Чтение онлайн

– Дородовое проклятие – серьезная вина, – помрачнела Елена. – Такое мы с рук не спускаем.

– Ты не спеши, я только начала – усмехнулась уборщица. – Далее этот человек самоубийство над собой обязан учинить. Причем душа должна отойти туда, куда ей предписано, а непосредственно самоубийца обязан остаться живым.

– Это как? – теперь уже изумился и Баженов

– Повесился, задохнулся, душа отправилась по назначению, а тут веревка взяла и оборвалась, – недовольно пояснила Павла Никитична. – Или по-другому – вены вскрыл, вся кровь вышла, с ней душа ускользнула, но сотрудники подоспевшей скорой в последний момент успели совершить врачебный подвиг. Теперь, выходит, человек ни живой, ни мертвый, единственное, что у него осталось, – дородовое проклятие, которое его себе и подчиняет. Всё, народился на свет планетник, который никого не любит, мир попросту ненавидит и любое свое недовольство срывает на смертных. Мало того – еще и убить его сильно непросто, даже очень умелому бойцу.

– И отдельскому? – уточнил Славян.

– Так я про нас и говорю. Вон Шелепихин уж на что умел был – в тринадцать лет к отряду Лазо прибился, в пятнадцать мандат ЧК получил, потом к нам попал и тут отлично себя показал. Стрелял с двух рук, ножом орудовал будь здоров, один на один с берендеем схватывался, а все равно голову свою в драке с планетником сложил. То ли в двадцать восьмом это было, то ли в двадцать девятом. Уже не помню.

– А василиск-то тут при чем? – поторопил ее Олег, понимая, что вот-вот они тронутся в путь. Ну а после будет у тети Паши желание продолжить эту беседу, не будет – поди знай. – И кто такой «берендей»?

– Оборотень-медведь, – сначала дала уборщица ответ на второй вопрос, – очень опасный противник. От отца ему сила медвежья перепадает, от матери разум людской. Что ты глаза округлила, Ревина? Всякое в жизни бывает, случается и так. Нездорово, неестественно, согласна, но медведь если чего захочет, то свое всегда возьмет. Не просто так говорят, что он в лесу да тайге хозяин, а не леший.

– А с планетником-то что? – решил перевести разговор в другую плоскость Ровнин.

– Они василискам естественные враги. В неживой природе все так же, как в живой, всегда есть противовесы. На змею найдется мангуст или еж, на жука-короеда – дятел. А на василиска есть планетник, ему и взгляд этой пакости нипочем, и вой по барабану. Вот нам такой в подземельях Будайской крепости и помог. Не из человеколюбия, ясное дело, просто потому, что мы ему были меньше противны, чем тварь из темноты. Ну и должок за ним один передо мной числился еще с двадцатых годов.

– Интересно. – Олег достал блокнот, ручку и начал спешно записывать услышанное. – Спасибо.

– Аркаш, глаза выколупай, как его прибьете, – произнесла тетя Паша, заметив спускавшегося по лестнице Францева. – Но не сразу, пусть окаменеют окончательно.

– Само собой, – ответил тот. – Кто же такой ингредиент не заберет? Правда, все равно его в ход особо пускать сейчас некому. Лен, без обид.

– Если оставите в отделе – не проблема, – мигом сориентировалась Ревина. – А если в дождину потащите – затаю обиду! Лютую, страшную!

– Сейчас нет, потом будет, – сурово зыркнув на девушку, заявила старушка. – Запас карман не тянет. И еще раз – не лезьте в ближний бой. Он пока мелкий, сам вас боится, потому шугайте его зеркалами и гоните на ловца.

Зеркала оказались не сильно-то и большие, размером с портфель-дипломат, с которым Олег когда-то ходил в школу. Он, если честно, так и не понял, что с ними делать надо, но спрашивать не стал, рассудив, что на месте, надо думать, ему все объяснят. Зато другой вопрос он задал сразу же, как возможность представилась, благо начальник в микроавтобусе расположился аккурат напротив него.

– Аркадий Николаевич, а для чего глаза василиска нужны? Не просто же так тетя Паша про них упомянула?

– Олежка, ты же все слышал. Это ценный ингредиент.

– Это да. Но для чего?

– Глаз василиска – главная составляющая одного очень хорошего зелья, – ответила ему вместо Францева Елена. – С его помощью можно увидеть незримое. Например, черное заклятье, которое лежит на артефакте и угробит любого, кто им воспользуется, или отличить проклятое золото от настоящего. Да много чего можно сделать.

– И призраков тоже разглядишь? – вспомнил Олег недавние приключения в «Доме на набережной».

– Это нет, – покачал головой Францев. – Тут зелье не помощник, здесь особый дар нужен.

– Жаль. – Ровнин сделал очередную пометку в блокноте. – Лен, а почему ты это зелье сварить не можешь?

Спросил – и сразу пожалел. Просто не очень красивый вопрос получился, из тех, на которые люди поспокойнее, чем Ревина, обидеться могут. Причем за дело.

– Силенок маловато, – неожиданно спокойно отозвалась девушка. – У всех есть свои пределы, у меня тоже. Да и таланта не хватает. Короче – такой рецепт мне не осилить.

– Ради правды, в Москве такое зелье сейчас человек пятнадцать сварить смогут, – добавил Францев, – не больше. Про нелюдь и нежить я не говорю, там подобных умельцев в принципе нет. Саш, долго нам ехать-то?

– Еще минут тридцать, – отозвался Морозов, – если на выезде из города в пробке не встанем. Там МКАД расширяют, можем застрять.

– Будем надеяться, что удача сегодня на нашей стороне, – приободрил всех Францев. – Хоть в этом.

Увы, но предположения Францева не оправдались, и отдельский микроавтобус въехал в бывший заводской двор только через полтора часа.

– Значит, так, – скомандовал Аркадий Николаевич, когда сотрудники выбрались из машины на свежий воздух. – Все знают, что кому делать, верно?

– Нет, – подал голос Олег. – Мы со Славяном не в курсе.

– За Баженова не беспокойся, – усмехнулся начальник. – Что до тебя, то вообще все просто. Дежуришь во дворе, следишь, чтобы никто не сунулся вниз.

– Да тут нет никого! – обвел рукой пространство Ровнин. – За кем следить?

– Вот поверь мне, именно сегодня и именно сейчас сюда обязательно какого-нибудь алконавта в поисках бесхозного цветмета занесет, – заверил его Савва. – Причем он не наверх попрется, а полезет в подвал, где все нам испортит. Так что стой и бди.

– И Елену, если что, подстрахуешь, – добавил Францев. – Хотя, думаю, до зеркал дело не дойдет, мы его там, в коридорах, сетью спеленаем. Ребята, полезли уже. Хуже ничего нет, чем ждать да догонять.

– Я перекурить хотел, – расстроился Баженов.

– Грохнем василиска, тогда и перекуришь, – отмахнулся Морозов. – И так сколько времени потеряли. Давай, давай. Вон Командор уже там, а мы все еще тут. Олежка, не зевай. Смотри в оба! Лен, ты на низком старте.

Один за другим сотрудники отдела спускались вниз, в темное полуподвальное помещение, Ревина же встала у окна, попутно сообщив соратникам, что лучше бы им управиться без нее, поскольку делать ей больше нечего, как только пылюкой многолетней дышать.