Чтение онлайн

– Вадь, я понимаю, что такая вот индейская раскраска у девчонок в твоем вкусе. Тебе по жизни шалавы нравятся. Смотри только, не подцепи чего-нибудь в один прекрасный день.

– Не подцеплю. – Канарейку трудно было разозлить подобными подначками. – Я мальчик опытный и от таких напастей страховаться умею.

Словно развивая эту пикантную тему, из-за угла выглянула светловолосая головка Кати Богданович. Он, в отличие от своей сестры-близняшки, готовиться к спектаклю особенно не торопилась. И в гримёрке с нами её не было всё это время. Увидев Вадима, Катя мигнула ему лукавым серым глазом, кивнула себе за плечо.

– Ладно, дети мои. Разбирайтесь тут между собой сами как-нибудь. – Вадим засуетился, оживился еще больше. – А тебе, Ксюш, я всё-таки скажу: не слушай ты его! Меня слушай, я плохого не посоветую. Увидимся на спектакле!

Его взгляд полоснул меня на прощание с ног до головы, будто огнём обжег. Я и опомниться не успела, а Канарейки уже и след простыл. Вместе с Катей Богданович он скрылся за углом. Я ещё какое-то время стояла, не шевелясь, и смотрела в ту сторону.

– Куда это они?

– А ты как думаешь? – Виталик по-прежнему был мрачнее тучи. Я изо всех сил пыталась не обращать на это внимания.

– Так… Катя, значит, тоже одна из его подружек?

Виталик тяжело вздохнул.

– Я тебе, кажется, говорил тысячу раз. Каждая вторая девчонка в школе – Вадькина подружка.

– Странно. Почему именно Катя, а не Маша? Они ведь одинаковые.

– Господи, откуда я-то знаю, по какому принципу он себе шлюх отбирает? Никогда этим не интересовался и интересоваться не собираюсь!

Нет, терпению моему наступил предел – я, в конце концов, тоже живой человек.

– Чего ты кричишь? На кого злишься? – Я повысила голос, сама того не замечая. – Что я сделала не так?!

Я ожидала, что Виталик смутится, спохватится и начнет раскаиваться. Но не тут-то было! Мой трепетный Ромео разошёлся пуще прежнего, его буквально прорвало от нахлынувшего негодования.

– Ничего ты пока что не сделала! Только не надо было так краситься! Ты видела, как он на тебя сейчас смотрел?! Я знаю этот его взгляд! Вадька без ума от таких вот…размалёванных кукол!.. Теперь он тебе прохода не даст, пока своего не получит!

Я ушам своим не верила.

– Ты, значит, мне не доверяешь?.. Хорошего же ты обо мне мнения… Спасибо тебе большое. Знаешь что? Если рядом с Вадимом Канаренко у тебя возникают все немыслимые комплексы, иди-ка ты лучше в монастырь. Или порви отношения с другом раз и навсегда!

Виталик ничего не ответил, только щёки его стали вдруг розовыми, словно от внезапно подскочившей температуры. Несомненно, он сам прекрасно понимал, что творится нечто глупое и нелепое, спор этот бестолковый возник на пустом месте, из-за дурацкой мелочи. Однако настроение было испорчено надолго. И надо же так – перед самым спектаклем!

Не знаю, чего бы мы ещё друг другу наговорили, если бы в этот момент к нам не подошла Воронина.

– Виталик! Ну где ты есть? Пошли, костюм тебе будем мерить и грим наносить!

– Татьяна Евгеньевна, - пользуясь случаем, обратилась я к учительнице, - он говорит, что я слишком ярко накрасилась. Но вы же сами нам так велели, правда?

Она окинула меня внимательным взглядом, мгновенно оценила и, сделав вывод, качнула головой:

– Не волнуйся, от сцены до зрительного зала расстояние довольно приличное. Оттуда ты не будешь выглядеть так вызывающе, как вблизи.

Я торжествующе посмотрела на Виталика. Он подавленно молчал, изучая афиши на стенах. Было видно, что мнения своего он так и не поменял.

– Катюшу Богданович не видали? – Тяжело дыша от быстрой ходьбы, возле нас очутилась Овсянникова. – С ног сбилась, нигде найти не могу! Маша уже давно готова, а вот куда Катя пропала – ума не приложу!

Я смотрела на Виталика, ожидая, когда же он соизволит дать Ирине Павловне точную справку о местопребывании второй Снежной Королевы. Однако Виталика будто и не касалось всё происходящее вокруг. И тогда помочь следствию решилась я.

– Она только что с Вадимом куда-то ушла.

Что самое интересное, ни Воронина, ни Овсянникова моим показаниям не удивились. Последняя только руками всплеснула возмущенно:

– Нет, ну вы гляньте на него! Меньше часа до начала спектакля – а он и тут успевает! Ладно, ему гримироваться не надо, а мне-то с Катькой минут сорок работать! Ни стыда, ни совести! Виталь!

– А? – Неохотно откликнулся безучастный ко всему Виталик.

– Ты-то куда смотрел?

Не стоило бы Ирине Павловне этого говорить! По крайней мере сейчас, когда Виталик и без того был на взводе. Он буквально взорвался, услышав в свой адрес несправедливое замечание.

– Да что я ему, в няньки что ли нанимался?! Не могу же я за ним бегать везде, у меня своей жизни быть что ли не может?!

Остыл Виталик так же быстро, как и вскипел. Устыдившись своей агрессии, он чуть ли не бегом бросился в гримёрную, оставив меня с Овсянниковой и Ворониной. Обе они были несколько обескуражены странным поведением всегда спокойного, доброго Виталика.

– Чего это с ним? – Ирина Павловна посмотрела на меня пытливо. – Поссорились что ли, Ксенька?

Я пожала плечами:

– Да вроде нет.

– А что тогда случилось?

– Ему не понравилось, как Ксюша накрасилась. – С улыбкой сказала Татьяна Евгеньевна. – Не берите в голову. Делом пора заниматься.

На этом конфликт, казалось, был исчерпан. Однако в душе остался осадок. Хмурая, поникшая вернулась я в свою гримёрку. Там полным ходом царило веселье. Общими стараниями девчонок Яну Лисовенко превратили в настоящую Белоснежку. Просто удивительно, какие метаморфозы происходят порой с человеком, если его привести в божеский вид! С накрашенным лицом и завитыми волосами пухлая, невзрачная Янка выглядела почти красивой… Если бы вот только бесформенную фигуру её можно было каким-нибудь образом исправить, или же, в крайнем случае, подкорректировать. Впрочем, Яна была счастлива и такому перевоплощению. Слёзы давным-давно просохли в ее искусственно увеличенных глазах, и даже обычная меланхоличность Яны сменилась лихорадочной возбуждённостью. То и дело она подскакивала к зеркалу, крутилась так и эдак, расправляла юбку, сшитую из белой занавески, щупала локоны по бокам головы и, кажется, была вполне довольна своей внешностью.

Девчонки смеялись, наблюдая за поведением подруги.

– Не трогай волосы! Причёску испортишь!

– Ой, Янка! Паша тебя сейчас не видит! Влюбился бы намертво!

– Ага! С женой бы сразу развелся!

– Одёрни юбку, Ян! И спину прямо держи! Ты Белоснежка или старуха Изергиль?

Да уж… Вот беззаботные люди. Почему у них нет проблем, а я умудряюсь трепать себе нервы по пустякам? И что, в принципе, случилось? Ни-че-го ровным счётом. Но тем не менее, суть ясна: Виталик приревновал меня к Вадиму. Впервые он не сумел этого скрыть. Бред… На наших глазах Канарейка ушел трахаться с Катей Богданович! При чём тут я?! С какого такого боку? Но разбираться сейчас было некогда. Вот отыграем спектакль, тогда видно будет.