, не вставляет как следует. Кролик мне и предложил циклодолом разбавить. Классная штуковина, говорит, глючит как от хорошей дозы реального наркотика, если несколько штук сразу сожрать, да ещё и после аперитива. Я четыре штуки одним махом и проглотил для прикола.

– Ничего себе. – Ужаснулся Виталик. – Нет, Вадь, у тебя как с головой-то, всё в порядке? О чём ты вообще думал?!

– Ни о чём не думал. – Честно признался Вадим. – Просто интересно было попробовать.

– Интересно?! Ну ты даёшь, ей-богу! А если завтра Кролик тебе уколоться предложит?! Тебе тоже интересно станет?!

– Конечно. – Абсолютно серьёзно сказал Канарейка, и Виталик от изумления едва не упал со стула:

– То есть…Ты хочешь сказать…

– Предложит – попробую. А что?

– И станешь наркоманом?! – Это уже я не сумела сдержать ужаса, осознав, в свою очередь, что Вадим не шутит. Он посмотрел на меня недоумённо:

– С чего ты взяла? С одного укола наркоманами не делаются.

– Но ведь тебе может понравится! Это же прописная истина, её каждый знает. Все думают, что один раз – это ерунда, невинная шалость, потом рискуют во второй раз и тоже считают, что последствий не будет. И так постепенно втягиваются…

– Слушай, может, достаточно уже лекций на мою больную голову, а? – Раздражённо перебил меня Канарейка. – Я, кажется, не глупее тебя и всё понимаю не хуже! Наркозависимость мне не грозит.

– Как можно быть в этом уверенным? – Тихо усмехнулся Виталик – он как всегда старался меня поддержать.

– Можно. Я лично в себе уверен. Даже если мне понравится, второй раз я пробовать не стану, потому что на вещи смотрю трезво и хорошо понимаю, что такое – жить в вечных поисках очередной дозы. У меня другие виды на жизнь и не настолько уж мне плохо живётся, чтобы я начал искать утешение в наркотическом трансе.

– Да. На вещи ты смотришь трезво. – Заметил Виталик. – Особенно вчера у тебя это лучше всего получилось. Кстати, алкоголь – тот же наркотик

Вадим вспыхнул, неловко приподнимаясь на подушке:

– Я не завишу от алкоголя! Ты когда-нибудь видел, чтобы я трясся, увидев бутылку?

– Нет. – Честно признался Виталик. – Но когда предлагают – никогда не отказываешься. Да ещё с таблетками смешать додумался. Видел бы ты себя вчера со стороны…

Канарейка насупился – кажется, представлять себя со стороны ему было не очень приятно.

– А вы чего меня не остановили-то? – Нашёлся он, наконец. – Видели же, что я невменяемый.

– Ну да, тебя остановишь. – Виталик многозначительно взглянул на меня. Я улыбнулась ему в ответ. Наш молчаливый диалог окончательно расстроил Вадима.

– Что, неужели всё в самом деле так страшно было? – Он смотрел на нас с тайной надеждой, однако Виталик был безжалостен к раненому другу:

– А ты по себе не чувствуешь?

– А что я такого натворил? Я один что ли дрался, а вы нет?

– Мы за тебя заступались, Вадь. Кстати, она вот… - Виталик кивнул в мою сторону. – Первая инициативу проявила, не смогла смотреть, как Сергиенко тебя метелит.

– Чё, серьёзно? – Вадим изумлённо уставился на меня.

– Да. – Мило улыбаясь, подтвердила я. – Даже стекло в окне разбила – так в азарт вошла.

– Ни фига себе…- Канарейка засмеялся – слабо, то и дело морщась от боли. – Ой…Ой…Вот менты поганые…Сволочи…Какое они право вообще имели, а?

– Имели, Вадь, имели. – Ласково заверил его Виталик. – За твоё вчерашнее поведение тебе ещё мало досталось.

Вадим обиженно надулся:

– Ничего себе – мало! Всю ночь ползал до туалета и обратно…Кровью ходил. Думал, сдохну от боли…Мало…

– Сейчас-то как?

– Полегче. Хорошо маме додумался не говорить. Она вообще бы от разрыва сердца умерла.

– Слушай. – Не выдержала я. – Если ты так о мамином покое заботишься, зачем так себя ведёшь? Неужели ты заранее не знаешь, что она будет переживать?

– Я ничего нарочно не делаю. – Резко возразил Вадим. – И зла никому не желаю. Это всё циклодол. От него возбудимость усиливается.

– Тебя послушать, так выходит, ты всю жизнь на циклодоле сидишь. – С иронией заметил Виталик. – Возбудимость – твоё ежедневное состояние. Может, тебе элениум нужен на будущее, во избежание подобных эксцессов?

– Да чего я особенного сделал? Дерёмся мы не в первый раз…

– А ментов как ты матом поливал – помнишь?

– Кто?! Я?! – Канарейка приподнялся с подушки ещё выше и боли на этот раз даже не заметил.

– Ты, ты. – Хором, с улыбкой подтвердили мы.

– Фигня…Я вообще не умею матом ругаться.

– Правда? – Виталик изобразил глубочайшее удивление. – Ксюш, ты слышала, как он вчера выделывался?

– Ещё бы.

– Твоими ругательствами можно было целую энциклопедию заполнить.

– Два тома. – Подхватила я. Мы с Виталиком уже откровенно веселились, наблюдая за растерянностью Канарейки.

– О бо-оже…- Внезапно обессилев, он снова рухнул лицом в подушку. Больше в своё оправдание сказать ему было нечего, и мы, осознав это, тоже прекратили издеваться. В конце концов, отбитые почки – вовсе не шутки. Вадиму сейчас действительно было плохо, и нуждался он больше в нашем сочувствии и заботе, а не в нудных нравоучениях и ехидных насмешках.

Я взяла со стола таблетку аспирина и чашку с водой, окликнула Канарейку: