Чтение онлайн

– О! Да посол-то, оказывается, не один! Он со свитой. И о чем же ты хочешь доложить магистрату? – поинтересовался стражник, который при попытке гнома схватиться за оружие мигом скинул с себя всю веселость. – Сомневаюсь, что повелителя Туккара заинтересует встреча с бродягами. Причина должна быть очень веской.

Остальные стражники тоже разом подобрались, а многие даже потянулись за своим оружием. Нарлинг панически соображал, как выкрутиться из складывающейся совсем не лучшим образом обстановки. Не найдясь, чего бы такого значимого сказать встревоженной страже, он не придумал ничего лучшего, как сообщить правду.

– На эту девушку ночью напали и хотели принести в жертву, – поведал он, жестом указывая на застывшую почти у самой стены девушку. – Мы отбили ее у Пораженных в самый последний момент. Почти всех при этом перебили, но кое-кто все же сумел сбежать. А так как убегал этот Пораженный как раз в сторону Ливинкрона, мы полагаем, что магистрату необходимо знать о случившемся.

Элейн услышала, как Гефорг обратил внимание стражи на нее, и застыла камнем, надеясь, что ее не схватят немедленно. Особых причин бояться сейчас стражи у нее не было, но ужасное предчувствие льдом сковало сердце, причиняя почти физическую боль.

Однако слова молодого человека вызвали не повышенный интерес к спасенной, а резкую перемену настроения всей стражи и стремительные перестроения у ворот.

– Это они! – крикнул кто-то из-за ворот. – Описание полностью совпадает. Взять их!

Стражники похватали свое оружие и быстро начали обходить путников с боков. Народ, до этого лениво ползущий по своим делам, мгновенно прыснул в разные стороны, боясь попасть под шальной удар. Тотчас стало понятно, чей голос дал команду: там, где начала было собираться толпа любопытных зевак, теперь остались двое всадников в начищенных латах – явно командиры.

Элейн, в один шаг достигнув стены, прижалась к холодному камню спиной и замерла, боясь пошевелиться. Спрятанные под плащом руки сжались в кулаки от бессилия. Только теперь девушка осознала, насколько глупо поступила она, решившись сразу вернуться в город.

– До чего же вы, люди, тупые создания! – взревел гном, выхватывая свой боевой топор.

Руны на древнем оружии сверкнули в утренних лучах Ока Увара, вторя пробежавшей по отточенному лезвию искорке света. Стражники, не желая лишний раз лезть на рожон, вступая в схватку с незнакомым противником, выставили длинные копья. Гефорг, понимая, что ситуация непоправимо ухудшается, схватился за голову. Он был близок к отчаянию, но больше всего боялся, что свирепый гном, изрубив стражников, перекроет все пути к мирному разрешению конфликта и сделает друзей изгоями, на которых идет охота. Поэтому, все еще питая надежду, он взмолился:

– Ради всех богов Белого Трона! Спокойнее, Регнар, заклинаю тебя. Держи себя в руках. Они нас просто с кем-то спутали.

На стенах показались лучники. Стражники то и дело пытались сжать кольцо, но гном с приглушенным рыком размахивал своим огромным топором, отбивая всякое желание испытать силу в ближнем бою. Гефорг, всерьез опасаясь получить удар длинного копья в живот, потянул меч из ножен, чтобы иметь возможность хотя бы отражать атаки.

– Ты сам себя с кем-то спутал, прихвостень Таллара! – сплюнул один из стражников. – Еще и богов Белого Трона поминает, отродье! Нашпиговать их стрелами как ежей – и всего делов-то!

– Не стрелять! – рявкнул командным голосом второй всадник. – Они нужны мне годными для допроса!

– Что? – в ужасе воскликнул Гефорг. – Все совершенно не так! Это ужасная ошибка!

– Или вы пойдете с нами миром, или вас поволокут с отрубленными руками, но живыми, поганые слуги зла, – предложил второй всадник.

– Вы все захлебнетесь своей кровью, пытаясь смыть позор, который навлекли на себя, назвав меня слугой Черного Трона! – выкрикнул гном, бросаясь в атаку.

Гефорг панически озирался по сторонам, словно надеясь на то, что кто-нибудь замолвит за них слово и все разрешится ко всеобщему благу. Взгляд его вдруг упал на стоявшего по ту сторону ворот высокого широкоплечего человека, облаченного в странную нездешнюю одежду. С ног до головы он был укрыт темной легкой тканью, почти полностью скрывающей его фигуру и черты. Человек в странной одежде остановился, заметив происходящее у ворот, и даже сделал шаг назад, к стене красильни, из-за которой только что вышел. В тот же миг сверху, со стены на окруженных путников сбросили большую крепкую сеть с нашитыми на нее грузиками и крючками. Даже только упав, сеть крепко уцепилась за своих жертв крючками, запутывая все сильнее при любой попытке освободиться. Ближайшие стражники, стремительно подскочив ближе, пригвоздили копьями к земле оказавшиеся свободными края сети – и тут же сами ухватились за сеть, чтобы завалить пленников.

– Трусливые шакалы! Вы решили взять меня как трусы?! Но я вам не по зубам! Давайте, идите ближе! – бесновался гном, с каждым движением все больше запутываясь. – Вам меня не взять так просто, жалкие людишки!

– Подождите! – кричал Гефорг, пытаясь выпутаться и уже даже не вспоминая про свой меч. – Это ошибка! Это действительно ужасная ошибка!

Не в силах больше противиться стягивающейся сети, пленники завалились набок, продолжая почти конвульсивно биться в путах. Гном перестал выкрикивать устрашающие фразы на общем – теперь из клубка, в который он превратился, доносились только яростный рев и проклятия на его родном языке.

– Поаккуратнее там! – слышался голос первого всадника. – Не дай бог кто-нибудь из вас их острием пырнет! Шкуры со всей смены спущу!

Гефорг хотел попытаться обратиться с мольбой к этому человеку, явно занимавшему среди всех присутствующих самое высокое положение, но в этот момент тяжелый удар по голове чем-то тупым, но жестким погрузил Нарлинга в темную бесконечность.

Ночи Дионии, такие холодные в это время года, не нравились Экраиму. Смуглый южанин, привыкший к теплу, в который раз подумал – не бросить ли ему все и не вернуться ли домой, в жаркий Наин. Но вновь и вновь он вспоминал о долге, который должен оплатить.

К полуночи дорога, ведущая из Двуречья на юг, повернула на восток, а затем вывела к большому городу, который эль Нарим уже проезжал, когда следовал в Дарград. Все трое ворот, запертые на ночь, охранялись стражниками. Вообще-то город имел четверо врат – каждые на свою сторону света, – но Северные ворота почему-то были замурованы камнями. Дома посада города провожали Экраима темными глазами окон. Лишь в одной таверне горел свет, но на еду денег у эль Нарима уже не было, потому он прошел дальше.

Не имея никаких сведений, Экраим мог плутать по всему королевству, так и не найдя Нарлинга. Необходимо было узнать, проезжал ли он через этот город, – это даст возможное представление, куда он мог направиться.

Недалеко от городских стен Экраим заметил огни костров. Подъехав поближе, он увидел караванщиков, сидящих возле огня. Спешившись, он не таясь подошел к торговцам. Использовав заклинание отвода глаз, смуглый странник миновал дремлющих охранников каравана и прошел к костру.

– Мир вам, добрые люди, – произнес Экраим, подходя к огню. – Не будет ли места у огня для одинокого странника?

– Отчего же не будет? – ответил седовласый старик с длинной бородой, куривший деревянную трубку. – Присаживайся. Расскажи, откуда путь держишь.

Расположившись возле жаркого огня, Экраим с удивлением отметил, что больше половины сидящих рядом с ним людей – его земляки.

– Как твое имя, странник? – спросил сидящий рядом молодой детина, слегка похожий на пригласившего эль Нарима старика.

– Мое имя – Гуран, – ответил Экраим, представившись именем, которым всегда пользовался в путешествиях. – Откуда путь держите, торговые люди? Какой веры будете?