Чтение онлайн

А потом наступил день похорон.

– Олег, так и будешь венок тискать? – тихонько спросила у погрузившегося в мысли юноши Ревина, всю церемонию простоявшая рядом с ним. – Положи уже куда следует.

– Ну да, – встрепенулся юноша и пристроил погребальное украшение слева от могилы.

За то время, пока он прогонял в голове события последних трех дней, оказывается, все уже разошлись и у места последнего упокоения Францева остались стоять только его подчиненные.

– Идти надо, – сказала Павла Никитична. – Стой не стой – ничего не изменится.

– А помянуть? – заметил Савва. – Как без этого?

– В отделе и помянем, согласно традиции.

– Тетя Паша, смотри, кто пожаловал, – обратился к уборщице Морозов. – Ничего себе!

Олег глянул в ту сторону, куда указывал Саша, и ему на миг стало жутковато. Из-за деревьев, густо росших неподалеку вокруг старых могил, вынырнула двухметровая фигура, закутанная в черный балахон и с капюшоном, надвинутым на лицо.

– Хозяин кладбища, – шепнула Ревина. – Не знала, что они днем вылезают из своих склепов.

– А он кто? – так же тихо уточнил юноша.

– Хозяин всего, что сейчас вокруг нас находится, – чуть раздраженно ответила девушка. – Или ты думаешь, что подобные места существуют сами по себе?

Разумеется, у Олега в голове сразу возник еще пяток вопросов, но задавать он их не стал, понимая, что сейчас не время для расспросов. Тем более что странное существо приблизилось к ним вплотную.

– Почему у меня закопали? – без всяких приветствий обратился Хозяин кладбища к Павле Никитичне, причем голос у него оказался под стать внешнему виду – густой, низкий и пугающий. – Ваших в другом месте хоронят.

– Воля Аркадия, – пожала плечами старушка. – Он мне давно сказал, что когда его убьют и если будет что хоронить, то положить здесь. Рядом вот с ней.

– Милица Радунеску, – прочла Ревина надпись на памятнике, что был установлен на соседней могиле. – Красивая была. И умерла молодой.

И верно – на фотографии, вделанной в гранит, весело смеялась черноволосая девушка. Даже не верилось, что такую так рано смерть забрала, ей бы жить да жить.

– Милица. – Саша глянул на Олега. – Не та ли это цыганка, о которой старик-колдун тогда упоминал?

– Наверное, – согласился Ровнин.

– За могилой пригляжу, – прогудел Хозяин кладбища, не обращая внимания ни на кого, кроме Веретенниковой. – Не беспокойся.

– Благодарствую, – суть склонила голову та. – Могут найтись такие, кто захочет ему напакостить. Живому не посмели бы, а вот мертвому…

– Если такие сюда придут, то мои владения они не покинут. Слово.

– Тогда я спокойна, – улыбнулась Павла Никитична.

– И вы ступайте, – велел жуткий великан. – Нечего тут быть. Не люблю я вашего брата.

– Но мы будем приходить, – предупредила его уборщица. – Памятник поставим, да и вообще.

– Ваше право. Но сейчас – уходите. Сегодня моя последняя ночь.

Веретенникова мгновение помедлила, после развернулась и двинулась в сторону выхода с кладбища, за ней потянулись все остальные.

– Надо же как Аркашка подгадал, – хмыкнула она, когда сотрудники отдела выбрались на центральную аллею, – под последнюю ночь.

– Павла Никитична, а о чем речь-то? – уточнил Баженов.

– Умруны, сиречь Хозяева кладбища, на зиму в свой склеп уходят, – пояснила старушка, – вроде как медведи в берлогу. Ну а на хозяйстве вместо себя помощников оставляют, которым передают часть силы, ключи и право на суд с расправой над тем, кто нарушил законы кладбища. И вот поверь – обычным людям в такую ночь тут лучше не оказываться. Шансов дожить до утра у них почти что нет.

За оградой кладбища сотрудников отдела встретила пустота. Отбыли «Волги» обладателей погон с большими звездами, которые обещали положить жизнь, но найти тех, кто посягнул на жизнь сотрудника внутренних органов, умчался автобус с почетным караулом, в разные стороны разъехались и все прочие, кто пришел проводить в последний путь человека, который до смертного часа честно выполнял свой долг. На площадке стоял лишь отдельский микроавтобус да «мерседес», в котором сюда приехал Ленц.

– Я на пару минут, – сказал Веретенниковой Олег. – Можно?

– Не одобряю, но иди. Если нужно.

Арвид, приметив юношу, вылез из салона.

– Что обещал – то сделал, – уведомил его Ровнин. – Венок положил.

– Благодарю. Я, собственно, что задержался. Вот, держи. Понимаю, что тебе сейчас не до того, но как мне думается, хорошая новость в минуты печали всегда к месту. Она чуть смягчает горе. Ты все не читай, третью страницу сразу открывай. Там главное.

Вурдалак сунул в руки Олега свернутую газету.

– Спасибо, – на автомате ответил тот.

– И еще. Павле Никитичне скажи – если я узнаю хоть что-то про тех, кого вы ищите, эта информация сразу попадет к вам, как и было обещано.

Ровнин кивнул. Дело в том, что и трех стрелков, и Фому искала не только милиция. Как только личности убийц стали известны, старая уборщица натянула на плечи свое видавшее виды синее пальто и куда-то ушла из отдела, велев остальным ее, если что, не искать. Пропадала она до следующего утра, а когда вернулась, то сообщила, что если нужные им люди еще в городе, то долго им не бегать. Собственно, тело Айнара на свалке отыскали вовсе не сотрудники МВД, а подручные королевы мусорщиков Хрисанфы, и кабы не они, то уже к следующей ночи от трупа бандита одни субпродукты остались бы. Она же и яд, при помощи которого бандита на тот свет отправили, определила, поскольку в чем в чем, а в этом деле Хрисанфа разбиралась отлично. Не из простых, кстати, отрава оказалась, из, можно так сказать, элитных, разработанных чуть ли не Лукрецией Борджиа.

– За это отдельная благодарность, – устало произнес Олег.

– Еще раз прими мои соболезнования. – Арвид потрепал парня по плечу, забрался в машину, и та через мгновение тронулась с места.

Следом за ним отбыли и сотрудники отдела. Микроавтобус, словно чуя, что сейчас всем не до его закидонов, завелся сразу и скрипел на поворотах через раз.

Говорить никому ни о чем не хотелось, ехали молча. Олег, посмотрев на остальных, достал из кармана джинсовки газету, оказавшуюся позавчерашним выпуском «Саратовских хроник», и развернул ее, в принципе, уже догадываясь о том, какие именно новости он там найдет.

Все так и вышло. На третьей странице обнаружилась заметка с типовым громким названием «Бандитские войны», в которой некий Николай Зоркий сообщал читателям о том, что накануне в одном из пустующих цехов завода «Рефлектор» произошла очередная кровавая разборка, в результате которой восемь человек погибло, шестеро оказались в больнице, а остальные, уцелевшие в ходе бойни, в СИЗО. Все они члены этнической группировки, относительно недавно осевшей в Саратове, причиной перестрелки стал конфликт интересов, а именно – дележка власти. После того как прежний вожак банды Равиль Алирзаев внезапно скончался от сердечного приступа, на первенство в ней стали претендовать сразу несколько человек…